Страница 70 из 144
Если животных в этих местах было достаточно, то людей, как уже говорилось, здесь вовсе как будто не было. Не видно было ни эскимосов, которые предпочитают охотиться на землях, прилегающих к Гудзонову заливу, ни индейцев, почти никогда не отваживающихся заходить так далеко за пределы Полярного круга. И верно, в этих отдаленных краях охотника всегда может захватить затяжное ненастье или неожиданный возврат зимы, и тогда он окажется отрезанным от остального мира. Лейтенант Гобсон, надо думать, отнюдь не сетовал на отсутствие себе подобных. Всякий человек здесь был бы для него конкурентом. Он искал никем не занятого края, пустыню, где пушные звери нашли для себя надежный приют; он не раз толковал на эту тему с миссис Барнет, которая тоже живо была заинтересована в успехе предприятия. Путешественница не забывала, что она гостья Компании Гудзонова залива, и потому, естественно, желала, чтобы лейтенанту во всем сопутствовала удача.
Каково же было разочарование Джаспера Гобсона, когда утром 20 июня он наткнулся на следы недавно покинутой стоянки!
Случилось это на берегу небольшого узкого залива, который носит название залива Дарнли и с запада защищен далеко выступающим в море мысом Парри. Тут, у подножья невысокого холма, были обнаружены вбитые в землю колья, служившие, вероятно, оградой, а в стороне, где разводили костер, - кучка остывшей золы.
Около покинутой стоянки собрался весь отряд. Все понимали, что это неожиданное открытие должно крайне огорчить лейтенанта.
- Это действительно большая неприятность! - сказал он. - Ия, право, предпочел бы встретиться с целым семейством белых медведей!
- Да, но кто бы ни были люди, которые здесь останавливались, теперь они, вероятно, уже далеко отсюда, - заметила миссис Барнет. - Может быть, они давно вернулись на юг, поближе к знакомым местам.
- Как сказать, сударыня! - ответил лейтенант. - Если это эскимосы, то скорей всего они отправились дальше на север. Если индейцы, то, наверно, они, как и мы, ищут новых охотничьих угодий, а для нас, повторяю, это очень и очень досадное обстоятельство!
- А разве нельзя распознать, к какой народности принадлежат эти охотники? - спросила миссис Барнет. - По-моему, это не так трудно было бы выяснить: ведь эскимосы и индейцы так отличны друг от друга по нравам и обычаям, что и устройство лагеря не может у них быть одинаково.
Миссис Полина Барнет была права: тщательный осмотр стоянки мог дать ответ на этот тревоживший всех вопрос.
Джаспер Гобсон и еще несколько человек занялись подробным обследованием местности в надежде обнаружить какой-нибудь знак - забытый предмет или даже след, который мог бы разрешить их сомнения. Но ни земля, ни остывшая зола не сохранили никаких свидетельств. Разбросанные вокруг кости животных не говорили ровно ничего. Раздосадованный лейтенант готов был уже бросить бесполезные поиски, как вдруг его окликнула миссис Джолиф, которая отошла шагов на сто влево.
Джаспер Гобсон, миссис Барнет, сержант, капрал и другие тотчас поспешили на зов молодой женщины, которая остановилась и пристально разглядывала что-то на земле.
- Вы ищете следы? - спросила миссис Джолиф у лейтенанта, когда он приблизился к ней. - Вот они, смотрите!
И миссис Джолиф показала на довольно многочисленные следы, явственно отпечатавшиеся на глинистой почве; характер следа мог служить верной приметой, потому что индейцы и эскимосы носят совершенно различную обувь.
Однако Джаспера Гобсона прежде всего поразил необычайный вид этих следов. Они, несомненно, принадлежали человеку, и человеку обутому, но странное дело: человек этот ступал как будто на одни носки! Отпечаток пятки отсутствовал. Кроме того, их оказалось очень много на небольшом пространстве, и все они были необыкновенно между собой перепутаны и то сближались, то скрещивались.
Джаспер Гобсон указал своим спутникам на эту особенность.
