Страница 59 из 132
Он хмуро выслушал мои объяснения и заметил:
— Парень, тебе следует отвлечься. Давай-ка я займусь этим.
Двумя днями позже, в дождливый полдень, он прилетел ко мне на рокрафте. Совершил посадку возле моего дома и вошел в магазин через черный ход. Шел и ухмылялся…
— Собирай вещички! — поднимаясь по лестнице ко мне в квартиру, крикнул он. — Прихвати на дорогу что-нибудь из еды! В эти выходные в честь праздника Всеобщего разоружения в Лионе пройдет трехдневный семинар по вопросу угрозы, которую представляет Галактическое Единство. Я попытался было отбиться и остаться дома, но ничего не вышло. Ее Ученое Величество берет меня с собой, как, впрочем, и Салли Ла-пидус… А также тебя!
— Меня? Во Францию?.. Прямо разбежался! Спал и видел, как бы мне поскорее очутиться во Франции..
Кайл не обратил никакого внимания на мои крики — тут же спустился в магазин, принялся тушить свет, закрывать засовы, включил сигнализацию. Вывесил на двери табличку: «ЗАКРЫТО»… Одним словом, распоряжался как у себя дома.
— Давай пошевеливайся, не испытывай терпения Маши — она дожидается нас в рокрафте. Пригласить тебя настолько же ее идея, насколько и моя.
Это точно: перечить Маше Макгрегор, известному психотерапевту, ярой стороннице мятежников, любимой племяннице Дэви Макгрегора, — себе дороже. Ее пылкий характер был хорошо известен. Правда, Кайл мало в чем уступал ей. Вот уж неукротимая парочка! И в то же время — не разлей вода!.. Вот о ком с полным основанием можно сказать: милые бра нятся — только тешатся.
— С чего это вдруг ты решил, что я вот сейчас все брошу и помчусь за тридевять земель развлекаться?! Да еще на какую-то идиотскую встречу заговорщиков!.. — Хандра требовала выхода, однако Кайл и слушать не стал — схватил меня за руку и поволок в спальню собирать вещи.
Кот настороженно следил за нами, потом тревожно замяукал. И был прав! Кошки всегда правы!.. Мне не следует никуда отлучаться. Томиться духом, страдать, изнывать от тоски лучше всего в знакомом месте, в родном доме. Однако этому ублюдку в клетчатом кильте разве можно было что-то объяснить? Он хоть и ниже меня ростом, но силен, чертяка, как дьявол.
— Симпозиум, — он жарко зашептал мне на ухо, — только повод, чучело ты канукское! Мы погуляем по городу. Пока эти две тронутые будут тешиться обвинениями и прочей чепухой, мы с тобой осмотрим достопримечательности и выпьем от души. Одним словом, отлично проведем время.
— Но зачем так далеко?..
— Вздор, вздор! Это не расстояние для моего нового ро-крафта, ты посмотришь, какой у меня красавчик! Всего несколько часов полета — и мы в Лионе! Ты только представь себе: заходим в ресторан… Какой ты предпочитаешь — «Пирамиду», «Жорж Бланк», «Поль Боку», «Ля Me Жи»? Выбирай любой!.. Отведаем настоящего бургундского. Курочка в винном соусе, суп из трюфелей, жареный рубец. Все меню два раза. Вздор, вздор!.. И говорить не о чем, собирайся скорее..
— Рубец?! — возмутился я. — Да меня от него тошнит!..
— Тогда лягушачьи лапки. Просто наслаждение!.. Наконец ему удалось впихнуть меня в мою собственную спальню. — здесь мое сопротивление ослабло, сил больше не было, и он с победным видом поволок меня к шкафу.
— Итак, что возьмем? Конечно, вечерний костюм… — Пиджак и брюки прямо с вешалкой полетели на кровать. — Теперь что-нибудь попроще. Не забудь нижнее белье, — это он говорил мне, выкидывая мои же вещи на постель. — Роджи, не вешай нос. У тебя есть шанс. Во-от такой!.. Салли как раз разошлась со своим экономистом, он опостылел ей до чертиков. Так что тебя, возможно, ждет небольшое приключение…
Я призадумался. Салли Лапидус… Я встречался с ней во время посещения Катрин. Салли работала у нее в Метапсихическом педагогическом институте, она была практикующим психологом. Доротея, помнится, обучалась у нее азам метапсихологии. Она, конечно, не такая пышная, как Маша, и, возможно, не такая красивая, но шарм у нее есть. Это точно. Одевается так, что закачаешься, и после оздоровительных процедур выглядит вполне-вполне. Очень выразительные глаза, живые манеры, не ломака и в то же время умеет себя подать. «С другой стороны, — с тоской подумал я, — чем я отличаюсь от кучи засохшего собачьего дерьма? Кайл слишком оптимистично оценивает мои достоинства».
