Страница 21 из 91
— Что? На это нет ни малейшей надежды! Вы ведь не видели, каков он сейчас!
— Верно, не видел. Но готов поверить вам на слово. Ладно, Пенни, я снова мистер Бонфорт, а вы моя секретарша. С этого мы и начнем.
— Хорошо… мистер Бонфорт.
— А теперь, пожалуйста, попробуйте соединить меня по телефону с капитаном Бродбентом.
Нам так и не удалось найти в машине список телефонов Годдард-Сити, и Пенни пришлось прибегнуть к помощи справочной, но наконец она получила номер Клуба космолетчиков. Я хорошо слышал весь разговор.
— Клуб космолетчиков. У телефона миссис Келли.
Пенни прикрыла трубку ладонью.
— Мне представиться?
— Говорите правду, нам скрывать нечего.
— Говорит секретарь мистера Бонфорта, — сказала она деловым тоном. — Не у вас ли его пилот, капитан Бродбент?
— Я хорошо знаю его, милочка, — потом донесся крик: — Эй! Эй, вы, трубокуры, никто из вас не заметил, куда подевался Дак? — Пауза. Затем: — Он, оказывается, пошел в свою комнату. Сейчас я ему позвоню.
Через несколько секунд Пенни сказала:
— Шкипер, это вы? С вами будет говорить Шеф. — И отдала мне трубку.
— Дак, это Шеф.
— Какого… Где вы находитесь, сэр?
— Мы все еще в машине. Пенни заехала за мной вовремя. Дак, мне кажется, Билл назначил пресс-конференцию? Где она должна состояться?
Он помедлил, прежде чем ответить.
— Я очень рад, что вы позвонили, сэр. Билл отменил пресс-конференцию. У нас тут произошли… произошли небольшие изменения в ситуации.
— Пенни мне рассказала. В общем, я таким решением доволен — уж очень устал. Я решил не оставаться тут на ночь — нога сильно разболелась, и мне требуется хороший отдых в невесомости. — Я-то терпеть невесомость не мог, а Бонфорт это состояние очень любил. — Может быть, вы или Родж извинитесь за меня перед Комиссаром, ну и все такое прочее?
— Мы обо всем позаботимся, сэр.
— Отлично. Как скоро вы сможете организовать для меня шаттл?
— «Эльф» уже ждет вас в порту, сэр. Если вы подъедете к воротам номер три, я позвоню — и космодромная машина будет подана прямо туда.
— Отлично. Отбой.
— Отбой, сэр.
Я отдал трубку Пенни, чтобы она вложила ее в зажим.
— Кудрявенькая, мне неизвестно, можно ли организовать подслушивание на этой волне или вся машина уже раньше была набита «жучками». В любом случае им могут быть известны два обстоятельства: во-первых, где находится Дак, а следовательно, где находится и мистер Бонфорт. И во-вторых, что я собираюсь делать дальше. Это вас наводит на какие-нибудь мысли?
Она подумала, потом вынула свой секретарский блокнот и написала: «Пожалуй, нам лучше избавиться от машины». Я кивнул, взял у нее блокнот и написал: «Далеко ли отсюда до ворот номер три?». Она ответила: «Можно добраться пешком».
Мы молча вылезли из машины и двинулись вперед. Машину мы бросили на стоянке какого-то начальника возле одного из складов. Без сомнения, ее в свое время обнаружат и вернут настоящему владельцу. Сейчас такие мелочи нас не должны были волновать.
Мы прошли около полусотни ярдов, когда я вдруг остановился. Что-то было не так. Нет, нет, не погода. День был ослепителен, солнце ярко сверкало на пурпурном небосводе Марса. Ни машины, ни пешеходы не обращали на нас ни малейшего внимания, а если и обращали, то скорее на красивую молодую женщину, а не на меня. И все же я чувствовал себя не в своей тарелке.
— Что-нибудь не в порядке, сэр?
— А? Ах вот оно, значит, что!
— Сэр?
— Я перестал быть Шефом, вот что! Не в его характере пробираться тайком, как мы это делаем сейчас! Пенни, нам надо вернуться!
Она не стала спорить и послушно пошла за мной обратно к машине. На этот раз я устроился на заднем сиденье, стараясь выглядеть как можно внушительнее, и приказал ей отвезти меня к воротам номер три.