- Это не следы идущего человека, - сказал он.
- И не следы человека, который прыгает, ибо здесь нет пятки, - добавила миссис Барнет.
- Пятки нет, ибо это следы человека, который танцует! - заявила миссис Джолиф.
И миссис Джолиф была безусловно права. Внимательный осмотр подтвердил ее догадку: следы явно принадлежали человеку, предавшемуся каким-то хореографическим упражнениям, причем это не было мерное, тяжелое и неуклюжее топотанье, а легкий, грациозный и веселый танец. Факт был неопровержимый. Но кто же тот жизнерадостный субъект, которому вздумалось или который вдруг почувствовал потребность пуститься в пляс на границе американского континента, в нескольких градусах за Полярным кругом?
- Это, конечно, не эскимос, - сказал лейтенант.
- И не индеец! - воскликнул капрал Джолиф.
- Нет, - это француз! - спокойно заметил сержант Лонг.
И все сошлись в убеждении, что только француз способен танцевать в этом пункте земного шара!
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Полуночное солнце
Не был ли вывод сержанта Лонга слишком поспешным? Тут танцевали - сомнений в этом быть не могло. Но из того только, что танцевали легко, нельзя было еще решительно утверждать, что исполнял танец непременно француз.
Однако лейтенант Гобсон согласился с мнением сержанта, которое, впрочем, никому не показалось чересчур смелым. Все признали за достоверное, что какие-то путешественники, среди которых находился по меньшей мере один соотечественник Вестриса, недавно посетили это место.
Вполне понятно, что такое открытие не слишком обрадовало лейтенанта. Джаспер Гобсон имел все основания опасаться, что его опередили неведомые конкуренты, что они рыщут в северо-западной части Британской Америки, - и следовательно, как ни старалась компания держать свои планы в тайне, а слух о них все же дошел до коммерческих кругов Канады или Соединенных Штатов.
Прерванное путешествие возобновилось, но лейтенант казался весьма встревоженным; тем не менее, пройдя такое огромное расстояние, он уже не мог думать о возвращении назад.
Это неожиданное приключение, естественно, заставило миссис Барнет обратиться к лейтенанту со следующим вопросом:
- Мистер Джаспер, оказывается, французов еще можно встретить на арктических территориях?
- Конечно, сударыня, - ответил Джаспер Гобсон, - или если не французов, то канадцев, что в сущности одно и то же, так как они потомки прежних хозяев Канады, - ведь Канада, как известно, когда-то принадлежала Франции! И по правде говоря, они-то и есть самые опасные для «ас конкуренты.
- А я-то воображала, - заметила путешественница, - что Компания Гудзонова залива, поглотив в свое время Северо-Западную компанию, уже не имеет соперников на американском континенте.
- Сударыня, - ответил Джаспер Гобсон, - сейчас действительно не существует ни одного крупного объединения, помимо нашей компании, занимающегося сбытом пушнины, но есть еще частные и совершенно независимые от нас фирмы. Большею частью это фирмы американские, сохранившие у себя на службе французских охотников или же их потомков.
- Значит, ими очень дорожат? - спросила миссис Барнет.
- А как же, сударыня, и они того стоят. Все девяносто четыре года, что французы владели Канадой, их охотники всегда и во всем превосходили наших. Что поделаешь! Надо воздавать должное даже своим соперникам!
- Соперникам - особенно! - подтвердила миссис Полина Барнет.
- Да… особенно… В те времена французские охотники, уходя из Монреаля, где была их главная квартира, продвигались на север куда смелее, чем другие. Они годами жили среди индейских племен и, случалось, даже женились на индианках. Их называли «лесными бродягами» или «канадскими путешественниками», а они звали друг друга свояками и братьями. То были люди отважные, ловкие и искусные в деле речной навигации, бесстрашные и беспечные, умевшие приспособиться к любым условиям со свойственной их нации гибкостью, прямодушные и веселые, готовые по всякому поводу и при любых обстоятельствах попеть и поплясать!