Страница 54 из 66
28. Силы русских в Европе рассматриваются в Приложении II. В целом войска, которыми они располагают, составляют:
— 169 ударных дивизий;
— 347 обычных дивизий;
— 112 ударных танковых бригад;
— 141 обычную танковую бригаду.
29. Невозможно предвидеть изменения в дислокации русских к 1 июля. Тем не менее следует предполагать, что в связи с необходимостью подготовки общественного мнения союзников к будущей войне с Россией любое нападение не станет совершенным сюрпризом. Вероятно, они придут к заключению, что наступление с нашей стороны, скорее всего, будет предпринято на Севере.
30. Русским, вероятно, придется иметь дело со значительными проблемами по обеспечению внутренней безопасности в Польше. Огромное большинство поляков, скорее всего, настроены антирусски; русским не приходится полагаться на поддержку или просто нейтралитет даже армии Берлинга, насчитывающей сегодня в своих рядах 10 дивизий.
31. Но даже при таком допущении мы должны принять в расчет то, что нашему наступлению придется столкнуться с силами следующих армейских группировок русских:
— 2-й Прибалтийский;
— 1-й Прибалтийский и 3-й Белорусский;
— 2-й Белорусский;
— 1-й Белорусский;
— 1-й Украинский.
32. В целом эти фронты составят:
— 100 ударных дивизий;
— 220 обычных дивизий;
— 88 ударных танковых бригад;
— 71 обычную танковую бригаду.
33. По грубым прикидкам, это соответствует следующему эквиваленту союзных формирований:
— 140 пехотных дивизий;
— 30 бронетанковых дивизий;
— 24 танковые бригады.
34. Российские ВВС на Западе имеют в своем распоряжении примерно 14 600 самолетов, из которых 9380 — истребители и штурмовики и 3380 — бомбардировщики неустановленного типа, причем порядка 1 тыс из них составляют тяжелую бомбардировочную авиацию.
35. Таким образом, налицо порядка 2 тыс самолетов разнородного или неустановленного типа, 800 из которых состоят на вооружении военно-морской авиации русских.
36. На этапе открытия боевых действий стратегия русских, по-видимому, будет носить оборонительный характер. Если русские будут соответствующим образом предупреждены, они смогут укрепить передовые позиции, чтобы удержать нас на линии соприкосновения. В силу значительного численного превосходства русские, возможно, вполне смогут предотвратить всякое продвижение наших войск. Основную массу бронетанковых частей они, скорее всего, будут спокойно держать в тылу в качестве стратегического резерва в боеготовности для осуществления контрудара на тот случай, если нам удастся организовать прорыв. Если последнее произойдет, стратегия русских, вероятно, будет состоять в «вязкой» обороны вплоть до линии Одер — Нейсе в расчете на то, чтобы главное танковое сражение дать на территории восточнее этих рек.
Им не потребуется в обязательном порядке параллельно выводить свои войска из Богемии и Моравии, и если они решат сохранить контроль над этими областями, возможно, при поддержке чехов, то по мере нашего продвижения вперед этот выступ в нашей линии станет причинять нам все большие неудобства.
37. На этапе открытия сухопутной кампании русские, вероятно, будут использовать свои ВВС, в основном, для обеспечения непосредственной поддержки сухопутным войскам. Возможно, в этой же роли будет задействована дальняя бомбардировочная авиация русских как доказавшая свою полную неэффективность в роли стратегической авиации.
38. Русские могут попытаться организовать массовый саботаж на союзных линиях коммуникаций, в особенности во
Франции, Бельгии, Голландии и в меньшей степени в Германии. Обычным методом здесь могло бы стать использование местных коммунистов, к которым для усиления будут внедряться русские, специально отобранные из числа репатриантов, какое-то время пребывавших там в качестве заключенных или на принудительных работах.
