Страница 22 из 95
— ТЫ ПОНЯТИЯ НЕ ИМЕЕШЬ, ЧЕРЕЗ ЧТО МНЕ ПРИШЛОСЬ ПРОЙТИ, ЧТОБЫ ПОПАСТЬ СЮД... — она замерла.
Софи сидела в луже воды на полу, наносила румяна своему отражению и напевала:
Я принцесса юная, как нектар сладка,
Принц мой ненаглядный, забери меня...
Из другой стороны комнаты, разинув рты, за ней наблюдали три соседки по комнате и три крысы.
Эстер перевела взгляд на Агату.
— Она затопила наш пол.
— Чтобы накраситься, — добавила Анадиль.
— Разве кто-нибудь слышал что-нибудь настолько злое? — скривилась Дот. — Включая песню.
— Гладкое ли мое личико? — спросила Софи, щурясь в лужу. — Я не могу пойти на занятия, похожей на клоуна. — Она подняла глаза. — Агата, дорогая! Вовремя ты пришла в себя. Твое занятие по Уродоведенью начинается через две минуты, а ты ведь не хочешь сразу же произвести плохое впечатление.
Агата уставилась во все глаза на неё.
— Ну, разумеется, — сказала Софи, поднимаясь. — Сначала мы должны поменяться одеждой. Ну же, пока они не пришли.
— Родная, мы не идем на занятия, — сказала Агата, краснея. — Мы сейчас же отправляемся в башню к Школьному директору, пока не застряли тут навечно!
— Не будь дурочкой, — сказала Софии, дергая Агатино платье. — Не можем же мы вот так запросто вломиться по среди бела дня в какую-то там башню. И если уж ты все равно собралась домой, то должна сейчас же отдать мне свое платье, чтобы я не пропустила занятия.
Агата отпрянула.
— Так, довольно! А теперь слушай...
— Ты прямо сейчас поменяешь школу, — улыбнулась Софи, изучая Агату, стоявшую рядом со своими соседками по комнате.
Агата растеряла весь свой запал.
— Потому что я...уродливая?
— О, да во имя сказочника, Агги, взгляни на это место, — сказала Софи. — Тебе ведь нравится безысходность. Ты ведь любишь страдания и несчастье, и, гмм...все, что горит. Здесь ты будешь счастлива.
— Мы согласны, — раздались голоса позади Агаты, и та, удивившись. обернулась.
— Живи здесь, — сказала ей Эстер...
— А она пусть в озере утонет, — Дот сердито посмотрела на Софи, все еще обиженная за её колкости на Приветствии.
— Ты нам с первого взгляда понравилась, — проворковала Анадиль, в то время как её крысы облизывали ноги Агаты.
— Ты должна быть здесь с нами, — сказала Эстер, когда она, Анадиль и Дот окружили Агату, которая нервно переводила взгляд с одной злодейки на другую. Они что, действительно хотят стать её подругами? Неужели Софи права? Злодейство может сделать её...счастливой?
У Агаты засосало под ложечкой. Ей не хотелось быть Злой! Особенно, когда Софи была Доброй! Они должны выбраться из этого места, пока оно не разлучило их!
— Я не оставлю тебя! — закричала она Софи, вырываясь.
— Агата, никто и не просит тебя, оставлять меня, — твердо сказала Софи. — Мы всего лишь просим тебя оставить мне свою одежду.
— Нет! — провопила Агата. — Мы не будем меняться комнатами. Мы не будем меняться школами!
Софи с Эстер украдкой обменялись взглядами.
— Мы отправляемся домой! — сказала Агата прерывистым голосом. — Мы можем быть подругами там...находясь по одну сторону...ни на стороне Добра, ни на стороне Зла...мы будем счастливы наве...
Софи с Эстер схватили Агату, а Дот с Анадиль стянули с неё розовое платье, и они же вчетвером взамен надели на неё черную форму. Впорхнув в свое новое розовое платье, Софи распахнула дверь.
— Прощай, Зло! Здравствуй, Любовь!
Агата уставилась на свои ноги, а потом оглядела вонючий черный мешок, который сидел на ней именно так, как ей нравилось.