Так я и стоял в растерянности посреди спальни, в то время как Кайл неутомимо запихивал мои вещи в дорожную сумку. Неожиданно он взглянул на меня — видно, догадался, что со мной творится, — подошел, положил руку на плечо и сказал:
— Поехали, дружок. Что ты теряешь? Деньжонки у меня есть…
Я, словно просыпаясь, посмотрел на него и спросил:
— Почему бы и нет?
Все-таки неплохо проветриться. Что толку томиться в одиночестве, в этой мрачной лавчонке! С Кайлом я чувствую себя совершенно свободно — сколько раз мне приходилось стряпать ему ужин на скорую руку, когда он и Маша вставали в оппозицию друг к другу. Деньжата у него и в самом деле водились, особенно после того как его последний сатирический роман «Месть слабо взаимодействующих тяжелых частиц» имел успех…
Наконец мы вышли на грязный тесный двор, где приземлился его новенький «ламборджини». Как только мы взобрались в кабину, Маша тут же заметила:
— Вовремя! Мне уже надоело ждать этих двух типчиков.
Между тем Салли встретила меня мягкой приглашающей улыбкой, подвинулась, и мы очень удобно разместились с ней на заднем сиденье. Скоро я почувствовал, что мое настроение резко пошло вверх.
Через три часа полета мы приземлились в прекрасной Франции. Все это время я спал — проснувшись, выслушивал шуточки, которые дамы отпускали в наш адрес, узнал много нового из жизни оппозиционеров. Как обухом меня ударила новость, что на ближайшей сессии Консилиума Марк выступит в поддержку мятежников.
Добравшись до отеля «Палас Белькер», уже в холле мы встретили старых друзей Маши, с которыми она работала в Эдинбургском университете. Они настояли, чтобы мы поужинали с ними в легендарном «Бистро де Лион». В знаменитом кафе было многолюдно и шумно, люди переговаривались на стандартном английском, кое-где слышалась французская речь. Устрицы, говядина по-татарски[77], куриный бульон с равиолями[78], кувшины молодого, придающего бодрость вина — все здесь веселило сердце и согревало душу. Я пил и ел и с интересом прислушивался к беседе, которую завели теоретики мятежного движения.
Еще год назад я не обращал внимания на разговоры, касающиеся Единства, то есть конечной цели, ради которой и создавалось Галактическое Содружество. Вскоре эта тема стала одной из животрепещущих, когда верные идеям Содружества метапсихологи из Парижского университета открыли давно предсказываемое экзотиками-учеными явление самопроизвольного пробуждения у отдельных людей сверхчувственных способностей. Такое, как утверждали экзотики, обязательно должно было случиться, как только численность человечества перевалит за определенную величину. Кроме того, они утвер ждали, что подобные случаи будут множиться и множиться, и, мол, это есть ярчайшее подтверждение того факта, что мы, люди, находимся на пороге великого метаобъединения, что является ступенью ко всеобщему Единению Разумов в пределах всей Галактики. Ученые, придерживающиеся взглядов оппозиции, с пеной у рта принялись доказывать, что ничего по добного в природе не существует, а даже если и существует, то не имеет никакого отношения к навязываемому человечеству так называемому Единству, в котором они предпочитали видеть форму закабаления людей, попытку повернуть их с пути естественной эволюции.
Дени[79] пытался объяснить мне, что сверхчувственное восприятие и силы, им порождаемые, есть высшая гармония, которой может добиться разум как космический фактор на пути своего становления. Это явление есть необходимый итог биологической эволюции. В пример он приводил живую клетку, ее способность объединяться с другими родственными клетками в цельный организм. Это ведь тоже не сразу далось — миллионы лет прошли со времени образования простейших, прежде чем они «научились» сливаться в нечто более сложное. Здесь вполне можно провести аналогию и с развитием рода человеческого от отдельных семей, родов, племен к единому человечеству и даже к единой галактической цивилизации. Он рассказал мне, что причисленный ныне к лику святых монах-иезуит Пьер Тейяр де Шарден рассматривал подобную возможность еще в 30-х годах XX века. Единение сознаний, по его мнению, являлось тем средством, которое ускорит эволюцию человеческой расы. Собственно — тут Дени начинал немного горячиться — подобные же выводы вытекают и из системной теории. Когда же он пытался объяснить основные положения этой теории, я немедленно засыпал.
77
в просторечии именуемая shashlic
78
я не удержался и заказал еще одну порцию
79
этот человек умел заглядывать далеко вперед и называл неизбежное, по его мнению, объединение человечества Вторым Сошествием Христа