Страница 52 из 83
Если она его предаст … ну, он об этом узнает так или иначе. И его вечные страдания станут еще более нестерпимыми, чем раньше.
Раздался краткий стук в дверь, которую Маррок с размаху рванул на себя. Слуга протянул ему подогнанную под их размеры одежду, очевидно об этом позаботилась Сабэль. Оливия переодевалась в ванной, но когда он надел брюки, был вынужден признать, что сестра Брэма блестяще освоила магическое домоводство.
— Сидят идеально, — сказала девушка, выходя из ванной в джинсах и простой черной футболке с V-образным вырезом, привлекательно облегавшей ее грудь.
Он делал все от него зависящее, чтобы уважать тот факт, что сейчас его пара не хотела секса. Желание держать ее поближе к себе и вопрос, надела ли она бюстгальтер, заставляли его чувствовать возрастающее ощущение неудобства в новых джинсах.
— У тебя есть идеи, куда спрятать книгу?
— Здесь не так много мест.
— Я пришел к такому же выводу.
— Но я думала…
Маррок приготовился возражать насчет ее повторного предложения отдать дневник Ричарду на «хранение». Однако до того, как она успела сказать хоть слово, в дверь снова постучали. Маррок потянул ее на себя, открывая с растущим нетерпением. Если Брэм и его работники собирались продолжать и дальше быть костью в глотке, им с Оливией придется пойти в другое место, чтобы получить хоть каплю гребаного покоя.
На пороге с нерешительной улыбкой стояла сестра Брэма. Вероятно, она была самой красивой женщиной, которую он — или любой другой мужчина — когда-либо видел. Молодая ведьма казалась добродушной и мягкой, но за этими голубыми глазами таились ум и хитрость.
— О, замечательно. Одежда подошла.
Она улыбнулась.
— Размер в размер. Мы благодарим тебя.
— Мне было несложно. Итак, кто-нибудь голоден? Анарки были очень грубы, вломившись к вам до того, как вы успели поесть.
Оливия кивнула.
— Я проголодалась.
— Завтрак подадут в столовой через четверть часа. Вниз по лестнице и налево. Следуйте на запах яиц и сосисок.
— Спасибо.
Оливия улыбнулась Марроку.
— Мы благодарны тебе и твоему брату.
— Для нас это честь.
«Естественно», - думал Маррок. Сейчас Брэм стал на шаг ближе к Дневнику Судного Дня. Сабэль отвернулась, чтобы уйти, но вдруг вернулась обратно.
— Да, чуть не забыла…
Она щелкнула пальцами, и в ее руках появился маленький кожаный томик.
— Это для тебя, Оливия. Это книга простых заклинания для начинающих. Мой брат сказал, что ты не получила магического воспитания, верно?
— Да, правильно.
— Это поможет тебе наверстать упущенное, так что ты сможешь исполнить немного колдовских трюков до перехода. Вряд ли ты сможешь создать огненное озеро, но, практикуясь, освоишь азы… например, как спрятать дневник от моего брата.
Она подмигнула и ушла. В момент, когда Маррок закрыл дверь, Оливия нахмурилась.
— Разве она не хочет, чтобы ее брат получил книгу?
— С одной стороны да, но…
Он пожал плечами.
Оливия открыла маленький том.
— Это может нам помочь. Что если я создам тебе кусок дерева? Ты можешь вырезать тайник для дневника, может что-то, чтобы… Я не знаю, пристроить к мебели или как-то прикрепить к потолку? Или, может, мы могли бы найти способ запереть его там.
Он смотрел на нее. Ничего о Ричарде. Просто они двое…работают вместе.
С растущей надеждой он внимательно осматривал мебель, в глаза бросалась масса различных возможностей. Прикрепить его внутри шкафа рядом с дверью или с комодом возле большого светлого окна - это он сможет сделать. Или под массивной кроватью. Он мог вырезать что-нибудь размером с книгу и смешать с находящейся здесь мебелью. Маррок улыбнулся. Ее решение было простым, но блестящим.
— Тебе нравится эта идея? — спросила она.
— Обожаю ее.
Он не мог сопротивляться желанию ее поцеловать.
