Страница 64 из 66
Сообразила, что не стоит звать меня «красавчиком» перед сэром Ралло и его людьми.
– Думаю, у меня получится привлечь их внимание, – сказал я.
Посреди площади стояла статуя какой-то чувихи в доспехах. Высотой статуя была метров пять, пока я не укоротил ее на голову.
Потом я заткнул уши при помощи простенького заклинания и раздолбал к чертовой матери колокольню. Еще не хватало, чтобы кто-то попробовал позвонить в колокол, пока я в городе.
Колокол рухнул на мостовую с высоты двадцати метров и раскололся на части. Когда Карин подала мне знак, что смолкло последнее эхо, я вернул себе слух и приготовился ждать. По моему мнению, власть предержащие должны были как-то отреагировать на мои действия.
Я оказался прав. Из здания на противоположной стороне площади к нам двинулась целая процессия. В ее главе шествовала бодренькая старушенция лет семидесяти. Наверное, одна из Владычиц. А где Виктория? Если бы она явилась сюда сама, это здорово бы облегчило мою работу.
– Что ты хочешь, убийца драконов? – поинтересовалась старушенция. – Когда ты закончишь разрушать мой город?
– Мне ваш город не нравится, – сказал я. – Но рушить его до основания я не буду. Выполните мои требования, и я уйду.
– Говори, убийца драконов.
– Повежливее, женщина! – рявкнул на нее сэр Ралло. Командный голос у него был – дай Творец каждому. Думаю, при желании рыцарь мог бы переорать самого Гарлеона.
– Мой друг прав, – сказал я. – Вежливость еще никогда никому не вредила. Попробуйте сформулировать свой вопрос по-другому.
Видно было, что для нее это тяжело, но она оказалась мудрой женщиной и довольно сносно справилась с задачей.
– Чего вы хотите, сэр? Что мы можем для вас сделать, чтобы уберечь свой город от разрушения?
– Соберите на площади народ, – сказал я. – Мужчин, женщин – всех, кого сможете.
– Зачем, сэр?
– Вообще-то, вы не в том положении, чтобы задавать мне какие бы то ни было вопросы, – сказал я. – Но не волнуйтесь, я не собираюсь устраивать массовых казней. Если вы меня не вынудите, конечно. Но если я вдруг решу по-другому, то вы меня все равно не остановите, и ни каменные стены, ни дома не смогут помешать мне это сделать. Я объясняю доступно?
– Вполне.
– Еще я хочу кресло, – сказал я. – Достаточно удобное. А то у меня после вашего гостеприимства все тело болит.
Наверное, она думала, что им следовало убить меня и отдать Гарлеону мертвым. Может быть, дракону это бы и не понравилось, но тогда городу не пришлось бы иметь дело со мной.
Все мы крепки задним умом, или, как говорят люди, не будь таким умным, как моя теща завтра.
Владычица начала отдавать распоряжения.
Когда мне принесли кресло, народ уже начал потихоньку скапливаться. Народ был испуган. Я мог понять чувства горожанок. Не каждый день в твой город врывается животное, от которого в страхе бегут даже драконы, животные куда более крупные и опасные.
Я стрельнул у одного из людей Ралло трубку и закурил, сидя в кресле. Карин и сам рыцарь тоже спешились, встав от меня по обе стороны и положив руки на рукояти мечей.
Повелитель Молний лежал у меня на коленях, и престарелая Владычица отводила глаза от блеска его лезвия.
Скоро мы оказались окружены плотным кольцом людей. Задние напирали, в них наконец-то проснулось любопытство, но передние старались держаться от нас так далеко, как это только было возможно. Началась неизбежная в таких случаях давка.
Попав в окружение, люди сэра Ралло начали нервничать, но их командир выглядел абсолютно спокойным. Я тоже был спокоен. Эти люди не решаться напасть на обладателя древнего волшебного меча.
Теоретически, местные жительницы могли задавить нас числом, если бы бросились все сразу. Но половиной населения города в таком случае точно пришлось бы пожертвовать, и никто не хотел оказаться в этой половине.
В толпе я увидел белое одеяние Виолы По Волнам Ходящей, и приказал, чтобы старушку пропустили поближе. Старая волшебница пришла скорее из любопытства, чем из страха перед моими угрозами. Но она оказала мне услугу, не взяв даже денег взамен, и я решил предоставить ей место в первых рядах.
