Страница 30 из 30
Джульет взяла себя в руки. Хорошо, что в комнате отдыха никого не было! Быстро утерев слезы, она сказала:
— Я ничего не понимаю. Что происходит? Почему вы вместе? И почему вы… — она посмотрела на герцога, — почему вы за мной приехали?
Герцог бросил в сторону ее отца выразительный взгляд, и Роберт Линдзи кивнул.
— Хорошо, хорошо, — безропотно произнес он, — я подожду снаружи.
Он ободряюще улыбнулся им обоим и вышел, оставив их одних.
Джульет сцепила руки, избегая взгляда Фелипе. Наверняка здесь какая-то ловушка. Зачем приехал Фелипе? Что ему сказал ее отец? Что он сказал ее отцу?
Издав сердитый возглас, герцог сказал:
— Джульет, мне известно о вашем обмане! Я знаю, что вы дочь Линдзи! Но для меня это не имеет ни малейшего значения!
Джульет подняла глаза:
— Как… то есть… где вы познакомились с моим отцом?
— Вчера. После того, как вы уехали на пароходе. Он прилетел на гидросамолете и пришел прямо ко мне. У нас состоялся очень содержательный разговор, и, по-моему, мы отлично поняли друг друга. Но ваше исчезновение было обнаружено гораздо позже! — Даже загар не мог скрыть бледность его кожи. — Господи! Можете себе представить, что я чувствовал!
Джульет отвернулась. Его слова мало что значили для нее. Ну ладно, отец раскрыл ее тайну, и они с герцогом нашли общий язык. Но это для нее не имело никакого значения.
— Самолет вылетает через полчаса, — нетвердо произнесла она. — Ради бога, если у вас есть что сказать, говорите!
Из уст герцога вырвался сдавленный возглас, и она почувствовала, как он резко развернул ее к себе лицом.
— Черт возьми, Джульет! — дрожащим голосом промолвил он. — Вы хотите, чтобы я приполз к вам на коленях? Если надо, я это сделаю!
Джульет удивленно уставилась на него.
— Я не понимаю! — воскликнула она. — Что вы хотите от меня услышать?
Он, застонав, крепко прижал ее к себе, и она опять почувствовала, как его губы страстно раздвигают ее губы. Только на этот раз, оторвавшись от ее губ, он стал целовать мягкий изгиб ее шеи, гладкую кожу ушей и щек и мигающие влажные глаза, а потом снова уткнулся в ее губы, сломив последний оплот ее обороны.
Наконец он прижался лбом к ее лбу, и она почувствовала, как он дрожит. Она просунула руки под его пиджак и прижалась к его крепкому теплому телу. Каким бы невероятным это ни казалось, она сумела его возбудить!
— Так понятнее? — немного запинаясь, проговорил он. — Хорошо, что твой отец за дверью, потому что я всего лишь человек и, признаюсь, очень тебя хочу!
Джульет покраснела и немного отодвинулась.
— Но Эстелла… — начала она, покачав головой.
— Эстелла значит для меня не более чем десять лет назад, когда она вышла замуж за моего кузена, — твердо произнес Фелипе. — Бедняжка выдает желаемое за действительное.
Джульет вздохнула.
— Но вы никогда мне этого не показывали! — воскликнула она. — Я думала, я для вас обуза!
Фелипе слегка улыбнулся:
— А ты и была… и есть обуза! Но обуза, без которой я не могу жить! Дорогая, я тебя обожаю!
— Фелипе! — удивленно вздохнула она, немного отстраняясь от его поцелуя. — Расскажи мне! Я хочу знать, когда я тебе… понравилась?
Он очаровательно улыбнулся.