— И все встало на свои места, — вздохнула Эстер. — Вот серьезно, понятия не имею, как вас угораздило сдружиться с та...
— А, ну, вернись! — завопила Агата, преследуя Софи в розовом, движущейся по коридору по морю черноты. В шоке от того, что в их пространстве, появилась Счастливица, Несчастливцы окружили Софи и принялись бить её по голове книгами, сумками и обувью...
— Нет! Она одна из нас!
Все Несчастливцы повернулись к Хорту, стоявшему на лестничном пролете, в том числе онемевшая от ужаса Софи. Хорт ткнул пальцев в Агату в черном.
— Вот — Счастливица!
Несчастливцы развязали новую войну криков и столпились вокруг Агаты, в то время как Софи оттолкнула Хорта и сбежала вниз по лестнице. Агата парочкой точных ударов процарапалась сквозь толпу и съехала вслед за Софи по перилам. Держа Софи в поле зрения, она проследила её через узкий коридор, протянула руку, чтобы ухватиться за розовый воротник, но Софи свернула за угол, взбежала по извилистой лестнице, и оказалась на первом этаже. Агата свернула в тупик и увидела, как Софи волшебным образом сиганула через стену, на которой кровью было написано «СТУДЕНТАМ ЗАПРЕЩАЕТСЯ!» и Агата прыгнула в портал вслед за ней...
И приземлилась на Срединном мосту с конца Школы Зла.
Но на этом погоня прекратилась, Софи была уже слишком далеко, у школы Добра, чтобы её можно было схватить. Даже сквозь туман Агата видела, что Софи вся так и светится от счастья.
— Агата, он сын короля Артура, — восторженно воскликнула Софи. — Настоящий живой принц! Но, что мне ему сказать? Как мне ему показать, что я та самая единственная?
Агата попыталась скрыть свою боль.
— Ты оставишь меня здесь...совсем одну?
Лицо Софи смягчилось.
— Агги, успокойся пожалуйста. Теперь все просто замечательно, — сказала она нежно. — Мы все еще будем лучшими подругами. Только в разных школах, как и собирались. Никто не сможет нас заставить перестать дружить, ведь так?
Агата взглянула на прекрасную улыбку Софи и поверила ей.
Но внезапно, улыбка с лица её подруги исчезла. Потому как розовое платье на ней превратилось в рваные черные одежды. В точно такие же, в её прежние, в школьную форму злодеев, и на груди блестел лебедь. Она подняла глаза и ахнула. Черное платье Агаты стало розовым.
Две девочки в шоке уставились друг на друга. Неожиданно на Софи легла тень, и Агата обернулась. Над ней поднялась гигантская волна, которая закрутилась в сверкающее лассо. И прежде, чем Агата успела дать деру, та налетела на девочку и отбросила её в залитый солнцем туман. Софи бросилась к мрачной краю моста и завопила, преисполненная чувством несправедливости.
Потом волна медленно стала возвышаться и над ней, но на этот раз её воды не мерцали. И с враждебным ревом волна смыла Софи обратно в школу Зла и исчезла.
Глава 7
Величайшая ведьма
— А почему нам необходимо заниматься обезображиванием?
Софи сквозь пальцы взглянула на лысину профессора Мэнли, на его прыщавую голову и кожу цвета патиссона, стараясь подавить рвотный рефлекс. Несчастливцы, окружавшие её, сидели за обуглившимися столами с ржавыми зеркалами, радостно забивая головастиков до смерти в железных мисках. Если бы она не знала наверняка, что происходит, то подумала бы, что они пекут воскресный пирог.
«Почему я все еще здесь?» — подумала она, а глаза ей застилали слезы от злости.
— Почему нам необходимо быть отвратительными и отталкивающими? - прошлепал губами Мэнли. — Эстер!
— Потому что это делает нас устрашающими, — ответила Эстер, потягивая свой сок из головастиков, мгновенно покрываясь красной сыпью.
— Неверно! — проревел Мэнли. — Анадиль!
— Потому что это заставляет рыдать маленьких мальчиков, — нашлась Анадиль, покрываясь красными волдырями.