Страница 33 из 53
Современный американский историк Р. Дарнтон, исследовавший на французском материале роль науки в культуре того времени, пишет, что "читающая публика была тогда опьянена возможностями науки и в то же время сбита с толку. Не будучи в силах отличить реальное от воображаемого, она готова была уверовать в любой невидимый флюид, во всякую наукообразную гипотезу, которая, казалось, давала объяснение удивительным явлениям природы".
В 1783 году Месмер основал в Париже "Общество Всеобщей Гармонии" для желавших причаститься таинств универсального магнетизма, вступительный взнос в которое составлял уже 100 луидоров. Но богатых искателей чудесного это не оттолкнуло, и вскоре у месмерова "Общества" открылись филиалы в других французских городах — в частности, в тех самых Бордо и Лионе, где подвизался Калиостро, и эти филиалы отобрали у мага потенциальную аудиторию.
Но к моменту прибытия Калиостро в Париж опасный соперник уже удалился оттуда. Авторитетная королевская комиссия, в составе которой были знаменитый физик и посол Соединенных Штатов Америки Бенджамен Франклин, ученый-химик Лавуазье и доктор Гильотен, впоследствии печально известный своим изобретением, признала универсальный флюид химерой, существование которой не поддается чувственному познанию и обнаружению, и изобретателю теории магнетизма ничего не оставалось, как уехать из Парижа.
Еще до его отъезда, в ноябре 1784 года, филалеты (оккультная масонская секта "Друзья истины") намеревались пригласить на свою первую ассамблею Месмера и Калиостро, чтобы в рамках общемасонского конвента объединить французские масонские общества разных обрядов и направлений. Е.П. Блаватская пишет об этом "новом мистическом, а скорее, разношерстном братстве (ложе) Филалетов": "Данная ложа, как это известно всем масонам, была церемониально установлена в Париже в 1773 году в Loge des Amis Reunis, основанной на принципах мартинизма, члены которой специально изучали оккультные науки. Материнская ложа была философской и теософской ложей, и потому Калиостро был прав в своем желании очистить ее потомка, ложу Филалета". Далее она цитирует из "Королевской масонской энциклопедии" сведения об этом конвенте: "15 февраля 1785 года ложа Филалета на торжественном заседании, в присутствии Савалетта де Ланжа, королевского казначея, банкира Тассина и королевского чиновника Тассиана, открыла братское собрание в Париже… Князья (русские, австрийские, и др.), церковники, советники, рыцари, финансисты, адвокаты, бароны, теософы, каноники, полковники, профессора магии, инженеры, писатели, доктора, купцы, почтмейстеры, герцоги, послы, хирурги, учителя языков, судебные исполнители, и, особенно, две лондонские знаменитости — Босье, купец, и Брукс — участвовали в этом собрании, и к ним можно добавить месье графа де Калиостро и Месмера, "изобретателя", как пишет о нем Тори ("Acta Latomorum" том 2, стр. 95), "учения о магнетизме". Без сомнения, это было собрание столь достойных людей, способных привести мир в порядок, какого никогда не видела Франция ни до, ни после того!"
Но сотрудничества с филалетами у Калиостро не сложилось, а вышел конфликт. Калиостро согласился участвовать в собраниях филалетов только при условии участия в них нескольких его адептов, в частности Лаборда, но конвент отказался. Отверг конвент и предложение магистра присоединиться к Египетскому ритуалу. И даже не пожелал направить трех своих членов в Лион, чтобы там они могли пройти посвящение в материнской ложе Египетского масонства. 10 марта 1785 года Калиостро направил филалетам письмо: "…Неведомый Великий магистр истинного масонства бросил свой взор на филалетианцев… Тронутый искренностью открытого признания их желаний, он соизволил простереть свою руку над ними и согласился пролить луч света в темноту их храма. Это есть желание неведомого гроссмейстера показать им существование единственного Бога — основы их веры; первоначальное достоинство человека; его силы и его предназначение… Показать, что они познают благодаря действиям и фактам, благодаря свидетельству органов чувств — БОГА, ЧЕЛОВЕКА и промежуточные духовные существа (принципы), находящиеся между ними; всему этому истинное масонство дает символические значения и указывает истинный путь. Пусть же филалеты примут учения этого истинного масонства, подчинятся правилам его высшего руководителя и примут его постановления. Но прежде всего да будет очищено Святилищ, и пусть филалеты знают, что свет может снизойти лишь на Храм Веры (основанной на знании), а не на Храм Скептицизма. Пусть они предадут огню бесполезные и ненужные залежи своих архивов; ибо лишь на руинах Храма Беспорядка может быть воздвигнут этот Храм Истины".
