Страница 15 из 76
— Это обман. Мошенники выманивали деньги у князей. Жизнь происходит от жизни.
— Хайта говорит — зародыши машин сами собой плодятся в чане. Верно? — спросила Лис у служанки.
Та закивала:
— Да-да, юница моя! Там питательная жижа…
— То на Мориоре! — не уступала Эрита. — А здесь пат убивают солдаты — откуда берутся новые? Значит, пол им необходим — по науке.
— И где же он? — прислушавшись, свернула к ним Лара, гулявшая взад-вперёд вдоль зала для выработки плавной походки.
Следом за ней прыгала с книжкой прозревшая Ласка, шмыгая насморочным носом:
— Это какая буква?
— Уйди, зараза сопливая. Из-за тебя все будем с мокрыми вожжами до колен.
— Лари, зачем ты ругаешься? — Лис тотчас вступилась за младшую. — Микробов принёс Китус… — Она кивнула на ассистента, охмурявшего Безуминку в гардеробном углу.
— Сейчас он их Бези подсадит.
— …а мы остались здоровы по милости Божьей.
— Выдумали микробов каких-то… — хмыкнув, Лара дёрнула плечом. — Обычное поветрие! У нас целый квартал чихал, все ходили красноглазые, как кролики. А кто и помер, из младенчиков.
— Это животные, невидимые глазом, — терпеливо разъясняла Лисси. — Их изучают через оптическую трубку, микроскоп. Я о них читала, а вам отец Конь ещё не рассказывал. Похожи на маленьких пат, без глаз, со щетинками…
— Бррр, гадость. А этот, пол, у них есть?
Лисси слегка зарделась и твёрдо ответила:
— В книге не сказано.
— Ну, с Патой проще, тут без микроскопа. Пата, Пата, тю-тю-тю… — погладив животину и добившись, чтоб та встала, Лара взялась за толстый хвост, и задрала его повыше. Ласка, благодарная свинье до гроба, присела почесать Пату за ухом. Восьминожка от полноты чувств тут же облизала ей лицо. Глаза на заду инопланетного механизма доверчиво моргали. Лисси сердито отвернулась, а Эрита наклонилась, приглядываясь с хладнокровным любопытством:
— Снаружи ничего нет.
— У нас тоже. — Лара отпустила хвост, тот стукнул об пол как полено.
— Ларита, — вскинулась Лис со звоном в голосе, — ты могла бы обойтись без этих… без этого…
— Отец Конь говорил, — достав платочек, Лара тщательно вытерла пальцы, стараясь делать это как можно красивей, — что раньше наука была умозрительной. Обо всём рассуждали, не трогая руками. А потом решились на эксперимент. Так начался прогресс.
Сложные новые слова — «умозрительный», «эксперимент», «прогресс» — она произнесла подчёркнуто правильно. Хотела показать, как хорошо владеет речью образованных людей и умеет складно щегольнуть словечком.
И, наверное, перестаралась. Слишком заметно щегольнула. Поражена была одна Ласка, даже рот разинула. Ух, какая подруга умнющая!..
— Вижу, толковый словарь прочитан «от корки до корки»? — с тонкой улыбкой сказала Эрита, чуть прищурив жёлто-карие глаза.
— На память не жалуюсь. — В ответной улыбке было много деланой скромности. Мол, знайте, светлейшая ан-эредита, — вещуны запоминают с одной читки!
— Осталось понять значение слов. Скажем, «интеграл»…
— Это… — Лара запнулась.
«Ах, ешь меня дьяволы — пропустила! Или его не было?.. Надо большой словарь с полки брать, а не краткий!.. Хотя полный академический — в пяти томах! Перечитать их — голова опухнет».
— Интеграл — единый, целый, — подсказала Лисси, обведя руками невидимый шар.
— Спасибо, — сдалась Лара.
— Но поставить опыт — это смело, — похвалила Красная царевна.
Ларита лихорадочно смекала — как сохранить лицо, когда тебя уели? — но тут их отвлёк профессор.
До того момента Картерет сидел спиной ко всем у обширного, заваленного бумагами стола-бюро и что-то упоённо строчил в толстом блокноте. Закончив сверять записи, худой старикан взял одну из тетрадей и бодро направился к девчонкам. Шагая с высоко поднятой головой, он едва не споткнулся о шину заземления, проложенную к креслам по полу. Его морщинистое бритое лицо сияло, вечно простуженный голос звучал воодушевлённо:
— Ну-с, перерыв окончен, вернёмся к опытам!
