Страница 64 из 144
Оба пассажира в сопровождении сержанта Фелтона явились в маленький порт, где старый Норман уже ждал их в своем суденышке. Это была простая рыбачья лодка - без палубы, шестнадцати футов длиной, оснащенная, как кутер; ею легко мог управлять один человек. Погода стояла хорошая. Дул благоприятствовавший переезду легкий северо-восточный ветер. Сержант Фелтон распрощался со своими гостями, прося извинения, что не сопровождает их сам; но в отсутствие капитана он не имел права оставить факторию. Подняли якорь, лодка вышла из гавани и, идя правым галсом, быстро понеслась по прохладным водам озера.
Действительно, это путешествие было всего только прогулкой, и прогулкой прелестной. Старый матрос, человек, видимо, малоразговорчивый, молча сидел на корме, положив руку на руль. Миссис Барнет и Джаспер Гобсон, расположившись на боковых скамьях, глядели на разворачивавшийся перед ними пейзаж. Лодка пересекала Большое Медвежье озеро по прямой, вдоль его северной стороны, держась милях в трех от берега. С этого расстояния отлично были видны высокие лесистые холмы, постепенно спускавшиеся к западу. С северо-запада к озеру примыкала совершенно плоская равнина, и тут линия горизонта отступала на значительное расстояние. Все это побережье составляло резкий контраст с образующим острый угол берегом, в глубине которого возвышался окруженный зелеными елями форт Конфиданс. Еще можно было различить флаг компании, развевавшийся на верхушке башни. На юге и западе воды озера местами ярко сверкали под косо ударявшими в них лучами солнца; движущиеся айсберги, похожие на груды расплавленного серебра, ослепляли взор; они с такой силой отражали солнечный свет, что глаз не мог выдержать их нестерпимого блеска. От льда, сковывавшего озеро в зимние месяцы, не осталось и следов. Только эти пловучие горы не поддавались таянию и, казалось, противились лучам сияющего светила, которое описывало в течение дня сильно удлиненную дугу, давая земле больше тепла, чем света.
Миссис Барнет и Джаспер Гобсон мирно беседовали, делясь воспоминаниями и обмениваясь впечатлениями от удивительной природы этого края; а между тем лодка, едва колебля спокойные воды, быстро подвигалась вперед.
И в самом деле, отплыв в шесть часов утра, в девять они уже заметно приблизились к той части северного берега, куда держали путь. Стоянка индейцев находилась в северо-западной части Большого Медвежьего озера. Еще не было десяти, когда старый Норман подвел свое суденышко к месту расположения индейского лагеря и бросил якорь у крутого откоса невысокой прибрежной скалы.
Лейтенант и миссис Барнет тотчас же сошли на берег. Навстречу им выбежало несколько индейцев и среди них сильно разукрашенный перьями человек - сам вождь, который обратился к ним с приветствием на малопонятном английском языке.
Индейцы-зайцы, как и Индейцы - медная кожа, Индейцы-бобры и еще некоторые принадлежат к племени чиппевеев и потому мало отличаются друг от друга обычаями и одеждой. К тому же, находясь в постоянных сношениях с факториями, они значительно «британизировались» - в той мере, конечно, в какой это вообще доступно дикарям. Они несут в форты свои охотничьи трофеи и обменивают их на жизненно необходимые предметы, которые за последние годы совершенно перестали вырабатывать сами. Эти индейцы как бы состоят на жаловании компании, от которой во многом зависит их существование, поэтому не удивительно, что они почти уже утратили свои своеобразные черты. Кто хочет видеть туземцев, на которых общение с европейцами не наложило своего отпечатка, тот должен подняться в еще более высокие широты, в те ледяные области, где живут эскимосы. Эскимос и гренландец - вот истинные дети полярных стран.