Блаватская, процитировав это письмо, поясняет: "Недовольство ложи было вызвано тем, что Калиостро, сперва предложивший взять на себя заботу о ней, отказался от своих предложений, так как "собрание" не приняло постановления о египетском ритуале, а также из-за того, что Филалеты не согласились предать огню свои архивы, — что было его sine qua поп [необходимым] условием".
С условиями и требованиями Калиостро перекликается и письмо из основанной им в Лионе материнской ложи Египетского ритуала, направленного филалетам:
"Во славу Господа,
Во имя и волею Великого мастера ордена
Ложа Побеждающей Мудрости, материнская ложа Египетского обряда, местопребывающая в Лионе,
Друзьям своим, собравшимся в Париже.
Привет, Сила и Счастье.
Дражайшие наши братья, есть масоны, коих еще ни один уголок на земле не являл вашим взорам; их братский голос обращается к вам: не ищите более. Мы видели непреложную истину, она восседала среди нас на обломках сомнений и систем. Вы увидите ее, дорогие наши братья, она придет в ваши мастерские, как только вы отбросите все ваши материалы, полезные только тем, что они подтолкнули вас к поиску истины. Лишь безумец строит планы на песке.
Согласитесь принять наш устав, составленный главой истинных масонов; пришлите нам депутатов, облеченных полномочиями, и мы исполним указания нашего Мастера и дадим им необходимые наставления.
Как бы нам хотелось в скором времени заключить вас в паши братские объятия! Если нам удастся разделить с вами ваше счастье, мы станем еще счастливее.
Наши искренние чувства и пожелания, преданные вам братья Сен-Костар и другие".
Когда же конвент не внял и этому, Великий Копт написал филалетам прощальное письмо с горькими упреками: "Мы предложили вам истину; вы пренебрегли ею. Мы предложили ее ради ее самой, и вы отвергли ее из-за любви к формальностям… Но что значит форма, когда нет сути? Можете ли вы возвыситься до (вашего) Бога и знания себя самих при помощи вашего секретаря и собрания?"
После создания Египетского ритуала Калиостро заявил, что, поскольку женщин допускали в древние Мистерии, нет никакой причины, почему бы не допускать их в современные ордена. Княгиня де Ламбаль благодарно приняла звание Хозяйки Чести его секретного общества, и на ее инициации присутствовали многие видные члены французского двора. Блистательность этого события привлекла внимание многих масонских лож в Париже. Их представители в искренней попытке понять масонские Мистерии выбрали ученого востоковеда, судью де Гебелина, в качестве своего представителя и пригласили графа де Калиостро принять участие в собрании, призванном прояснить многие важные вопросы относительно масонской философии. Граф принял предложение.
10 мая 1785 года Калиостро присутствовал на собрании, созванном для этих целей, и его власть и простота принесли ему расположение всех собравшихся. Лишь несколько слов было достаточно судье де Гебелину для того, чтобы понять, что он говорит не только с сотоварищем-исследователем, но и с человеком, неизмеримо его превосходящим. Калиостро выступал с речью, которая была столь неожиданной, столь отличной от того, что когда-либо слышала собравшаяся публика, что в изумлении она безмолствовала. Калиостро заявил, что Роза и Крест были древним и истинным символом Мистерий, и после краткого объяснения происхождения символизма перешел к рассмотрению символического значения букв, предсказывая в графической манере будущее Европы, не оставляя у собравшихся сомнения, что он обладает проницательностью и сверхъестественной силой. Любопытной комбинацией букв алфавита Калиостро предсказал ужасы надвигающейся революции и падения монархии, упоминая при этом судьбу различных членов королевской семьи. Он также предсказал пришествие Наполеона и возникновение Первой империи. Всё это он продемонстрировал для того, чтобы показать, чего можно достичь при помощи высшего знания.