Страница 18 из 59
– Как добрались, уважаемый? Как дороги? – Элай развел руки и обнял соотечественника.
– Даже и не спрашивайте! Раз от раза все тяжелее и тяжелее, – кончики губ Арианта поползли вниз.
Элай сочувственно покачал головой. Все караванщики всегда жаловались на тяготы путешествий. Ведь, чем труднее путь, тем выше должна быть стоимость товаров в глазах покупателя. Но на этот раз досада купца, похоже, была искренней.
– Совсем не стало отбоя от разбойников на дорогах великой империи Дария, да пошлет ему бог тысячу лет жизни, – продолжил Ариан. – С каждым разом приходится нанимать все больше охраны. На прошлой неделе ограбили караван достопочтенного Критона из Эбла. В двух переходах от оазиса Тадмора. Всех перебили, а лошадей и верблюдов угнали.
– Да что вы говорите! Критон из Эбла? Он ведь недавно появился здесь?
– Вот именно, – доверительно прошептал Ариант, – говорят, напали люди Хамида. Отсюда и такая жестокая расправа. Никого не пожалели! Даже двух мальчишек–погонщиков. Ко мне тоже приходили какие–то вымогатели. Но вы же знаете мои принципы! Только начни платить одному, как появятся еще двое, затем четверо и так далее. А я не Геракл, чтобы сражаться с этой Лернейской гидрой25, я – деловой человек.
– Но с моим товаром–то, надеюсь, все в порядке?
– Как всегда! Как всегда, достопочтенный! Все доставлено в лучшем виде. Но надо бы доплатить за риск.
– Поступим иначе. Я принесу ягненка в жертву Гермесу и буду просить его оберегать ваш караван. Поверьте, обратная дорога будет столь же безопасной, как и прогулка по Афинскому акрополю. И еще я попрошу вас доставить брату маленький подарок от меня. Он не займет много места, а плата будет прежней. Когда вы отправляетесь в обратный путь?
– Через три дня.
– Я буду у вас через два.
Элай побродил еще немного по рынку. Купил свежих лепешек, зеленого гороха и дюжину сочных персиков. Это лакомство лишь четыре года назад было впервые привезено в Вавилон из далекой Индии и поначалу стоило огромных денег. Теперь же сотни хозяйств бросились выращивать заграничный фрукт, и цены на него начали снижаться.
Специально нанятый раб–носильщик погрузил товар на тележку, получил адрес и засеменил прочь.
Направляясь налегке домой, Элай, как всегда, остановился полюбоваться бронзовой статуей сатрапа Мазея. Скульптор постарался на славу. Из тщедушного и от природы щуплого коротышки он сделал богатыря с рельефным торсом и гордой осанкой. Восседал горе–правитель на колеснице. В одной руке он держал копье, а в другой щит в форме полумесяца. В его отполированной поверхности отчетливо отражалась дорога, по которой только что прошел грек. Дома по обеим сторонам образовывали здесь непрерывную стену, и не было ни одного переулка, куда можно было бы свернуть.
Осторожность лекаря на этот раз оказались совсем не излишней. Среди идущих позади людей был один, который пристально, не отрываясь, смотрел на него. На голову выше всех окружающих, с огромным подбородком, бульдожьими брылями и обветренной кожей выглядел он крайне подозрительно. Вскоре обнаружился и его напарник – ростом чуть пониже, с руками, свисавшими почти до колен. Он подошел к первому, и оба стали о чем–то оживленно переговариваться, то и дело поглядывая в сторону Элая.
Эллин был уверен, что по пути к Эгиби никто за ним не следил. Значит, соглядатаи появились совсем недавно. Но вот до покупки амфоры или после? Если после, то достаточно просто оторваться от преследователей. Очевидно, что это не профессионалы. А вот если они видели, как грек разговаривал с Ариантом, то дела плохи, но не настолько, конечно, чтобы впадать в панику26. Все поправимо. Да и не перс он какой–нибудь, чтобы шарахаться от двух козлоподобных, волосатых существ.
Город Элай знал досконально. Специально по приезду потратил несколько недель только на то, чтобы обследовать все его многочисленные улочки, тупики и подворотни. Память «у лекаря» была отличная. Вот и сейчас в голове сразу сложился маршрут, и вместо того, чтобы пройти прямо, асклепиос свернул направо, в переулок.
