Страница 7 из 27
Съезд утвердил список «Временного рабочего и крестьянского правительства» — Совет народных комиссаров — СНК, или совнарком. Заметьте — и у большевиков «Временное правительство». Временное — до Учредительного собрания.
Ленин стал его председателем, Троцкий — наркомом иностранных дел, А. И. Рыков — внутренних дел, А. В. Луначарский — просвещения, А. Г. Шляпников — труда, П. П. Милютин — земледелия, В. П. Ногин — торговли и промышленности, И. И. Скворцов-Степанов — финансов, И. В. Сталин — по делам национальностей.
В СНК вошли только большевики — левые эсеры отказались войти в правительство без других социалистических партий.
Утвержден и новый ВЦИК — главный постоянно действующий орган государственной власти между съездами.
3 января 1918 года большевистский Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет принял «Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа». Декларация провозгласила Россию государством диктатуры пролетариата в форме Советов. Советам и только Советам должна была принадлежать вся власть в центре и на местах.
Тем самым появилось новое правительство России. Оно требовало признания и подчинения.
Но 90 % населения России заведомо не признавало этого правительства.
Уже утром 26 октября делегаты без обсуждения приняли по докладу Ленина Декрет о мире и Декрет о земле.
Декрет о мире провозглашал выход России из Первой мировой войны и «мир без аннексий и контрибуций». То есть нарушение Россией ее союзнических обязательств и отказ и от воинской славы участников Великой войны, и от любых результатов победы в этой войне.
Этот Декрет был неприемлем для 200 тысяч офицеров Русской армии и для огромного числа ее солдат.
Этим Декретом большевики создали для себя армию в сотни тысяч вооруженных и подготовленных врагов.
Декрет о земле предусматривал «полную национализацию» всей земли в России. Нет, не только помещичьей земли! А всей земли. Земля принадлежала государству, и только государству. А уже государство отдавало землю в «вечную безвозмездную аренду крестьянству».
С точки зрения политики: эта программа украдена у левых эсеров. С той разницей, что эсеры хотели провести свою программу через парламент, а помещичьи земли по их программе государство должно было выкупить.
С точки зрения экономики: поддерживались те, кто производил меньше всего хлеба и вел самое примитивное хозяйство во всей России.
С точки зрения общественных отношений: поддерживались крестьяне, не вышедшие из общин. И народы, не знавшие частной собственности, например чукчи на побережье Ледовитого океана, горцы Кавказа, горные таджики на Памире, эвенки в Сибири.
С точки зрения законов: в 1917 году землей владели больше 25 миллионов людей. Кто огромным имением, кто землей, которую сам же и обрабатывал, кто участком для дачи. Но все это были собственники. Все они лишились своего законного достояния.
С точки зрения организации Гражданской войны: Декрет просто вынуждал собственников бороться с теми, кто эту собственность отнимал. А тем, кто мог получить даром чужую землю, — великий соблазн. С одной стороны — как не взять? А с другой — если возьмешь, то делаешься соучастником беззакония. И будешь вынужден защищать взятое от законного владельца. Опять — Гражданская война…
Декреты об упразднении сословий, отмене званий, различий, орденов и знаков отличия, Декрет об отделении Церкви от государства и школы от Церкви не только создавали миллионную армию врагов. Они показывали, насколько серьезно большевики готовы ломать все, что было дорого миллионам людей.
Огромному числу людей навязывалась Гражданская война.
Глава 4
Учредительное собрание
Зимний дворец взят. Временного правительства больше нет, члены его арестованы. В Москве победили большевики. Но и сейчас еще можно остановить размах Гражданской войны! Страна еще только сползает в пропасть, ее еще можно остановить.
Для примирения есть прекрасный общенациональный лозунг: Учредительное собрание. С 1903 года идея Учредительного собрания включена в программные документы и кадетов, и эсеров, и социал-демократов. С нею согласны почти все. Она реально может объединить расколовшихся россиян.
А вот большевики Учредительного собрания не хотели, и хорошо понятно почему: на выборах, проходивших 12 ноября 1917 года, большевики получили 22,9 % голосов. При том что эсеры получили 40,6 %, меньшевики — 2,8 %, другие социалистические партии на национальных окраинах — 15 %. Национальные несоциалистические партии — 85 %, кадеты — 4,6 %, конфессии, кооперативы, областники казаки, правые партии — 6,1 %.
В Москве и Петрограде большевики получили до 30 % голосов, а на втором месте шли кадеты. Во всех национальных областях лидировали местные национальные партии.
Еще 8 ноября, до выборов, большевики всерьез обсуждали, что Учредительное собрание надо распустить, если оно «займет антисоветские позиции».
Ленин, узнав о результатах выборов, предлагал вообще не собирать делегатов Учредительного собрания. Или оттянуть их созыв на год или два, чтобы по-тихому ликвидировать. «Народ этого не поймет», — возражали ему. «Важны не слова, а факты, — отвечал Ленин, — а ведь Октябрьский переворот — это еще какой факт!»
В конечном счете решили собрать Учредительное собрание, но все же перенесли сроки. Полагалось собрать Учредительное собрание 28 ноября, а 26 ноября большевики всполошились: ведь в Петроград приехало слишком мало делегатов! Надо, чтобы из 715 избранных собралось хотя бы 400, иначе Учредительное собрание не будет достаточно представительным! В трогательной заботе о соблюдении воли народа большевики перенесли сроки на январь 1918 года.
Правда, народ как-то недопонял заботы о нем: 28 ноября в Петрограде в поддержку Учредительного собрания вышло на демонстрацию больше 200 тысяч человек. Демонстранты пели «Марсельезу» — песню Французской революции.
Похоже, эта демонстрация оказалась неожиданной для большевиков, ее даже и не разгоняли. Впрочем, в одном отношении она оказалась даже выгодной — помогла уничтожить кадетов.
Кадеты активно участвовали в организации этой демонстрации. Большевики были уверены — именно кадеты стоят и за «саботажем», то есть за массовой забастовкой государственных служащих. Видимо, образованные кадеты, партия интеллигенции, казались очень уж «классово близкими» к этим служащим.
Сразу после демонстрации, вечером 28 декабря 1917 года, появился декрет Совета народных комисаров, объявлявший кадетов партией «врагов народа». Декрет требовал немедленного ареста и предания революционному трибуналу всех лидеров этой партии.
26 ноября у себя на квартире была арестована графиня Софья Владимировна Панина — во Временном правительстве она занимала должность заместителя министра просвещения. После переворота она отказалась отдать деньги министерства большевикам — она отдаст их только Учредительному собранию. Как же не арестовать? Вместе с Паниной «загребли» членов ЦК кадетов, депутатов Учредительного собрания А. И. Шингарева и Ф. Ф. Кокошкина. Пришли за ними рано утром и только в полночь ознакомили с содержанием ленинского Декрета: вы — «враги народа!».
Ленин заявил: «Нельзя отделять классовую борьбу от политического противника. Кадетский Центральный комитет — это политический штаб класса буржуазии».
В ночь на 29 ноября матросы и красногвардейцы начали хватать всех кадетов, которые попались им под руку. Единственное обвинение — принадлежность к партии кадетов.
Аресты кадетов создали то, что юристы называют «прецедент». На этот раз это прецедент коллективной ответственности: раз в чем-то виновен кто-то из партии{20} — тем самым виновна и вся партия.
Только 20 декабря назвали срок собрания Учредительного собрания: 5 января 1918 года. Тянули, как могли.