Страница 71 из 75
Костяшки на судорожно сжатых пальцах Елена побелели. Ноздри ее раздувались, губы сжались в тонкую линию.
– Предлагаешь вызывать его на ночь? – голос ее звучал глухо.
Обогнув разделяющий нас стол, я положила руку ей на плечо. До меня дошли отголоски ее чувств: тоска по его остротам и кеннингам, перепалкам и ссорам. Неожиданному пониманию и помощи.
– Должен быть какой-то способ…
– Это только в сказках можно соединить не сочетаемое. В реальной жизни лучше и не пробовать, потому что получишь лишь горечь и разочарование. – Она поднялась, и я убрала руку. – Счастливого нового года, подружка. Не забудь загадать желание в полночь и передавай Гаю мои поздравления.
Она вышла, тихо прикрыв за собой дверь.
Так уж устроен этот мир – получить свой кусочек счастья непросто. Приходится идти против общества, преступать мораль и закон, лгать и изворачиваться. Обществу свойственно клеймить все, что доставляет наслаждение. Стоит ли несколько мгновений полета боли падения?..
Я подняла жалюзи. Мир за окном был укрыт толстым слоем снега. Впервые на моей памяти синоптики не ошиблись. Настал час их славы: прогноз об экстремально холодной зиме сбылся, и природа радовала тридцатиградусным морозом. А порой ртуть в термометре опускалась и до тридцати пяти.
Как всегда коммунальное хозяйство к такому повороту событий оказалось не готово. Кто бы сомневался. В городе периодически исчезали свет, вода и прохожие. На улицу без крайней нужды старались не выходить. На работу провожали как в последний путь.
Когда наблюдалось некоторое повышение температуры, люди толпами валили в храмы: поставить свечи и покаяться. В массах бытовала уверенность, что до весны доживут не все. И начинали тосковать по обычным зимам: гололеду, дождю, мерзкой снежно-грязевой каше под ногами и гигантским сосулькам.
Кто-то видел в этом холоде и участившихся катаклизмах мрачное предзнаменование грядущего конца света. Мол, это еще что. А дальше будет… Хе-хе, до этого «дальше» еще дожить надо мрачно говаривали пессимисты.
Я пожалела о том, что почти бессмертна. Грустно знать, что ты доживешь до конца света. Если конечно добрые люди не помогут.
Даже не знаю что хуже.
Натянув на плечи шаль, я подумала что знание, есть человек любящий и вожделеющий тебя, согревает лучше, чем роскошнейшие меха. К чему чернобурки и горностаи, когда в сердце холодно и пусто?
Я вернулась за стол, достала бланк отчета и, прикусив кончик ручки, стала думать, как написать отчет о последнем (слава отцам основателям!) деле в этом году. Оно, конечно, было не такое как предпоследнее, но тоже не без изюминки. Я бы даже сказала, с огоньком дельце: сотрудницу риэлтерской фирмы по заданию клиента отправили в Шотландию, посмотреть выставленный на продажу замок и подписать документы. На беду хозяином замка оказался двусущий, а сотрудница – молоденькой, впечатлительной и слегка … нимфеткой.
Колдунья средней руки – очень средней, не в обиду будет сказано – вбила себе в голову, что у них с несчастным двусущим страсть, любовь и судьба из серии «и жили они счастливо, и имели друг друга до скончания времен». Двусущий, интеллигентный молодой мужчина оказался жертвой сексуальных домогательств. Просто смех и грех. Пришлось приставить к нему круглосуточную охрану, а на ведьму открыть охоту – та, когда запахло жареным, ушла в подполье.
Это были самые веселые три дня в этом году, отчасти потому что пришлось привлечь Мавенсилнат. Ее гончие действительно оказались изумительны.
– Ну что, отчет готов? – дверь без стука отворилась, и в кабинет сунулся мой новый шеф – из-за смерти Яна произошла ротация кадров и наш бывший надзиратель отправился свирепствовать над новыми жертвами. Я почти жалею что этот «любить Орбита» отделался сотрясением и испугом. Ну и выборочной амнезией.
– Нет, я растяну его на тринадцать томов. Мне есть о чем поведать благодарному читателю.
