Страница 20 из 95
Она поспешила в середину, где начинался туман, вытянув руки вперед, на случай, если барьер окажется раньше, чем она помнила. Но когда она вошла в туман, ее руки ничего не могли нащупать. Она все дальше погружалась в туман. Барьер исчез! Агата бросилась бежать, ветер сдул вуаль с её лица...
БАМ! И её отбросило назад, разрывая тело от боли. По-видимому, барьер появлялся, где ему заблагорассудится.
Избегая своего отражения в тонкой радужной пленке, Агата коснулась невидимой стены и почувствовала её холод, плотность поверхности. Неожиданно она заметила в тумане какое-то движение, и увидела, как из арки Зла на Срединный мост ступили два человека. Агата замерла. У неё не было времени бежать обратно в школу Добра, и на мосту негде спрятаться...
Два учителя прошли по мосту, а потом беспрепятственно пересекли барьер. Один из них был красивый профессор из школы Добра, который тогда улыбнулся ей, а другой с прыщавыми щеками из Школы зла. Болтаясь на каменных перилах высоко надо рвом, Агата слушала, как удаляются их шаги, и потом высунула голову из-за перил. Два учителя уже практически исчезли в башне школы Добра, когда красавец обернулся и вновь улыбнулся. Агата нырнула в укрытие.
— В чем дело, Огуст? — услышала она голос Злого учителя.
— Да померещилось, — усмехнулся красавец и они оба исчезли в башне.
«Нет, он точно с приветом», - подумала Агата.
Спустя несколько мгновений, она вновь стояла перед невидимой стеной. Как же они прошли сквозь неё? Она поискала уступ, но не нашла ни одного. Она попыталась пнуть стену, но та оказалась твердой, как сталь. Вглядываясь в Школу Зла, Агата могла различить волков погоняющих студентов вниз по лестнице. Рассейся туман, даже слегка, и она окажется прямо у всех на виду. Пнув стену последний раз, она побрела в сторону Добра.
— И не вздумай возвращаться!
Агата повернулась, чтобы посмотреть кто же это сказал, но обнаружила только свое отражение со сложенными руками на груди в прозрачной стене. Она отвела глаза. «Теперь мне чудятся какие-то голоса. Прелестно».
Она развернулась обратно в направлении башен и тут заметила, что её собственные руки были по бокам. Она резко развернулась, чтобы рассмотреть свое отражение.
— Это ты только что говорила?
Её отражение откашлялось.
— Добро к Добру,
— А Зло со Злом, и никаких сомнений,
— Вернись же в башню вновь свою
— Во избежанья потрясений.
— Эээ, мне надо пройти, — сказала Агата, уставившись в землю.
— Добро к Добру,
— А Зло со Злом, и никаких сомнений,
— Вернись же в башню вновь свою
— Во избежания серьезных потрясений,
думаешь зачем нужно мыть тарелки после ужина или потеряла свою Придворную комнату или, и то, и другое, будто мне есть, что сказать об этом.
— Мне необходимо увидеться с подругой, — настаивала Агата.
— У Добра нет друзей по другую сторону, — ответило её отражение.
Агата услышала, приторную мелодию и повернулась, чтобы увидеть зарево феи в конце Моста. Как же ей перехитрить себя? Как же ей найти щель в собственной обороне?
Добро к Добру...А Зло со Злом, и никаких сомнений....
Её осенило, она знала ответ.
— А как насчет тебя? — спросила Агата, все еще глядя в сторону. — У тебя есть друзья?
Её отражение дрогнуло.
— Не знаю. Есть?
Агата стиснула зубы и встретилась глазами с отражением.
— Ты слишком уродливая, чтобы иметь друзей.
Её отражение стало печальным.
— Абсолютное зло, — сказало оно и исчезло.
Агата протянула руку и коснулась барьера. На этот раз её рука прошла через него.
К тому времени как патруль фей оказался на мосту, туман уже стер её следы.
В то самое мгновение, когда нога Агаты ступила на порог Школы Зла, она почувствовала, что принадлежит именно этому месту. Присев за статуей лысой костлявой ведьмы в фойе, которому не помешал бы основательный ремонт, она внимательно осмотрела растрескавшийся потолок, обгоревшие стены, серпантин лестничных пролетов, полутемные залы...Лучше и представить невозможно.
Не увидев ни одного волка, Агата прокралась через главный коридор, всматриваясь в портреты выпускников злодеев. Она всегда находила злодейство более захватывающими, чем героизм. У них были честолюбие, страсть. Они создавали сказки. Злодеи не боялись смерти. Нет, они облачались в смерть, словно в доспехи! Когда Агата вдохнула школьный могильный запах, то почувствовала, как поток её крови ускорился. Как и злодеев, смерть её не пугала. Она заставляла чувствовать себя живой.
Неожиданно, она услышала голоса, и спряталась за стеной. Появился волк, который вел группку Несчастливец к лестнице под названием ПОРОК. Агата слышала, как те щебетали о своих первых уроках, улавливая такие слова, как «Подручные», «Проклятья», «Уродование». Как могли это дети оказаться уродливее её? Агата почувствовала, как краснеет от стыда. Глядя на этот парад бледных тел и отталкивающих рож, она знала, что легко бы вписалась. Даже их бесформенный черные балахоны были точно такими же, как один из тех, что она носила изо дня в день дома. И все же между ней и этими злодейками было отличие. Их рты были перекошены от горечи, глаза искрились ненавистью, кулаки сжимались от еле сдерживаемой ярости. У них, без сомнения, были дурные наклонности, а вот Агата ничего такого не чувствовала. Но потом она вспомнила слова Софи.
Отличность от других обычно превращается в Зло.
Страх сдавил горло. Так вот почему тень не похищала второго ребенка.
Я должна быть здесь вместе с ними.
Слезы начали жечь глаза. Ей не хотелось быть такой, как эти дети! Она не хотела быть злодейкой! Она хотела найти свою подругу и вернуться домой!
Не имея ни малейшего понятия даже в какую сторону смотреть, Агата бросилась вверх по лестнице под названием ВРЕДИТЕЛИ, чтобы оказаться на площадке, которая разделялась на две узкие каменные дорожки. Слева послушались голоса, поэтому она бросилась вправо, вниз по короткому коридорчику и уперлась в тупик закопченных стен. Агата вжалась в одну стену, окаменев, в то время, как голоса становились все громче. А потом она почувствовала какой-то щелчок позади себя. Это была не стена, а дверь, скрытая под слоем пепла. Она стерла платьем достаточное количество пепла с двери, чтобы прочесть красные буквы:
ДОСТИЖЕНИЯ ЗЛА
Внутри была кромешная тьма. Откашлявшись от запаха плесени и отмахнув паутину, Агата зажгла спичку. В то время как галерея Добра была безупречно чистой и огромной, галерея Зла была похожа на чулан для метел, олицетворяя все двести лет неудач. Агата внимательно осмотрела мальчишку в выцветшей школьной форме, который стал Румпельштильцхеном, в сломанной рамке, подписанной «Принципы убийства» будущих ведьм. На обсыпавшихся стенах висело несколько чучел воронов, сгнившие лозы шипов, которые когда-то ослепили известного принца и подпись Вера Из-за Лесья. Агата увидела свое лицо на плакатах о безвести пропавших детей из Гавальдона.