Страница 91 из 103
***
— Чёрные глаза — вспоминаю, умираю, чёрные глаза я только о тебе мечтаю… — напевала Ленка, прихорашиваясь перед зеркалом. Подпевая Иосифу, которого сейчас транслировали по телевидению.
Решила я из нашего любвеобильного парнишки, сделать этакого 'восточного' мачо. Ну и репертуар ему соответствующий подобрала. А что, красивый, высокий, смуглый — то, что надо для этого образа. Да и имитировать определённый, восточный акцент он научился. Вот теперь и поёт.
/фрагмент песни Айдамир Мугу — Чёрные глаза/
http://www.youtube.com/watch?v=kC68amM-8nI
Его теперь в любой республике Средней Азии или Кавказа за своего национального героя принимают. Популярный — жуть… Только учиться ему лень, приходится периодически пистона вставлять этому 'звездуну'. У меня условие жёсткое, если ты в моей команде, то будь любезен соответствовать — высшее образование обязательно. Так что, в промежутках между гастролями, все мои друзья и товарищи учатся.
С Максом как раз-таки проблем нет. И учится и выступает и любовь крутит, всё успевает. Его улыбка тоже хорошо знакома зрителям и слушателям СССР и далеко за его пределами.
***
Моё выступление на матче в Колумбии, получило продолжение и укрепление со странами Латинской Америки. Соседствующие с ней Венесуэла, Боливия, Эквадор, Перу, Бразилия и Аргентина — тоже обратились к нашему правительству с просьбой о моих гастролях в их странах. А я что? Сказано — сделано. Тем более, самолёт мне отдали абсолютно официально на 'вечное пользование'. Хорошо, правда, что на балансе и обслуживании он остался у 'Аэрофлота', а то бы работали на один керосин. Самолёт был новый, не ИЛ-18, на котором мы раньше летали, а новый ТУ-114, из-за которого у некоторых вредных инженеров и техников 'Аэрофлота', прибавилось много седых волос.
После первого же полёта, я в бешенстве обзвонила всех — кого посчитала 'виноватыми' и в категоричной форме потребовала прибыть в аэропорт. Прибыли не все и не сразу, но особо неторопливых быстро доставили серьёзные дяденьки в тёмных костюмах. Когда я сердитая, то лучше со мной не спорить. А повод был весомый. Это, каким нужно быть идиотом, чтобы так испортить хороший самолёт? Повторюсь — хороший, пассажирский самолёт, так нужный гражданам СССР?!
В общем, шум подняла изрядный. Причина была простая, в салоне было шумно, трясло, кресла неудобные, да и сама комплектация самолёта вызывала искреннее изумление — его что, пьяные сантехники собирали? Это же не деревенский автобус, и не грузовик для перевозки дров — это всё-таки пассажирский авиалайнер для дальних перелётов. А тут получается, что все пассажиры после такого 'перелёта', выходят на дрожащих ногах и глухие на оба уха. А экипаж, который находится вблизи работающих двигателей, через пару часов полёта, приобретает вид стукнутого по голове идиота. Вы что, угробить меня решили?!
Мною были заданы несколько вопросов — приёмная комиссия выявила недостатки? Какие? Пилоты указывали в рапортах на недостатки в виде повышенного уровня шума, неудобства салона? Где это фиксировалось? Жалобы от пассажиров поступали? Какого рода жалобы, и какие меры вы приняли по ним? И самый главный вопрос, какого чёрта, самолёты до сих пор летают, а не проходят профилактические мероприятия, по устранению выявленных недостатков?! Или вы меня ждали?
Мои старания увенчались успехом. Все самолёты этой марки были моментально изъяты из пользования и их приводили в порядок, в соответствии с моими требованиями и по моему дизайну. А мой личный самолёт, в рекордные две недели разобрали и заново собрали, устранив 'детские болезни'. Виноватых за такое бездарное конструирование и растрату государственных средств, долго искать не пришлось. Как всегда, оказались виноваты не столько сами конструкторы, сколько их руководство, со своим вечным 'Давай, давай быстрей!'. Вот это руководство и получило большие проблемы, а сами конструктора, пистон поменьше, но тоже болезненный. Живём не в пустыне и если есть нарушения со стороны непосредственного руководства, то на него тоже есть управа. А раз не жаловались, но осознавали нарушение технических требований — значит, отвечать будете все вместе.
В назначенное время, я прибыла в аэропорт и посмотрела на свой самолёт. Да… Красавец. Индивидуальная окраска, логотип моей студии на фюзеляже, на входе меня встречает улыбающийся экипаж вместе с капитаном. Отглаженный мундир, стюардессы в форме — красота. Отдаёт честь, докладывает… А сам довольный, как кот мартовский. Ладно, идём смотреть салон. Кресла новые — абсолютно другие, все раскладываются. Проходы стали немного шире. Посидела, полежала — удобно. Отделка салона другая, более качественная и красивая. Все места оборудованы откидными столиками, наушниками, а впереди салона моё детище и удар по самолюбию конструкторов — телевизор.
Какое было у них изумление, когда я потребовала установить в салон самолёта телевизор. Кажется, чего проще, но нет же — сразу идиотский вопрос, а зачем, ведь так не никто не делает?! За 'надом'! Потому что — я так хочу. Технически это возможно? Конструктивно нет проблем? Так делайте!
Телевизор тоже был не из магазина. Связалась с кем надо, сделали по индивидуальному заказу с самым большим на сегодняшний день цветным кинескопом, с диагональю в пятьдесят один сантиметр. Вот его сейчас и опробуем. Вроде всё работает, прошла по салону, наушники проверила — тоже всё работает. Спутники наши летают над всей землёй, приём чёткий в любой точке планеты, так что будем смотреть и слушать программы СССР. Туалеты, бар, багажное отделение… Всё как я хотела.
— Что скажешь, Василий Петрович? — обратилась я к капитану, — Как аппарат?
— Сказка! — ответил он, улыбаясь, — А с телевизором, так и вообще — фантастика. Я узнавал, во всём мире ни у кого нет такого, так что мы первые. А сам самолёт по своим полётным качествам и удобству, превосходит все известные аналоги пассажирских самолётов в мире.
— Отлично, — улыбнулась я, — Будет, чем гостей удивлять, пусть завидуют, буржуи.
Посмеялись, предложили слетать, сделать пару кругов над аэродромом, но я отказалась. Если капитан сказал, что шум минимальный, в полёте всё работает — значит всё в порядке. Этот экипаж со мной летает уже несколько лет, с первых дней моих гастролей за границу и причин не доверять им, у меня нет. Сейчас правда ещё пара стюардесс добавилась, но их инструктаж — это уже не моя проблема. Помню, как я сцепилась с их непосредственным руководством, когда получала этот самолёт. Их хотели оставить на старом ИЛ-18, но я упёрлась.
Подумаешь, другой самолёт. Не умеют? Учите! И ничего, скрипнули зубами и отправили пилотов на курсы. И экипаж остался прежний. А тех, кто пытался их заменить, подсунув своих знакомых, я прекрасно понимаю. Я не делила на своих и чужих тех людей, которые работали непосредственно на меня. Поэтому, этот — проверенный временем экипаж, получал дополнительную зарплату, как и все сотрудники моей Студии. И поэтому, я никогда не знала от них слова 'нет', когда мне было необходимо срочно куда-то лететь. Не важно, выходные это были или праздники. Надо, значит надо. Ценят работу, ценят наши отношения и обожают меня. Вон, как новые стюардесски смотрят — глазами едят, с 'самой Богиней' теперь летать будут.