Страница 61 из 166
каждый метр лежавшей перед ним земли, каждый камень тотчас оживали, едва лишь войска оккупантов устремлялись в атаку. Защитники Сталинграда, искусно пользуясь инженерными и естественными укрытиями, стойко удерживали занимаемые позиции. Борьба за Тракторный завод разгорелась с исключительной силой. Бои шли за каждый дом, этаж и лестничную площадку. Между пос. Баррикады и СТЗ отдельные дома и улицы по нескольку раз переходили из рук в руки. Воины 37-й гвардейской, 95-й стрелковых дивизий и других соединений 62-й армии, укрываясь от огня в окопах, зданиях или просто среди развалин разрушенных домов, встречали врага гранатами, бутылками с горючей жидкостью и огнем автоматов. Расчеты артиллерийских и противотанковых орудий прямой наводкой расстреливали немецкие танки. Однако неравенство сил было слишком велико.
После ожесточенного 4-часового боя вражеские войска прорвали оборону 37-й гвардейской стрелковой дивизии, смяли левый фланг 112-й стрелковой дивизии и вышли к стадиону СТЗ. К 16 часам, рассказывает В. И. Чуйков, части 112-й, 37-й гвардейской стрелковых дивизий и правого фланга 308-й стрелковой дивизии, расчлененные и обойденные танками противника, вели бои в окружении. Командные пункты полков оставались на месте. Борьба велась до последнего патрона. "Командир 37-й дивизии генерал Желудев от разрыва авиабомбы был засыпан в своем блиндаже. Его откопали бойцы из охраны штаба армии и привели ко мне в блиндаж. Управление частями его дивизии взял на себя штаб армии.
Сведения от войск поступали противоречивые, уточнять их. становилось все труднее и труднее. Командные и наблюдательные пункты полков и дивизий разбивались снарядами и бомбами. Многие командиры погибли. На командном пункте армии погибло 30 человек. Охрана штаба армии не успевала откапывать людей из разбитых блиндажей. Управление войсками осуществлялось главным образом по радио... Окруженные и отрезанные гарнизоны продолжали драться..."{145}.
Эти же бои описывает автор истории немецкой 14-й танковой дивизии - Р. Грамс. 14 октября, отмечает он, на долю дивизии выпал большой успех. Собранными в плотный кулак силами, поддержанная усиленной артиллерией и пикирующими бомбардировщиками, дивизия прорвалась через Тракторный завод и около полуночи достигла 1-м батальоном 103-го полка и танковым батальоном берега Волги в северной части города. Но более тяжелой оказалась задача удержать захваченное. Грамс довольно выразительно рассказывает о том, сколь критической была ситуация: "Это была жуткая, изнуряющая борьба на земле и под землей, в развалинах и подвалах, в канавах большого города, в его индустриальных кварталах... Танки карабкались через горы мусора и обломков, скрежеща, пробирались через чудовищно разрушенные заводские цеха, стреляли с ближних дистанций вдоль заваленных улиц и тесных заводских дворов. Иной бронированный колосс вдруг сотрясался и разрывался на части под грохот детонирующей вражеской мины. Но все это еще можно было вынести. Дальше же был глубокий, как бездонное ущелье, круто обрывающийся к реке волжский берег, здесь разгорались самые ожесточенные схватки"{146}. Если немцам удавалось захватить край волжского берега, то ночью у них на флангах и в тылу из всех щелей и трещин земли появлялись советские воины. "И все, что было завоевано вечером в жаркой борьбе, к утру оказывалось снова потерянным. А на противоположном низменном лесистом берегу реки нельзя было увидеть врага, незримы там были его батареи, его пехота, но он был там, он вел оттуда артиллерийский огонь, и каждую ночь сотни его лодок перевозили подкрепления через широкий поток в руины Сталинграда, и все начиналось сначала: ураганный огонь, пикирующие бомбардировщики, дым и чад, часами заслонявшие солнце. Но положение почти не изменялось, а боеспособность наших войск таяла, как масло на солнце"{147}.
К вечеру 14 октября противник ворвался на территорию Тракторного завода, а затем, углубляя прорыв, ударными отрядами вышел к Волге.