— Когда ты мне понравилась? — лениво переспросил он. — Пожалуй, я нашел тебя привлекательной с того самого момента, когда ты, тоненькая и испуганная, появилась на пороге замка. А влюбился я в тебя позже. Точнее, через два дня. В эти два дня пошатнулся весь мой мир. Я не мог в это поверить. Мне пришлось уехать по делам, и я не появлялся, отчаянно пытаясь избавиться от болезненной печали, не дававшей мне спать. Но это ничего не дало. Когда я вернулся, стало еще хуже. А когда я увидел тебя с Франсиско Вальмосом, мне захотелось его убить. — Он улыбнулся. — Думаю, у меня были очень неспокойные предки. Когда ты рядом, я почти не могу контролировать свои эмоции. — Он поцеловал ее в затылок, запустив пальцы в ее волосы. — Я хотел сказать тебе, но ты всегда меня избегала. Когда наши руки или тела соприкасались, ты вздрагивала. Я боялся, что ты меня не любишь, и боялся, что могу тебя отпугнуть. Потом, когда ты встретилась… со своим отцом, в тот день на Барбадосе, мне хотелось убить и тебя. Я ненавидел тебя, поверь мне. Потому что я подумал, что ты не та женщина, которой я тебя считал, если тебя можно любить шутки ради. Выяснив, кто он такой, я пришел в бешенство. То, что ты можешь быть его дочерью, мне как-то и в голову не приходило. Да и почему это мне должно было прийти в голову? Ты ни на что подобное не намекала, только теперь я вспоминаю мелочи, такие, например, как твоя поездка в Альпы и как ты делала вид, будто никогда не занималась подводным плаванием!
Джульет негромко засмеялась. Это был такой чудесный день!
— Продолжай, — попросила она, и он засмеялся.
— Ты тщеславна, Джульет, — сказал он, нахмурившись. — Ты хочешь, чтобы я унижался!
— Обязательно! — озорно ответила она. — Ты был таким надменным, таким холодным, таким жестоким!
— Жестоким, может быть, — согласился он, вздохнув. — В тот день в своем кабинете я хотел причинить тебе боль, но, сделав это, пришел в ужас. Когда я тебя поцеловал, мне показалось, что ты тоже ко мне неравнодушна, а потом нам помешала Тереза, и ты убежала, словно презирая меня, а я презирал себя за то, что напугал тебя, что никак не входило в мои планы!
— Ты напугал меня только потому, что я тебя очень любила, — тихо прошептала Джульет.
— Это правда? Неужели это правда? — Он еще крепче прижал ее. — И наконец, вчера, когда я обнаружил, что ты уехала, именно тогда, когда рассеялась моя тревога относительно Роберта Линдзи, я чуть с ума не сошел! Эстелла может не сомневаться в моих чувствах к тебе. Наша последняя встреча была далеко не дружеской. Не думаю, что она долго пробудет здесь.
— Погоди, погоди, — прервала его Джульет. — Ты… ты обсуждал… с ней наш… поцелуй в твоем кабинете?
— Нет! — тихо поклялся он. — Боже! За кого ты меня принимаешь?
Джульет покачала головой:
— Должно быть, это сестра Мадисон! Почему я об этом не подумала? Ну конечно!
— Да, они обе должны уехать, — неожиданно холодно произнес герцог, и Джульет слегка вздрогнула. — Сестра Мадисон слишком усердно пыталась снискать расположение Терезы. Кроме того, Тереза уверена, что через некоторое время снова будет ходить. Невероятно, но, кажется, она поладила с твоим отцом! Я даже думаю, что твой отец возьмет Терезу к себе, когда вернется в Англию после нашей свадьбы.
— Нашей свадьбы? — удивленно отозвалась Джульет.
Герцог улыбнулся и нежно посмотрел на нее:
— Разумеется! Неужели ты думала, что я еще смогу ждать?
Джульет уткнулась головой в его грудь.
— Разве я сказала, что хочу ждать? — пробормотала она, и герцог торжествующе засмеялся, снова пытаясь найти губами ее губы.
Они услышали, как кто-то виновато кашлянул, и Джульет, повернувшись в объятиях герцога, увидела своего отца, прислонившегося к дверному косяку.
— Мне не хочется вам мешать, — с улыбкой заметил он, — но, обыскав все отели Сент-Люсии, не говоря уж о районе порта, я не нашел ничего крепче, чем кофе!
Джульет взглянула на Фелипе.
— Я уже чувствую себя пьяной! — нетвердо произнесла она, и Фелипе, обняв ее за плечи, подвел к отцу.
— Я уверен, вы останетесь на свадьбу, — с улыбкой заметил он.
Роберт Линдзи нахмурился.
— Скажите, — спросил он, — на Сент-Люсии есть фондовая биржа?
И Джульет, весело рассмеявшись, взяла его под руку.