Оливия засияла. Быть может, он и был глуп, когда так цинично ее судил, считая, что взросление без магии сделало ее слишком доверчивой? Возможно, он недооценил ее волнение при встрече с отцом, и принял его за неоправданную, бездумную преданность? Или, возможно, она пытается втереться Марроку в доверие, прежде чем решит помочь Ричарду, одновременно заслуживая его расположение.
Хоть воин и ненавидел эти мысли, но игнорирование вероятности подобного исхода событий лишь еще больше ставило их обоих и книгу под угрозу. Кровь возьмет свое. Если Оливия была типичным потомком Ле Фэй, ее принадлежность скоро завопит об этом.
***
— Ты зарвавшееся ничтожество! Нахрена ты меня вызвал? Мне было уютно с блондинкой и пинтой эля.
Брэм посмотрел на мага. Почти два метра ростом, горящие зеленые глаза… с Айсдернусом Рикардом шутки плохи. Но Рион не считал свой поступок глупым. Времена тяжелые… Притащить Айса под собственную крышу было, безусловно, отчаянной мерой.
В Рикардах было много коварства, к ним испытывали недоверие. На протяжении веков они ложью и обманом прокладывали свой путь к большой доле недвижимости, частью которой оказались земли семьи Брэма. Несмотря на то, что законные владельцы зачаровали почву так, что в чужих руках она была необработанной и мертвой, соперники отказались ее вернуть. Многие из них были незаконнорожденными. Но это было незначительным фактом в сравнении с личными историями, происходящими между ними. Однако в данный момент Брэм не мог себе позволить такую роскошь, как ненависть.
— Если я потребовал твоего присутствия сегодня, Рикард, это потому, что Матиас вернулся и мир магии в тяжелом положении. Ты уже слышал об этом, верно?
— Да.
Лукан пересек комнату и встал рядом с Брэмом.
— События последних дней вызывают тревогу, и все становится лишь хуже.
Колдун кивнул.
— Это правда. Дневник Судного Дня найден. Он…
— Проклятый ад, приятель! Ты захватил его? Спрятал? — потребовал ответа Айс.
— Нет.
Выражение лица Рикарда было одновременно недоверчивым и потрясенным. В этот момент Брэм мог только надеяться, что Оливия как можно скорее разрушит проклятие Маррока. Он должен получить этот чертов дневник, пока Матиас не нашел способ его украсть.
— Когда придет время, мы обезопасим его, — заверил колдун. — В настоящее время им владеет Маррок Кэдбери. Он наверху вместе со своей парой.
— Этим утром на него напали Анарки, — добавил Лукан. — Мы боролись, едва спасли книгу и наши жизни.
Айс выругался. Его лицо, будто идеально вырезанное из камня, стало напряженным, его сузившиеся глаза полыхнули яростной зеленью.
— Нам нужна твоя помощь. Если только ты не хочешь, чтобы судьбу твоей сестры разделило еще больше похищенных страдающих женщин.
— Не смей использовать имя Джайлин, чтобы спровоцировать меня!
— Я не собирался тебя оскорблять, просто пытался помочь понять экстренность ситуации, — процедил Брэм и повернулся к остальным мужчинам.
Лукан поддержал его, молча кивнув. Герцог рассматривал окружающую обстановку от скуки, но колдун не был обманут его мнимым спокойствием. Брэм продолжил.
— Что, если он запугал детей и уже учит их создавать черную магию? Если мы не поторопимся…
— Поторопимся? — прервал Айс, стиснув челюсти так сильно, что стало удивительным, как у него еще сохранили коренные зубы.
— Он уже получил души этих детей. Сейчас мы не можем им помочь.
— Ты предлагаешь ждать, пока Матиаса обретет больше сил? Для того, чтобы Анарки собрали как можно больше магически одаренный детей и людей и околдовали их? Когда мы уже начнем принимать меры? Когда Матиас выбьет наши двери и замахнется на все, чем мы дорожим?
Напоминает то, как магическое сообщество действовало в прошлый раз. Брэм не произнес этого вслух; он и не должен был. Все присутствующие и так знали, что их люди не спешили действовать во время последнего восхождения Матиаса к власти. Никто не хотел верить в то, что среди них появилось такое зло. Только горстка отважных волшебников решилась бороться, сумев победить Матиаса и избавить колдовской мир от этой раковой опухоли.