Виктории видно не было.
– Больше людей на площадь не поместится, сэр, – сказала престарелая властительница. – Может быть, вам хватит тех, что уже пришли?
– Думаю, да, – сказал я. – В вашем Питомнике содержится юноша по имени сэр Джеффри Гавейн. Я хочу, чтобы его одели подобающим образом, сняли с него ошейник и цепи, если они на нем есть, и доставили сюда, целым и невредимым. Я забираю его из-под вашей опеки.
На лице старушки промелькнуло облегчение. Требование было выполнимым, ведь оно касалось всего лишь вещи, пусть дорогой, но не незаменимой.
– Также я хочу, чтобы мне выдали Владычицу Викторию, – сказал я. – Не обязательно невредимой, но обязательно живой.
– Это неприемлемо, – сказала старушка. К ее чести она попыталась защитить свою коллегу.
– Решать, что приемлемо, а что – нет, буду я, а не вы, – заявил я. – Вы показали, что способны выдавать людей тому, кто обладает достаточной силой, чтобы этого требовать. Я не так терпелив, как дракон, и не буду ждать до следующего утра. Я даю вам один час. Если через час я не увижу перед собой Викторию, я начну крушить. И поскольку я не только не так терпелив, как дракон, но и не так милосерден, я сразу начну с центра города. У меня руки чешутся сровнять его с землей, так что постарайтесь не дать мне повода.
Она дрогнула и отдала команду. Очень хорошо.
Мигель говорит, что месть – это блюдо, которое следует подавать холодным. Но во мне больше от человека, чем от эльфа, и я не собираюсь выжидать несколько веков. Я сожру это блюдо горячим и не поперхнусь.
Долги лучше отдавать сразу, пока на них не успели набежать проценты.
Сэра Джеффри доставили на площадь первым. Он был избит, но сломать рыцаря местные дрессировщицы не успели. Времени не хватило. Я не сомневался, что если дать таким дамам, как Виктория, достаточно времени, они могут сломать кого угодно. Если, конечно, жертве не повезет и она не умрет в процессе.
Юный рыцарь, а он действительно оказался юным, младше меня года на два-три, явно не мог понять, что с ним сейчас происходит. Но с ним я могу поговорить позже. Я приказал сэру Ралло выделить Гавейну лошадь, и тот легко впрыгнул в седло.
Этот парень заколол дракона в пешем бою, напомнил я себе. Он может быть наивен или просто глуп, но храбрости и умения у него не отнять. Думаю, что даже одноразовый магический артефакт не так-то просто вогнать в грудь дракона, пробив закрывающую ее броню.
Сэр Джеффри не стал требовать объяснений и сидел в седле молча. Наверное, он был счастлив при мысли, что никогда не вернется в питомник, где с ним обращались, как с племенным животным.
Через несколько минут доставили и Владычицу Викторию. Двое дюжих стражниц тащили ее под руки. Волосы Владычицы были растрепаны, одежда пребывала в беспорядке, а на скуле красовалась свежая ссадина. Наверняка она дралась, как… драная кошка, предчувствуя, что ничего хорошего ей на площади не светит.
Стражницы поставили ее передо мной, и отошли. Бежать-то ей все равно некуда – толпа сомкнулась за ними и ликвидировала проход.
Виктория посмотрела на меня. Она пыталась выказать презрение, но в глазах я видел страх. Она меня боялась.
Ринальдо Финдабаир, Великий и Ужасный, сын Оберона Яростного. Отец заслужил свое прозвище, а я?
Еще отца называли Обероном Кровавым, но исключительно за глаза.
– Не ожидали меня видеть? – спросил я у Виктории.
– Кто ты такой? – спросила она не слишком вежливо.
– А вам еще не рассказали? – я помахал мечом перед ее глазами и представился. – Как вы считаете, можно ли поступать с королем эльфов так, как вы поступили со мной?
– Я не знала, что вы король, – примерно также выглядели и оправдания Гарлеона.
– Ага, – сказал я. – Значит, вы признаете, что с королем Ринальдо так поступать все-таки нельзя. А с чародеем Рико можно? Я открою вам один секрет, Виктория. Так нельзя поступать ни с одним живым существом.