Это были не те ворота, через которые мы выезжали с космодрома. Думаю, Дак выбрал их по той причине, что через них проходили преимущественно не пассажиры, а грузы. Пенни пренебрегла всеми указателями и надписями и подогнала «ролс» прямо к воротам. Полисмен, охранявший вход в терминал, попытался было остановить ее, но она холодно бросила ему:
— Машина мистера Бонфорта. Будьте добры, передайте в офис Комиссара, чтобы ее забрали отсюда.
Полисмен растерялся, глянул на заднее сиденье, по-видимому, узнал меня и разрешил поставить машину.
— Наш лейтенант требует, чтобы территория перед оградой ничем не загромождалась, мистер Бонфорт, — извинился он, — но я думаю, в данном случае он не станет возражать.
— А вы можете позвонить сразу же, чтобы машину забрали, — сказал я. — Мы с моей секретаршей убываем немедленно. Что, космодромная машина за мной уже пришла?
— Сейчас узнаю у привратника, сэр. — Он ушел.
Полисмена я рассматривал как «необходимое и достаточное» количество зрителей — достаточное, чтобы удостоверить факт прибытия мистера Бонфорта в правительственной машине и его же отбытия на свою космическую яхту. Я зажал под мышкой жезл, подобно наполеоновскому маршалу, и захромал вперед с Пенни, послушно шедшей за мной в кильватере. Полицейский разговаривал с привратником, затем поспешил к нам, и лицо его расплылось в улыбке.
— Космодромная машина ждет вас, сэр.
— Большое спасибо. — В душе я поздравил себя с точным расчетом времени.
— Да, и еще… — Полицейский покраснел и торопливо добавил шепотом: — Я тоже экспансионист, сэр. Сегодня вы сделали доброе дело. — Он глянул на боевой жезл с явной завистью.
Мне было хорошо известно, как вел себя Бонфорт в подобных случаях.
— О, благодарю вас. Желаю вам побольше нарожать ребятишек. Нам они пригодятся, чтобы завоевать прочное большинство.
Он захохотал куда громче, чем того стоила острота.
— Это вы здорово сказали! Можно мне поделиться с друзьями?
— Ради бога! — мы пошли дальше, и я ступил на порог.
Привратник тронул меня за рукав.
— Э-э-э… позвольте ваш паспорт, мистер Бонфорт.
Надеюсь, я не дрогнул ни одним мускулом лица.
— Наши паспорта, Пенни!
Она окинула привратника ледяным взглядом.
— Всеми формальностями, связанными с отлетом, занимается капитан Бродбент.
Привратник взглянул на меня и тут же отвел глаза в сторону.
— Я не сомневаюсь, что все в порядке. Но в мои обязанности входит проверка паспортов и занесение в ведомость их серий и номеров.
— А-а, понятно. Что ж, полагаю, мне придется вызвать капитана Бродбента с летного поля сюда. У моего шаттла время взлета строго фиксировано? Тогда вам придется снестись с Центром управления полетами и договориться о задержке вылета.
Но Пенни, казалось, вышла из себя от гнева.
— Но это же просто чудовищно, мистер Бонфорт! Мы никогда раньше не подвергались такой проверке! Во всяком случае, на Марсе!
Тут вмешался и полисмен:
— Конечно, тут все в порядке, Ганс В конце концов, это же мистер Бонфорт!
— Я понимаю, но…
Я прервал его с обаятельной улыбкой:
— Есть более простой выход. Если вы… кстати, как ваша фамилия?
— Хаслуонтер. Ганс Хаслуонтер, — крайне неохотно ответил он.
— Мистер Хаслуонтер, если вы позвоните Комиссару Бутройду, я поговорю с ним, и таким образом мы сэкономим время, которое придется потратить на приход сюда моего пилота — то есть мне это даст выигрыш в час или два дорогого времени.
— Хмм… мне бы этого не хотелось, сэр. Может быть, я позвоню в офис Капитана Порта? — предложил он с надеждой в голосе.
— Дайте-ка мне номер Комиссара Бутройда. Я сам позвоню ему. — На этот раз я вложил в свой тон некоторое количество льда. Мое лицо и интонация соответствовали манерам занятого и важного человека, который долго пытался быть демократичным, но его уже стала раздражать мелочная бюрократическая придирчивость нижестоящих.
Это решило дело. Привратник сказал:
— Все в порядке, мистер Бонфорт. Прямо беда с этими правилами.
— Мне ли этого не знать! Благодарю вас, — и я пошел к турникету.