39. Ввиду превосходства русских в сухопутных войсках всякая наступательная операция носит, определенно, рискованный характер. Если решение о проведении сухопутной наступательной операции будет все же принято, для достижения эффекта максимальной внезапности с тем, чтобы выбить русских из равновесия, можно с учетом вышеизложенного сделать вывод о целесообразности нанесения двух главных ударов двумя следующими армейскими группировками:
— на севере по оси Штеттин — Шнейдемюль — Быдгощ;
— на юге по оси Лейпциг — Котбус — Познань и Бреслау.
40. Первоочередной целью здесь стал бы линию Одер — Нейсе. Далее возможно наступление по общей линии Данциг — Бреслау. Однако степень продвижения на восток от линии Одер — Нейсе зависит от результата главного танкового сражения, которое, как показано выше, может произойти в этой зоне, т. е. на участке Шнейдемюль — Быдгощ — Бреслау— Глогау.
41. Следует учитывать, что если русские не отойдут из Богемии и Моравии, то по мере развертывания нашего наступления будет растягиваться и наш южный фланг, за которым нам придется пристально следить. В силу протяженности гор, начиная от Герлица, с юга на восток протяженность фронта будет возрастать по мере нашего продвижения вперед.
42. Следовательно, если к осени мы достигнем линии
Данциг — Бреслау и боевые действия по-прежнему продолжатся, мы можем оказаться в сложной ситуации, перед выбором: либо мы продвигаемся вперед, растягивая в тяжелых погодных условиях наши коммуникации, либо в течение восточноевропейской зимы удерживаем слишком протяженный для имеющихся в наличии сил фронт. Если продвижение за эту линию неизбежно, мы вполне можем оказаться втянутыми в фактическую тотальную войну, а стало быть, следуя посылке, на которой строится анализ, нам необходимо одержать победу, достаточную для того, чтобы заставить русских подчиниться нашим условиям, западнее генеральной линии Данциг — Бреслау.
43. Итак, мы приходим к следующим заключениям:
а) Кампания в ее начальном виде будет носить характер сухопутной операции в Северо-Восточной Европе.
б) Воздушные операции будут осуществляться в форме прямой поддержки наземных операций. Нам нужно быть готовыми нанести жестокое поражение русским ВВС и создать серьезные проблемы на железнодорожных коммуникациях в тылу у русских.
в) Нам придется на деле упрочить свое военно-морское преимущество на Балтике и быть готовыми предотвратить любое движение русских в сторону Швеции или Дании.
г) Главные сухопутные операции будут носить характер союзного наступления к северу от линии Цвиккау — Хемниц — Дрезден — Герлиц, а остальная часть фронта будет удерживать оборону.
д) Какими именно силами для наступления мы будем располагать, в значительной степени зависит от неизбежных отвлекающих обстоятельств, связанных с обеспечением функционирования союзных коммуникаций на разрушенных немецких территориях.
В вышеозначенном (см. пункт «г») регионе мы, скорее всего, столкнемся с превосходством противника по танкам — в два раза и по пехоте — в четыре раза.
е) Ввиду такого превосходства любая наступательная операция приобретает рискованный характер.
ж) В том случае, если, добившись эффекта неожиданности и выбив русских из состояния равновесия, будет признана возможность дальнейшего продвижения на восток, результат будет зависеть от исхода главного танкового сражения, которое может произойти восточнее линии Одер — Нейсе. Превосходство в управлении войсками и в авиации, возможно, позволит нам выиграть эту битву, но нашу стратегическую позицию нельзя будет назвать в основе своей сильной, и фактически мы вынуждены будем сделать ставку на тактический исход одного-единственного большого сражения.
з) В условиях продолжающихся боевых действий всякое продвижение за линию Данциг — Бреслау чревато опасными осложнениями. Не сумев одержать необходимую победу к западу от названной линии, мы фактически окажемся ввязанными в тотальную войну.
ПРИЛОЖЕНИЕ II СИЛЫ РУССКИХ И ИХ ДИСЛОКАЦИЯ
1. В настоящее время Россия производит огромную массу военных материалов для своих сухопутных и военно-воздушных сил. Львиная доля их транспортируется в армейские части по протяженным и разреженным линиям коммуникаций, особенно уязвимым для ударов с воздуха.