Шел не торопясь, с таким расчетом, чтобы успели заметить, куда он направится на ближайшем перекрестке. Впрочем, те и сами старались изо всех сил не отстать. Один даже налетел на грузную торговку с переносным лотком, опрокинул его и разразился площадной бранью. Женщина хотела было что–то прокричать в ответ, но увидев две свирепые физиономии, лишь со страхом отшатнулась.
Сделав еще пару поворотов, Элай нырнул в узкий и извилистый проход, который заканчивался небольшим со всех сторон окруженным стенами яблоневым садом. Быстро перемахнув через ограду, шустрый грек оказался в еще меньшем по размеру дворике, из которого точно такая же улочка вела в обратную сторону. Теперь ему ничего не стоило исчезнуть, но обстоятельства требовали полного прояснения ситуации. Элай прислонился к кирпичной кладке и затаил дыхание: топот двух пар обутых в грубые деревянные сандалии ног, тяжелое дыхание.
– Сбежал, – грубым гортанным голосом прохрипел один.
– Упустили, – с досадой просипел второй.
– Остался мальчишка. Он вернется на рынок. Надо перехватить его раньше и вытрясти из сопляка душу, – произнес первый и тем самым решил судьбу обоих.
Элай лишь облегченно вдохнул. Все–таки убивать без особых на то оснований, он не привык. Это оскорбляло богов.
Он побежал назад и успел перехватить громил все в том же безлюдном переулке. Один из них, тот, что повыше, довольно оскалил зубы. Другой, с руками, как у гориллы, широко раскрыл заблестевшие от радости глаза. Своих намерений они не скрывали. Мордатый вытащил средних размеров железный прут с крючком на конце, а приматоподобный абордажный топорик. Накинулись одновременно. Элай вместо того, чтобы отшатнуться, напротив, сделал выпад вперед, резко увернулся от занесенных над ним орудий убийства и с разворота подсечкой сбил самого рослого из нападавших с ног. Потеряв равновесие, тот повалился назад, ударился о плиты мостовой затылком и захрипел, подергивая в конвульсиях ногами. Второй налетчик присел и, вложив всю мощь своего мускулистого тела в бросок, ринулся вперед, пытаясь впечатать Элая в стену. Грек успел лишь слега сместиться в сторону и пригнуться, а когда массивная туша оказалась над ним, рывком выпрямил ноги, перебросив нападавшего через себя. Спиной он ударился о кирпичную стену и рухнул вниз, разбив голову о плиты. На все ушло не более минуты. Убедившись, что оба мертвы, аптекарь быстро зашагал прочь.
Кто были эти двое? По внешнему виду и манере общаться — моряки, ну или портовые рабочие.
Расположенный в престижном районе города, дом Элая внешне ничем не отличался от соседних строений. Окна были только на втором этаже. Единственная массивная дверь запиралась на хитроумный Лаконский замок27, подобрать ключ к которому было невозможно. За внешней стеной все утопало в зелени. Небольшой, ухоженный сад был той роскошью, которую состоятельный врачеватель мог себе позволить.
Для гостей и пациентов предназначалась одна средних размеров комната, та самая, в которую вела входная дверь. Все остальное пространство дома было скрыто от посторонних глаз. В подвале Элай оборудовал помещение для особых нужд, которые к аптекарским не имели никакого отношения.
Дочери нигде не было. Забрав покупки у курьера, она куда–то ушла. В последнее время Агния часто выглядела печальной и подолгу где–то пропадала. В ее возрасте, полагал аптекарь, это нормально. Такая же красавица, как и ее мать, девушка уже притягивала взгляды многих мужчин. Отца это беспокоило, но времени на выяснение отношений с дочерью в последнее время у него совсем не было. Оставалось только надеяться на то, что она была правильно им воспитана.
Элай запер входную дверь и перелил масло из одной амфоры в другую. К внутренней стенке вплотную прилегал герметичный мешок из тонкой козьей кожи. В самом этом факте не было ничего необычного. Ценные жидкости часто перевозили именно так: разбейся глиняный сосуд, масло все равно не разлилось бы.