– Не пропусти сцены, где тебя натягивают, – он с намеком подвигал бедрами. Отцы-основатели и это мой новый руководить. – И не трать бумагу на романтические бредни и самоанализ – это никому не интересно.
– А Мавенсилнат уже отчиталась? – характер у вампира был таким же трудным, как и имя.
– Не-а. Бешеная сука. Напугала младших оперативников, довела до икоты архиваруса, а куратора ввела в ступор трехэтажной конструкцией на латыни, бедняга полчаса пытался проследить все лексические связи.
– А сейчас что делает?
– Закрылся в кабинете с архиварусом. Нервишки коньячком лечит-с.
– Я спрашивала о Мавенсилнат.
– Не знаю, главное, здесь она ничего больше не делает.
***
В коридоре отирался мрачный как грозовая туча бывший миньон Кастиллы. «Мистер крокодиловые туфли» (надо все же узнать, как его зовут) стоял, облокотившись о стену напротив кабинета Гели. Прошел уже месяц, но он все никак не переставал негодовать, изливая недовольство в любые свободные уши.
– Повышение за выполнение рядового задания? Мир сошел с ума.
– Гели повысили за помощь в спасении королевы.
– А как же, – презрительно протянул мужчина. – Путь на вершину усеян лепестками роз, коль твой кузен Патриарх. Тоже мне, благородная кровь.
– Это не благородная кровь, а мозги к происхождению не имеющие никакого отношения. Конечно, если мамашей была не горная троллиха.
– Причем тут тролли?
Елена демонстративно постучала кулаком по лбу опешившего мужчины. Звук получился на редкость звонким.
– Ты!.. Да как…– взъярился он, пыжась как рассерженный индюк. Покрасневшее лицо напомнило ведьме помидор, который сунули в микроволновую печь не проколов шкурку – еще несколько секунд и взорвется.
– Угомонись, – бросила Елена, поворачиваясь и показывая, что разговор окончен.
Выходка ее была детской и нелепой, но проблем от этого, вероятно не будет – без поддержки Анастаса этот тип ничего не стоит. Он не посвящен ни в какие тайны и дела бывших покровителей, только шпионил на их благо – вернее на благо Кастиллы, – на местах преступлений и в кабинетах йорт. Впрочем, присмотреть за ним не мешает: продажные шкуры сами по себе не водятся, примыкая к свите какого-нибудь проходимца.
На лестнице Елена столкнулась с братом Гели, тот тащил стопку толстых папок в архив. Отсутствующий глаз прикрывала черная повязка. Ведьма подозревала, парню не очень-то рады, и считают его протеже Гели. Мало кому известно – сама Гели испытывает к новому сотруднику не лучшие чувства.
– Не обращай на них внимания, – посоветовала она, когда его поддели в очередной раз.
– Да ладно, – ухмыльнулся Артур, – со временем я освою боевую магию, вставлю искусственный глаз способный видеть сквозь кости и стены и стану настоящим проклятием для врагов и коллег.
– Ты насмотрелся фильмов, – сочувственно заметила ведьма.
– Там иногда попадаются отличные идеи.
Елена поняла, за парня переживать не стоит. Он явно не комплексует. Попрощалась, она спустилась в холл, на ходу застегивая пальто. Огромные окна от потолка до пола открывали отличный вид на окружающий здание парк. Внимание Елены привлекла кленовая аллея: снег расчистили, кованые фонари освещали каменные скамейки и деревья, выстроившиеся вдоль дороги почетным караулом. Наверное, летом здесь очень красиво: под деревьями растут чайные розы, вдоль бордюров астры и ирисы, несколько фонтанов наполняют воздух журчанием и запахом воды.
Засмотревшись, Елена поскользнулась на мраморных ступенях и устояла только благодаря помощи высокого мужчины в стильном пальто. Она машинально сжала его руку и посмотрела в породистое лицо с ярко-синими глазами.
– Благодарю вас, вечно у меня голова в облаках.
– Елена, если не ошибаюсь? – Анастас не спешил отпускать ее руку. – Я видел вас в отделе психокоррекции.