Миссис Барнет и Джаспер Гобсон направились к стоянке Индейцев-зайцев, расположенной в полумиле от берега. Там они увидели человек тридцать туземцев - детей, женщин и мужчин, которые промышляли рыбной ловлей и охотой в окрестностях озера. Эти индейцы совсем недавно побывали в северных областях американского континента и могли сообщить Джасперу Гобсону кое-какие - правда, весьма скудные - сведения относительно характера и состояния морского побережья в районе семидесятой параллели. Однако лейтенант с удовлетворением узнал, что ни один - ни европейский, ни американский - отряд не встретился им в полярном поморье, а также - что Ледовитый океан в это время года свободен от льдов. Что же касается самого мыса Батерст, где Гобсон собирался обосноваться, то Индейцы-зайцы этого мыса не знали. По словам вождя, местность, простиравшаяся от Большого Медвежьего озера в направлении этого мыса, была труднопроходима, сильно пересечена и в данное время малодоступна из-за освободившихся повсюду от льда озер и речушек. Он советовал лейтенанту переправиться к северо-восточной оконечности озера, спуститься по течению реки Коппермайн и оттуда кратчайшим путем добираться до морского берега. И тогда отряду будет уже легче двигаться вдоль побережья Ледовитого океана, и он остановится там, где найдет это для себя подходящим.
Джаспер Гобсон поблагодарил индейского вождя и распрощался с ним, предварительно вручив ему несколько подарков. Затем он вместе с миссис Барнет отправился побродить в окрестностях стоянки: они вернулись к лодке лишь в три часа пополудни.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Буря на озере
Старый моряк с нетерпением ожидал возвращения своих пассажиров.
С час назад погода переменилась. Небо неожиданно помрачнело, и вид его не мог не внушать беспокойства человеку, привыкшему прислушиваться к указаниям ветра и туч. Солнце скрылось за густой пеленой тумана, сквозь которую тускло просвечивал его беловатый, лишенный лучей диск. Ветер утих, но слышно было, как на юге озера глухо рокотали волны. Все эти признаки близкой перемены погоды проявились со свойственной высоким широтам внезапностью.
- Едем, лейтенант, едем! - крикнул старый Норман, тревожно вглядываясь в низко нависший над головой туман. - Едем, не теряя ни минуты. Небо становится грозным.
- Оно и правда уже не то, что было утром, - заметил Джаспер Гобсон. - А мы с вами, миссис Барнет, и не заметили, как изменилась погода!
- Вы опасаетесь бури? - спросила путешественница, обращаясь к Норману.
- Да, сударыня, - ответил старый моряк. - На Медвежьем озере бури не шуточные. Ураганы бывают такие, что и Атлантическому океану впору! Этот невесть откуда взявшийся туман не предвещает ничего хорошего. Впрочем, может быть, шквал и не сейчас налетит, пройдет часа три-четыре, а за это время мы доберемся до форта Конфиданс. Но коли ехать, так ехать, нето лодку разобьет о те вон скалы, что торчат из воды.
Лейтенант не решился вступать с Норманом в спор о вещах, в которых тот знал больше толку, чем он. Переезд через озеро был для старого моряка делом привычным - следовало поэтому положиться на его опыт. Миссис Полина Барнет и Джаспер Гобсон вошли в лодку.
Однако, подняв якорь и уже взявшись за руль, старый Норман (быть может, его сердце сжалось в предчувствии беды) пробормотал себе под нос:
- А не лучше ли нам переждать?
Джаспер Гобсон, от которого не ускользнули эти слова, внимательно посмотрел на сидевшего за рулем старика. Будь лейтенант один, он, не колеблясь, решился бы ехать. Но присутствие миссис Полины Барнет заставляло его быть осторожней. Путешественница угадала причину его нерешимости.
- Не думайте обо мне, мистер Гобсон, - сказала она, - и поступайте так, точно меня здесь нет. Раз уж такой бывалый моряк, как Норман, находит, что нужно ехать, едем не мешкая.
- Что ж! Ехать так ехать! - повторил Норман, убирая якорь. - Пойдем к форту кратчайшим путем!
Лодка отчалила. Но прошел час, а она почти не продвинулась вперед. Порывистый, поминутно менявший направление ветер едва надувал бившийся о мачту парус. Туман все сгущался. Лодку довольно сильно качало, ибо на озере, которое раньше воздуха «чувствовало» надвигающуюся бурю, уже началось волнение. Пассажиры сидели молча, а старый моряк пристально вглядывался своими воспаленными глазами в непроницаемую мглу. Норман, видимо, приготовился ко всему и, ожидая ветра, крепко держал шкот, чтобы тотчас его потравить, если ветер налетит внезапно.