Особенно тяжелые бои 14 октября происходили в полосе обороны 37-й гвардейской стрелковой дивизии и 90-го стрелкового полка 95-й стрелковой дивизии, прикрывавших подступы к Тракторному заводу. Здесь атаковали 389-я и 94-я пехотные, 100-я егерская (лекгопехотная), 14-я и 24-я танковые дивизии гитлеровцев. В составе этих войск было 250-300 танков. Каждой атаке предшествовала сильная артиллерийская подготовка и массированные удары авиации. Вражеская авиация совершила в течение дня на этот район 800-900 самолето-вылетов. За мощным артиллерийским и авиационным воздействием на позиции советских воинов устремлялись двумя-тремя эшелонами танки, за которыми двигалась пехота.
В ходе ожесточенной борьбы воины 37-й гвардейской стрелковой дивизии и 90-го стрелкового полка во взаимодействии с соседними соединениями и при поддержке артиллерии нанесли значительный урон врагу, подбив и уничтожив до 50 танков и 18 самолетов, истребив около 200 солдат и офицеров. Однако противнику все же удалось овладеть Тракторным заводом и на фронте около 2,5 км прорываться к Волге. Положение войск 62-й армии стало еще более трудным. Ее правый фланг был отрезан от основных сил севернее р. Мокрая Мечетка{148}. Отрезанная группа, которую возглавил командир 124-й стрелковой бригады полковник С. Ф. Горохов, свыше месяца, охваченная противником с трех сторон и прижатая к Волге, продолжала стойко обороняться.
15 октября продолжались ожесточенные бои в районе СТЗ и на северном участке фронта 62-й армии. Противник ввел в бой 305-ю пехотную дивизию и стремился развить наступление на юг и север вдоль Волги, чтобы зайти в тыл основных сил армии Чуйкова и полностью их уничтожить.
Немецко-фашистская артиллерия и авиация наносили непрерывно удары по боевым порядкам советских войск. Вражеские истребители блокировали аэродромы за Волгой и препятствовали советским самолетам подниматься в воздух.
37-я гвардейская стрелковая дивизия, на которую пала главная тяжесть борьбы в эти дни наиболее мощного наступления захватчиков, продолжала сражаться отдельными подразделениями в поселке СТЗ и частью сил в районе Минусинской улицы. Тяжелые бои вели также 95-я стрелковая дивизия и 84-я танковая бригада. Остальные части армии вели бои с мелкими группами противника.
Бои с врагом происходили в 500 м от командного пункта армии, что сильно затрудняло управление войсками. Другая вражеская группировка в этот же день, 15 октября, атаковала части 124-й и 149-й стрелковых бригад с двух направлений: с севера на Рынок и с запада на поселок Спартановка. При этом противнику удалось несколько вклиниться между этими бригадами.
Командование Сталинградского фронта принимало меры для оказания помощи 62-й армии. К исходу 14 октября распоряжением штаба фронта 138-я стрелковая дивизия из б4-й армии передавалась в подчинение командующего 62-й армией. Полковнику И. И. Людникову предлагалось немедленно по тревоге поднять один стрелковый полк в полном составе и не позднее 5 часов утра 15 октября переправить на западный берег Волги, передав его в распоряжение командующего 62-й армией. Недостающее в полку оружие передавалось из других полков, имея в виду, что на следующий день дивизии подвезут оружие и все боеприпасы{149}.
Однако к утру 15 октября полк не был переправлен на правый берег. Командующий фронтом, который решил лично прибыть в этот день на наиболее угрожаемый участок обороны Сталинграда, также не смог этого сделать. Попытка переправиться в район СТЗ в тот день успеха не имела, так как противник вел усиленный огонь по всем причалам и переправам.
Полк 138-й стрелковой дивизии полковника И. И. Людникова был переброшен в Сталинград в ночь на 16 октября и сразу же вступил в бои севернее завода "Баррикады", 389-я пехотная и 16-я танковая дивизии противника, усиленные моторизованными полками, с утра атаковали группу полковника С. Ф. Горохова, оборонявшую поселки Рынок и Спартановка. Одновременно части немецких 305, 100, 94-й пехотных и 14-и, 24-й танковых дивизий продолжали наступать на юг вдоль правого берега Волги. Натиску этих крупных, во много раз превосходящих сил противника противостояли до предела ослабленные части 37-й гвардейской и 95-й стрелковых дивизий и полк 138-й стрелковой дивизии с 84-й танковой бригадой, которые с крайним напряжением сил отражали вражеские атаки. И они погибли бы все, но в самые тяжелые часы боев на противника обрушивала свои удары штурмовая авиация, пробивавшаяся сквозь огонь немецкой артиллерии и блокаду вражеских самолетов истребителей, а с левого берега Волги очень своевременно оказывала поддержку армейская и фронтовая артиллерия.