Страница 12 из 52
Я делаю глубокий вдох и пожимаю плечами.
– Думаю, ты должен будешь доказать, что я не права. Я отлично разбираюсь в людях. Я знаю, кто хороший человек, когда вижу его.
Он посмеивается.
– Ты всегда так наивна?
– Ты всегда такой неверующий? - я отстреливаюсь автоматически.
– Знаешь, что говорят о положительном и отрицательном вместе, не так ли? – Ксавьер дразнит, и одновременно хватается за руль на мотоцикле и бросает свою накаченную ногу через сиденье. Мои глаза тянутся к его джинсам, отвлекая от вопроса, который он спросил. Всё, что я могу думать – какой мощный и сильный он должен быть.
Прежде чем я узнаю это, я начинаю раздевать его глазами, задаваясь вопросом: интересно, секс с таким мужчиной будет столь же невероятным, как я читала в книгах и видела в фильмах?
Он ухмыляется и вручает мне шлем.
– Похоже, что наука права. Они действительно притягиваются.
Кровь приливает к лицу, когда я понимаю, что он поймал меня, глазеющую на его промежность, и я не уверена, как реагировать. Это не то, что я могу отрицать. Я хочу умереть. Я беру шлем и надеваю его на голову.
– Куда мы поедем?
Ксавьер протягивает руку и застёгивает ремень под моим подбородком, его пальцы горячи.
– Я ответил бы туда, где ты остановилась, но сомневаюсь, что ты позволишь это произнести, и откровенно говоря, я не хочу прощаться сегодня.
Я поднимаю бровь, и его губы искривляются в кривой усмешке.
– Это - то, о чём я думал. Садись, красотка, и я отвезу тебя в необычное место. - Он протягивает руку.
– Доверяешь мне?
– Да.
Ответ выскакивает низким шёпотом. Я знаю, что не должна, но я ничего не могу поделать с этим безоговорочным доверием, когда я с ним. Ведь он может защитить меня от всего. В конце концов, он уже доказал, что может.
Я подаю руку.
– Я доверяю тебе.
Его дерзкая усмешка превращается в настоящую улыбку, заставляющую замирать сердце.
– Хорошо.
Он не даёт дальнейшего объяснения о том, где планирует оказаться. С его помощью, но с трудом закидываю ногу на мотоцикл и сажусь за ним. Мои бёдра плотно прижимаются, и он двигает мои руки, таким образом, что я практически крепко обнимаю его. Мои пальцы касаются каменных мышц ниже его футболки, и моё тело опять начинает покалывать.
Никогда в моей жизни не было такого дразнящего человека. Есть что-то в нём, что заставляет меня жаждать быть дикой и выйти из-под контроля. Он, как свобода, завернутая в сексуальную оболочку. Искус, который заставляет меня задуматься о вещах, которые я не должна делать.
Моя грудь плотно прижимается к его спине, и мои соски набухают под блузкой, когда трутся через тонкий материал, который разделяет нас. Я закрываю глаза и прижимаюсь к нему сильнее.
– Держись крепко, детка. – Ксавьер запускает двигатель и мотоцикл рвёт от скорости, когда он выруливает.
Мотор вибрирует под нами, мы несёмся по улицам Детройта, и адреналин течёт по моим венам, когда я плотно прижимаюсь к Ксавьеру. Это первый раз, когда я на мотоцикле. Я никогда бы не согласилась на такую опасную поездку раньше, но я не сомневалась ни секунды соглашаясь прокатиться на мотоцикле с Ксавьером. Он, кажется, знает, что делает, и я доверяю ему.
Я никогда не чувствовал себя одновременно дикой и свободной, как будто я могу делать всё, что захочу. Это мой первый день свободы, а я уже нарушаю каждое из правил моего отца. Я никогда не чувствовала себя такой живой.
Когда мы останавливаемся на красный свет, Ксавьер отпускает ноги на землю, легко уравновешивая нас. Он пользуется возможностью, чтобы погладить рукой мою руку. Мои руки цепляются за его грудь, а его большой палец поглаживает мои пальцы, заставляя бабочек сходить с ума в моём животе.
Небольшое ласковое движение обнадеживает меня, что я в безопасности с ним. Этого почти достаточно, чтобы заставить меня не волноваться, что я до сих пор не имею ни малейшего понятия, куда он везёт меня.
Почти.
Я должна была потребовать у него ответа, куда мы едем, вместо того, чтобы быть похотливо ослеплённой и готовой пойти куда угодно с сексуальным незнакомцем.
