Страница 83 из 166
Однако правительства США и Англии занимали другую позицию в данном вопросе. Летом 1942 г., когда военное положение Советского Союза было исключительно тяжелым, американские и английские руководящие деятели при разработке военно-стратегических планов основывались на политических расчетах, весьма далеких от решения главной задачи войны, как ее понимали народы антигитлеровской коалиции.
И. В. Сталин в своем меморандуме У. Черчиллю писал: "В результате обмена мнений в Москве, имевшего место 12 августа с. г., я установил, что Премьер-Министр Великобритании г. Черчилль считает невозможной организацию второго фронта в Европе в 1942 году.
Как известно, организация второго фронта в Европе в 1942 году была предрешена во время посещения Молотовым Лондона, и она была отражена в согласованном англо-советском коммюнике, опубликованном 12 июня с. г.
Известно также, что организация второго фронта в Европе имела своей целью отвлечение немецких сил с Восточного фронта на Запад, создание на Западе серьезной базы сопротивления немецко-фашистским силам и облегчение таким образом положения советских войск на совет-ско-германском фронте в 1942 году.
Вполне понятно, что советское командование строило план своих летних и осенних операций в расчете на создание второго фронта в Европе в 1942 году.
Легко понять, что отказ Правительства Великобритании от создания второго фронта в 1942 году в Европе наносит моральный удар всей советской общественности, рассчитывающей на создание второго фронта, осложняет положение Красной Армии на фронте и наносит ущерб планам советского командования.
Я уже не говорю о том, что затруднения для Красной Армии, создающиеся в результате отказа от создания второго фронта в 1942 году, несомненно, должны будут ухудшить военное положение Англии и всех остальных союзников.
Мне и моим коллегам кажется, что 1942 год представляет наиболее благоприятные условия для создания второго фронта в Европе, так как почти все силы немецких войск, и притом лучшие силы, отвлечены на Восточный фронт, а в Европе оставлено незначительное количество сил, и притом худших сил. Неизвестно, будет ли представлять 1943 год такие же благоприятные условия для создания второго фронта, как 1942 год. Мы считаем поэтому, что именно в 1942 году возможно и следует создать второй фронт в Европе. Но мне, к сожалению, не удалось убедить в этом господина Премьер-Министра Великобритании, а г. Гарри-ман, представитель Президента США при переговорах в Москве, целиком поддержал господина Премьер-министра.
И. Сталин"{3}.
14 августа 1942 г. Черчилль в ответе И. В. Сталину на этот меморандум предложил провозгласить как второй фронт намечавшуюся операцию англо-американских войск в Северной Африке{4}. Однако такое предложение о развертывании боевых действий вдали от Европы и тем более жизненных центров Германии ни в коей мере не могло заменить подлинного открытия второго фронта в Европе. И действительно, когда в ноябре 1942 г. была произведена высадка американо-английских соединений во французской Северной и Северо-Западной Африке, а затем последовало их наступление против итало-германских войск, это не оттянуло с советско-германского фронта ни одной немецко-фашистской дивизии.
Правительства США и Англии не могли, однако, не считаться с общественным мнением своих собственных стран и других государств антигитлеровской коалиции. Для его успокоения был использован вымышленный фашистской пропагандой миф о неприступности "Атлантического вала". Но существовал ли такой "вал" в действительности? Гитлеровский генерал Б. Циммерман, в годы войны бессменный начальник оперативного отдела штаба Западного фронта и, следовательно, человек хорошо информированный, впоследствии писал: "Можно сказать без преувеличения, что Восточный фронт настойчиво выкачивал из немецких армий, находившихся на Западе, всю боеспособную живую силу и боевую технику... Чтобы скрыть действительную слабость немецкой оборонительной системы на Западе, Гитлер приказал в течение 1942 г. завершить строительство укреплений на побережье Ла-Манша... однако повсюду закончить их не удалось, не говоря уже об оснащении этого "Атлантического вала" вооружением"{5}.