— Гере профессор, среди микробов есть самцы и самки? — атаковала его Лара.
Поджав тонкие губы, Эрита метнула на неё короткий взгляд. Едва осадили, эта скуластая вновь за своё! Дочь кровельщика, а берётся о науках рассуждать. Выскочка.
У Картерета глаза выпучились, как у земноводного:
— Отличный вопрос, барышня! Признаться, ответить не готов. Моя специальность — физиология. Но если вы всерьёз интересуетесь, я могу почитать литературу по бактериям и, скажем, дня через два… Однако сейчас наши задачи другие. Личную тягу наших летающих особ мы вполне выяснили…
— Значит, мы будем летать на вольном воздухе? без кресел? — Эрита покосилась вправо, на стоявшие невдалеке сиденья с высокими спинками. Отец Небесный, как же надоело подниматься с грузом! Словно ты аэростат с корзиной весом в тонну, а тебе хочется ввысь, парить вольной птицей…
— Не сегодня, ан. Мы должны определить, усиливают ли левитанты подъёмную силу друг друга, и какие токи возникают при этом в их мозге… Китус! я к вам обращаюсь!
— Да, гере профессор? — Ассистенту пришлось прервать приятный разговор. Гром божий! старикашка зоркий как снайпер — через весь зал видит.
— Стыдитесь, бакалавр. Только что эта девица, — Картерет величаво указал на Лару, — задала вопрос о размножении микробов, хотя она даже не курсистка. А вы, как вижу, увлечены лишь размножением людей. Нехитрое занятие.
Встав со скамьи, Эрита невольно зааплодировала, как в театре. К ней робко подступила Ласка:
— Ан, можно в полёт и меня взять? Я совсем лёгкая, правда.
— Малышка, — погладила её по голове принцесса, — если бы знать, когда нас отпустят в небо…
— Прошу всех приступить к делам, — понукал профессор. — Ан Бези! Пожалуйста, перестаньте обольщать моего сотрудника…
— Да как вы могли подумать…
— …и займитесь с ан Ларитой повторением дальней наводки. Тварь — убрать, — сурово воззрился Картерет на Пату, дружелюбно вилявшую хвостищем. — Это рабочая половина зала, тут скотам не место. Хайта, уведи отсюда свинью.
— Пата — говорящий паровоз, — буркнула златовласка и потянула восьминогое чудо за поводок. На прощание Пата показала профессору язык — длиной с аршин.
— Дрессировщицу тоже на привязь.
— Гере профессор, она моя служанка! — возмутилась Лисси.
— Здесь я — хозяин. Не хотите — пусть уйдёт совсем. Ваша младшая подруга излечилась, один насморк остался, так что в животном… в машине… в этом существе теперь нет надобности. И больше никаких посторонних. Какая-то девичья комната, а не лаборатория!
— А я умею сидеть под шлемом! — храбро пискнула Ласка и тотчас спряталась за Лару.
— Сначала, малявка, выучи грамоту, тексты читать.
— В сети принца она работала даже незрячая — на слух и на память, — спокойно напомнила Лара, обняв девочку. — И вы пользовались её услугами.
Глаза Картерета уставились на Лару жёстко, как металлические, но она не отвела взгляд. Пожевав дряблыми губами, профессор уступил:
— Хорошо. Ан Бези — обеих под шлемы. Если пигалица такая опытная… проверьте её способности и обучайте. Но учти, деточка, поблажек не будет.
Приготовленные для Лис и Эриты кресла соединили, девушки уселись и были пристёгнуты. На головах обеих закрепили медные контакты. Осталось дать сонного питья, чтобы привести их в состояние полёта. Китус привычно встряхнул колбу с голубым раствором, затем вставил в её горловину каучуковую пробку с воздушной и питьевой трубками.
— С каждым днём я всё сильнее надеюсь, — через плечо тихонько заметила Эри, — что это зелье не так вредно, как гигаин, о котором твердит ан Бези. И стараюсь забыть, что лишь покровительство Цереса помешало профессору попасть под суд.
— Но как ещё отправиться в полёт средь бела дня? — спросила Лис, хмуро наблюдая за приближающимся ассистентом.
— Пишут, у баханов есть мистические практики, погружающие в транс наяву…
— Взывать к идолам грешно!
— А поить людей обморочной микстурой?