Свет меняется на зелёный, и он убирает руку обратно на руль, унося нас опять в туман. Я не уверена, сколько мы едем, но это достаточно долго. Чтобы расслабиться и чувствовать себя комфортнее на мотоцикле, я утешаюсь непрерывным мурлыканьем двигателя. Кладу голову ему на плечо и прижимаюсь ближе, вдыхая пряный аромат его одеколона, смешанного с незнакомым сортом мыла, таким отчетливо мужским. Как будто это…, возможно, этим запахом он заводит меня ещё больше.
Мы выезжаем за пределы города, через некоторое время Ксавьер направляет мотоцикл в безлюдное место, где мы встречаем только одного ночного пешехода, и глушит двигатель. Я медленно отпускаю его из объятий, и он протягивает руку, чтобы помочь мне слезть с мотоцикла.
Он расстёгивает ремень под моим подбородком.
– Первая поездка?
Я неохотно киваю, неспособна лгать, потому что не умею делать даже этого.
– Да. Как ты догадался?
Он снимает шлем с моей головы и ухмыляется.
– Я думаю, что отметки ногтей, запечатленные на моих рёбрах, являются контрольными метками.
Я прикрываю рот рукой, поскольку воздух сбегает от меня. Я знала, что держалась изо всех сил, чтобы не бояться, но не могла подумать, что сделаю ему больно.
– Я так сожалею. Ты сильно пострадал?
Ксавьер качает головой и прядь тёмных волос падает ему на лоб, когда он поднимает рубашку, чтобы оценить ущерб. Мои бедные глаза смотрят на эту великолепную стиральную доску вместо пресса полностью открытую передо мной, каждая мышца чётко определена и очень ... аппетитна.
О, Господи. Я думаю, что он аппетитный? Кто я? Я ни разу в своей жизни, не называла человека аппетитным раньше. Но, справедливости ради, я никогда не знала такого человека, как Ксавьер. Его татуированное тело заставляет работать неизведанные гормоны в моём теле.
Желание прикоснуться толкает меня на шаг вперёд. Я кусаю нижнюю губу, когда вижу и чувствую пальцами сердитые красные следы чуть выше живота. Я сглотнула. Его кожа даже мягче, чем я себе представляла.
– Мы должны немного поработать над силой твоей хватки, она будет становиться легче с каждым разом, – говорит Ксавьер, вырывая меня из моей похотливой мечты.
Я резко убираю руку от него, и он опускает свою рубашку вниз, отходя от мотоцикла.
– Ты думаешь, что мы будем делать это снова?
Он улыбается, когда цепляет ремнём шлем к рулю.
– Я думаю, что мы это сделаем. Ты и я собираемся стать хорошими друзьями. Я уже знаю это. И друзья тусуются друг с другом всё время.
– Друзьями? – Я подвергаю сомнению его слова, пытаясь не казаться огорчённой идеей только дружбы с Ксавьером. – Что заставляет тебя думать, что мы просто друзья?
Он поднимает густую бровь и веселится.
– Ну же, Анна. Ты совершенно ясно дала понять, что я тебе не подхожу, и что ты никогда не собираешься спать со мной, так что я принял это. Я счастлив играть роль друга и покровителя, пока ты не найдёшь свою опору здесь. Детройт жёсткий город. Он съест такую девушку живьём, если у тебя нет защитника.
– Зачем тебе это?
– Думаю потому, что я очень долго не встречал никого такого милого как ты, и хотел бы видеть, как ты пройдёшь этот путь. Ты нуждаешься в парне как я, чтобы держать всех придурков подальше, – говорит без тени сомнения
Я складываю руки на груди. За то короткое время, что мы знакомы, он посчитал, что я нуждаюсь в опеке? Возможно надо отплатить его же монетой!
– Ты не думал, что я приехала сюда, чтобы спутаться с неправильным парнем и сделать несколько ошибок?
Он улыбается и берёт меня за руку.
– Ты не должна говорить такие вещи человеку, который является ходячей ошибкой, и тому же, кто не может не думать о том, как затащить тебя к себе.
Он сам ведёт грязные разговоры, заставляя меня запрыгнуть на него прямо здесь.
Он не даёт мне возможности ответить, просто тянет меня к двери закусочной. Место не многолюдное, но и не совсем пустое. Белый кафельный пол потёртый, но чистый, и столы, похоже, видели лучшие дни. Открытая кухня посреди кафе позволяет всем посетителям наблюдать, как готовится для них еда.