Страница 94 из 132
Все земляне любили пурпурных человечков. Их восхищение людьми братьями по разуму», растопило сердца самых заскорузлых консерваторов. Их чувство юмора, доброта пришлись нам по сердцу, и в этом смысле мнение жителей Полтрои могло нанести серьезный ущерб делу оппозиции. Ведь что утверждали мятежники? Что чуждые нам расы изначально являются нашими врагами — пусть это не высказывалось вслух, а часто и высказывалось, но назвать полтроянцев врагами было невозможно. Они по своей природе никому не могли быть врагами. Такими уродились… Ну, повезло им с эволюцией! Отвоевались они еще в древнюю эпоху, потом постоянно мир, мир, мир…
Тут было о чем задуматься апологетам отделения от Содружества.
Наиболее известными и блистательными адвокатами будущего метаобъединения галактических рас являлись Фритизо-Пронтиналин и его супруга Минатипа Пинакродин. Они были старыми друзьями нашей семьи. Одно время эта пара преподавала в Дартмутском колледже. Я был среди тех, кто в октябре 2081 года встречал их, когда они прибыли на сессию. Их выступления имели оглушительный успех. Признаюсь, читая их речи, даже я заколебался. Чуть-чуть…
Мне стыдно говорить об этом, но мемуары для того и пишутся, чтобы говорить правду. Что было, то было. Однако в свое оправдание могу сказать, что колебался я недолго. Были и другие подобные моменты, но теперь я, можно сказать, остался последним мятежником на этой земле. Другие либо перемерли, либо изменили своим убеждениям. Я же никогда не мог позволить себе этого. Ладно, хватит, что это я все о себе да о себе… Mais cela n'a aucune importance[129].
Марк был хитрая бестия. Он не стал вступать в дискуссии ни с полтроянцами, ни с последователями Пьера Тейяра де Шардена, ни со сторонниками «космического сознания», разделявшими взгляды К. Циолковского, В. Вернадского и других, ни с уверовавшими в Единство академиками, ни даже с коллегами-Магнатами.[130] Набивать себе шишки — это он оставил своим уже вошедшим в революционный раж товарищам. Особенно преуспели в этом Алекс Манион и небезызвестная уже профессор Аннушка Гаврыс. Марк понимал, что по большому — или, скажем так, честному — счету идее метаединства им противопоставить нечего. Если трезво разобраться, то любой другой вариант развития Галактики и разумных рас в ней вел к гибели и хаосу. От этого открещивались обе стороны. Марк давным-давно не то чтобы уверовал в Единство, но как бы признал этот факт. К сожалению, создание Галактического Разума противоречило его собственным планам, и это решило все дело.
Доротея тоже не принимала участия в теоретической дискуссии — при нынешнем состоянии общества она считала невозможным вразумить кого-то с помощью простых, тем более убедительных объяснений. В ту пору требовались и принимались на веру исключительно «оригинальные» решения. Однако она нашла, чем досадить Марку, и сделала это с неподражаемым женским ехидством. Название «ангел бездны» напрочь приклеилось к Марку.
Тот, в свою очередь, тоже верно оценил обстановку и вовсю работал над созданием своего «имиджа». На это сил не жалел, без конца появлялся на тридивидении в передачах «Встреча с прессой», «Из официальных источников», в новостях, тем самым показывая, что плюет на постановление Дирижеров. Правда, теперь он уклонялся от обсуждений Ментального человека — говорил, что это сугубо частная проблема, ничем не отличающаяся от других подобных программ — таких, как, например, выращивание детей в пробирке или искусственное зачатие. Теперь он постоянно бил в одну и ту же точку — именно это коробило многих людей, разбирающихся в сути происходящего. Он заявлял, что Единство не может быть навязано человечеству силой. Мы, утверждал он, должны сами либо принять его, либо отказаться. Только сами!.. Без всякого давления со стороны экзотиков, а этого невозможно добиться, если люди останутся в составе Содружества.
Наиболее серьезной угрозой галактическим цивилизациям, заявлял он, является отказ экзотиков от компромисса.
