Страница 48 из 49
- Честно говоря, - отозвалась Тесс, - если бы кто-то использовал против меня мои подростковые косяки, я бы умерла на месте. Не многие из нас переступают через этот возраст, как следует не облажавшись, по крайней мере, хоть разок.
И в течение ближайших нескольких часов, каждый из Домов дергал ее к себе на колени и несколько раз шлепал, говоря ей, что если ей необходимо знать, что о ней заботятся, у них есть колени и ладони, чтобы ей помочь.
Ее задница все еще болела. Девушка стрельнула в Алекса гневным взглядом, он словно прочитав ее мысли, скользнул рукой вокруг ее талии, затем ниже, пока его ладонь не потерла ее нежную попку.
- Болван, - прошептала она.
- Что есть, то есть, - мужчина уткнулся носом в ее щеку, - но мы все получили от этого удовольствие.
Вздохнув, она поцеловала его. Несмотря на болезненные ощущения, Мак не могла не признать, что они на самом деле заставили ее почувствовать заботу. Как на уроке физкультуры во время командных игр… Только на сей раз, у нее фактически был кто-то стоящий рядом. После игровой сессии, Хоуп и Тесс расщебетались, как птички, по очереди ругая Maк, когда она расплакалась из-за их искренней дружбы и сочувствия. Они уговорили Maк разрешить им помочь ей одеться для этой вечеринки. Тесс собрала волосы Мак сзади в низкий хвост, а Хоуп сделала ей макияж. В результате, она стала выглядеть на десять лет моложе, и больше походила на студентку колледжа, чем на женщину средних лет.
«Я могу это сделать». Мысленно себе кивнув, МакКензи заставила свои ноги двигаться. «Я могу это сделать». Она повторяла это всю дорогу до двери кирпичного дома Питера.
Отдавая швейцару свое пальто, Мак казалось, что она расставалась со своей броней. Но выглядела она прекрасно, отчасти из-за неожиданного дополнения к ее гардеробу, которое внезапно появилось у нее в шкафу. Шелковое синее коктейльное платье - насыщено-синее, как выразился Алекс - струилось вокруг ее ног. Лиф, украшенный темно-синими камнями, был скромен и поддерживал грудь.
Первый взгляд на комнату, полную людей, остановил ее на месте, и ей снова пришлось приказать ногам двигаться - грациозно, черт возьми, войти в комнату. Рядом с ней, не говоря ни слова, шел Алекс, рукой поддерживая ее на каждом шагу. Она прекрасно знала, что ради нее, он был готов на все, даже убить дракона. То, что он позволил ей самостоятельно встать на ноги, как она просила, было ей подарком. Боже, она любит его.
Они двинулись в центр зала. Столько людей, и она могла ощущать на себе их пристальные взгляды. Это просто вечеринка. Она бывала на вечеринках и прежде, и даже наслаждалась ими. Я могу это сделать.
- Сделай глубокий вдох, кошечка, - прошептал Алекс.
Когда она увидела своего обличителя из прошлого, ее желудок ухнул вниз. Почему он здесь? Конечно же, Питер не мог пригласить его самостоятельно. Он не мог поступить так с ней. Она начала внутренне ёжиться, словно полиэтиленовая пленка, попавшая в огонь. Пальцы Алекса подняли ее подбородок, заставляя встретиться с его бескомпромиссными синими глазами.
- Когда наш котенок напортачит, разве он опускает после этого голову? Даже если я его ругаю, как он себя ведет?
Сегодня утром котенок опрокинул тарелку с каминной полки. И когда Алекс начал ругать его, Повар подарил ему надменный взгляд и пошел прочь, подняв тонкий хвостик трубой, проявляя безразличие каждым своим шагом.
- Я называю тебя «кошечкой» по причине, которая тебе известна, - прошептал он, - даже прежде, чем узнать тебя как следует, я знал, что ты можешь крепко стоять на ногах.
Хорошо. Она почувствовала, как выпрямилась ее спина, и задрался подбородок. Он был прав. Она добилась всего в жизни сама. И заслуживала уважения, а не презрения.
- Вот так, - сказал он, и продолжил идти вперед.