Главнокомандующий группой армий "Запад" Рундштедт в представленном им ОКВ отчете указывал, что "на Западном театре военных действий большинство немецких солдат слишком стары. Зачастую на службе находились офицеры с искусственными конечностями. Один батальон был сформирован из людей, страдавших болезнями уха. Позднее целая, 70-я дивизия была укомплектована солдатами, имевшими желудочные заболевания и нуждавшимися в специальной диете... Ощущался острый недостаток в тяжелых видах вооружения, особенно в танках"{6}. Немецкие военно-воздушные силы на Западе в течение всего 1942 г. имели лишь 400 боеспособных бомбардировщиков и до 200 боеспособных истребителей{7}.
"Атлантический вал" как неприступный барьер, препятствующий США и Англии открыть второй фронт в Европе, в действительности не существовал. Он являлся всего лишь плодом пропаганды фашистов и англо-американских реакционеров. Генерал Гальдер в своей книге "Гитлер как полководец" писал: "Можно ли было все же отразить вторжение и тем самым создать почву для заключения почетного мира? Имела ли "германская крепость" надежду перемолоть силу своих противников на своих валах? Нет. Мы должны наконец решительно покончить с этими сказками... Это было ясно еще в начале 1942 г."{8}
Быть может, правящие круги США и Англии были введены в заблуждение пресловутым мифом об "Атлантическом вале"? Конечно, нет. И не только потому, что разведка союзников хорошо ориентировалась в подобных вопросах и имела достаточно времени, чтобы собрать нужную информацию о реальной обстановке на побережье Франции. Факты говорят о том, что влиятельные американо-английские круги, оказывая давление на правительства США и Англии, делали все для того, чтобы второй фронт в Европе в 1942 г. открыт не был. США и Англия, располагая для вторжения на Европейский континент неизмеримо большими вооруженными силами, чем те, которые гитлеровская Германия имела во Франции, тем не менее не открывали второго фронта. Дальнейшее развитие событий показало всю ошибочность расчетов на ослабление Советского Союза.
Вооруженная борьба на Восточном фронте - главном фронте второй мировой войны - убедительно показывала, что СССР обладает необходимыми силами и средствами, чтобы противостоять агрессору.
Страна готовит победу
Политическая и военная обстановка на мировой арене во второй половине 1942 г. складывалась таким образом, что при общем изменении соотношения сил в пользу антигитлеровской коалиции фашистская Германия имела возможность свои главные ресурсы использовать на Восточном фронте. Народы СССР продолжали нести основную тяжесть борьбы против гитлеровских агрессоров.
Напряженная обстановка на фронте возлагала колоссальную ответственность за судьбы Родины не только на Вооруженные Силы, но и на весь советский народ. Чтобы выдержать новый натиск врага, сорвать его летнее наступление 1942 г., а затем обеспечить переход Красной Армии в решительное контрнаступление, требовалось в качестве одного из главнейших условий увеличить военное производство. От того, сумеет или нет советский тыл решить эту задачу в необходимых масштабах и в ограниченные сроки, зависело очень многое.
В обстановке тяжелых неудач на фронте и усугублявшихся трудностей в тылу советские люди в сжатые сроки решали сложные задачи. Эвакуированную в глубокий тыл промышленность следовало обеспечить квалифицированными кадрами, электроэнергией, металлом, топливом, станками, транспортом и др. Во многом нуждались и местные предприятия, перешедшие на военное производство, а также промышленные новостройки.
Крайне сложной являлась продовольственная проблема. Война вызвала резкое возрастание потребления хлеба городом и армией. Между тем оккупация врагом плодородной Украины, дававшей в 1940 г. 23% валового производства зерна, и Северного Кавказа, где производство хлеба перед войной составляло 10,6%, еще более осложняла положение{9}. Захват немецко-фашистскими войсками ряда сельскохозяйственных районов страны привел также и к огромным потерям в производстве других сельскохозяйственных культур (сахарной свеклы, подсолнечника и др.) и к уменьшению поголовья скота. По этим же причинам сильно сократился выпуск продукции пищевой промышленности. Крупные продовольственные запасы остались на оккупированной территории или были уничтожены в связи с невозможностью их вывоза.