Здесь все было перевернуто с ног на голову, однако со стороны позиция Марка выглядела логичной, тем более что под его обаяние попадало все больше и больше нормальных людей. Да и оперантов тоже. Доротея правильно заметила, что без массового внушения с использованием метасокрушительной силы этого нельзя было бы добиться. Она была права — Марк, с моей точки зрения, бесстыдно использовал приемы и приемчики древних колдунов и шаманов. Казалось, человеческая раса давным-давно разобралась в секретах успеха всех этих вождей, фюреров, председателей и так далее, однако за несколько сотен лет у нас не было опыта встречи с чем-нибудь подобным. И мы дрогнули… Казалось, после безумия крестовых походов, после попытки построить коммунизм вряд ли найдется человек, способный увлечь человечество красивой идеей.
Но идеи сильны, в них есть обаяние чего-то платоновского, запредельного. Без них жизнь превращается в использованную жвачку, которую ты, сам того не сознавая, берешь в рот… Вот он, страшный порочный круг нашего существования.
Марк был гений — Это точно! Знаете, какой образ самого себя он постоянно пропагандировал в средствах массовой ин формации? Ни за что не поверите. Этакого плейбоя от науки!.. Он был богат, красив и обаятелен, необыкновенно талантлив, за его плечами чувствовалась могучая политическая сила — чем не суперзвезда?.. Он сумел организовать и направить в нужное русло и бессознательные общественные страхи, и не осознанный ужас, который неизбывно таился в душе каждого человека еще со времен вторжения и долгих лет галактического попечительства. Он наловчился манипулировать этим комплексом, в котором причудливо сплелись наша наивная вера в превосходство человеческой расы с не оставляющим места для иллюзий опытом, полученным от общения с более высокими цивилизациями. Как раз этот душевный, на уровне архетипов, разлад являлся благодатной почвой для талантливых демагогов. А если тот еще обладал даром внушения, пиши пропало — мы, люди, не глядя сожрем подброшенную нам приманку.
Наши истинные герои вели себя куда более скромно. Они упорно и не покладая рук работали на благо человечества, и никому в голову не приходило оценить их усилия. Пока они не умерли…
Все оставшиеся месяцы 2081 года и начало 2082-го, пока Консилиум в полной тайне продолжал обсуждение, а публика и средства массовой информации метали громы и молнии по поводу его медлительности, Рори Малдоуни и другие лидеры мятежников продолжали запасать оружие, как обычное, так и основанное на искусственном усилении работы мозга. Верфи Новониколаевского завода один за другим вводили в строй модифицированные транспортные звездолеты. Однако в штат их пока не записывали, и эти корабли стояли на запасных стапелях в ожидании разрешения на дальнейшую колонизацию свободного пространства. Верховный лилмик наложил запрет на освоение новых планет до тех пор, пока вопрос о Единстве не будет решен.
Между февралем 2081 года и январем 2082-го доктор Стейнбренер с помощниками оплодотворили и заложили на хранение в криогенные камеры около трех тысяч зародышей, появившихся из генных материалов, полученных от Марка Ремиларда и Розамунды Ремилард, которая была не замужем, работала астрофизиком и добровольно согласилась участвовать в этом проекте. Девяносто шесть процентов плодов были признаны обладающи ми блистательными способностями в латентном состоянии.
6 января 2082 года, сразу после закрытия сессии Консилиума, агенты-крондаки из Галактического Магистрата с предписаниями в щупальцах прибыли в СЕРЕМ и наложили арест на все работы, связанные с Ментальным человеком. Весь на ледственный материал, а также уже оплодотворенные клетки были опечатаны и отправлены к новому месту хранения, координаты которого хранились в тайне.
Это известие всколыхнуло миллионы людей — даже тех, кто ранее был равнодушен к спорам насчет Единства. Марк в исполненном достоинства заявлении назвал закрытие СЕРЕМа жестокой и несправедливой мерой, на которую экзотиков толкнул страх перед возможностями свободного развития человека. Он предотвратил кое-где начавшие разгораться стихийные выступления и бунты, но предупредил, что человеческому терпению может скоро прийти конец.
129
Но это к делу не относится
130
И конечно, он напрочь отказался от публичных дебатов с отцом