Пока Алекс приветствовал друзей, Maк не сводила глаз с Дикерсона. Ее рот широко открылся, когда она увидела, как прогуливающейся походкой к нему подошли улыбающиеся Питер и Хоуп. Минуту спустя, Питер повернулся и кивнул на Алекса, а затем предатель-юрист подмигнул Мак - действительно подмигнул, прежде чем продолжить свой разговор с Дикерсоном. Положа руку на поясницу Мак, Алекс подвел ее прямо к Питеру, даже не взглянув в сторону Дикерсона.
- Питер, я хотел узнать у тебя…
- Алекс, - прервал его Питер, - ты знаком с Карлом Дикерсоном? Он недавно присоединился к списку ветеринаров волонтерского движения твоей матери.
- В самом деле?
Не протягивая руки, Алекс равнодушно на него посмотрел.
- Питер, я хотел спросить…
От такого откровенного игнорирования лицо Дикерсона стало багровым, и он перевел свой взбешенный взгляд на Maк. Очевидно, он думал, что именно она была виновницей такого поведения Алекса.
- Приятно тебя снова видеть, беглянка. Пришлось пройти долгий путь с подворотен, правда? Сколько берешь сегодня?
- Простите? - произнес Питер, приподнимая брови.
Дикерсон фыркнул.
- О, разве вы не присутствовали на прошлой вечеринке? Эта маленькая леди, раньше была шлюхой в Де Муан. Думаю…
- Это правда? - прервал его Питер, - откуда вам известно об этом?
Его голос стал громче, соответствуя тону Дикерсона. Что он делает? Но слово «кошечка», произнесенное Алексом шепотом, удержало Maк на месте с высоко поднятой головой.
- А как вы думаете? - Дикерсон мерзко рассмеялся, - проклятье, да она обслуживала любого, кто предлагал плату. Она…
Виктория появилась с другой стороны от Мак, ее голос был ледяным и тяжелым.
- Вы когда-нибудь замечали, что мужчины с недостаточным оснащением невероятно громкие?
Едва не фыркнув, Виктория бросила на Дикерсона пренебрежительный взгляд, и повернулась к Мак.
- Моя дорогая, сколько тебе тогда было лет, и как долго ты этим занималась?
Начиная понимать, что происходит вокруг, Maк облизнула губы.
- Пятнадцать. В течение года.
Она попыталась, но голос все равно получился очень тихим. Это не имело значения, потому как Хоуп подскочив на месте, громко взвизгнула:
- Пятнадцать? Боже мой, ты была еще совсем ребенком.
- Действительно.
Взглядом, которым Виктория посмотрела на Дикерсона, можно было раздробить камень.
- Пожалуйста, уйдите. Я не общаюсь с мужчинами, охотящимися на детей.
У Дикерсона отвисла челюсть. Затем, наступила очередь Алекса атаковать.
- Я хотел бы еще кое-что добавить, - сказал он, не повышая голоса, но очень многозначительным тоном, - если ты когда-нибудь снова пренебрежительно отзовешься о моей невесте, я порву тебя на куски - физически, финансово и социально, - он бросил на мать серьезный взгляд - хотя, социально, наверное, сейчас излишне.
Дикерсон зашипел.
- Ты мне угрожаешь?
- Что? Видимо у тебя проблемы не только с моралью, но и со слухом.
На этот раз Виктория действительно фыркнула.
- Хорошая работа, Алекс, - прогремел мужчина в другом конце комнаты, - девушка хочет выдвинуть обвинения?
Вздрогнув от неожиданности, Мак обернулась. Это что комиссар полиции? С округленными от ужаса глазами, Дикерсон застыл на месте, в то время, как Питер наклонился вперед и спокойно произнес:
- Свалил. Быстро.
Голосом Дома.
Никто, казалось, не заметил его ухода, поскольку комната оживилась новым гулом разговоров. Ожидая услышать, как ее прошлое разбирается по частям, Maк расслышала лишь, как люди обсуждают своих детей, и как тяжело поладить с подростками, про необходимость очистить улицы и увеличить помощь жертвам катастроф. Взгляды, которые на нее кидали, выражали симпатию и, даже, уважение.
- Это было очень весело, - объявила Хоуп, подпрыгивая от радости, - может, разыграем кого-нибудь еще?
- Кровожадная малышка.
Питер потрепал ее по волосам, а затем посмотрел на Maк.
- Ты хорошо держалась. Молодец.
Когда они с Хоуп ушли к гостям, MaкКензи глубоко вздохнула. Дорогой Боже, что она сделала, чтобы заслужить таких друзей? Повернувшись к Алексу, девушка поцеловала его в губы.