Страница 5 из 71
— Вы не свободны, — с досадой сказала я. — Вы в ловушке, как и все остальные. Мне это не нравится, но это правда. Вы можете быть действительно в безопасности, только если подчиняетесь.
Но слова внезапно показались мне пустыми. Сколько часов мы с мамой провели над обращениями за продовольственными талонами, прошениями получить кредит? Как часто мы лезли из кожи вон, потому что на каждом рабочем месте в городе маме отказывали из-за ее запятнанной биографии? И разве нам это помогло? Ее все равно забрали и убили.
— В безопасности, — повторил Уоллис. — То же самое сказал Скарборо, когда стал президентом. — Почувствовав мое беспокойство, он улыбнулся. — Не волнуйся, больше половины страны ему поверило. Так люди ведут себя после войны.
Далекое воспоминание встало перед моими глазами. Мама ворчала что-то, пока человек на экране телевизора обещал безопасность через единство. Свободу через подчинение. Традиционные семейные ценности и стройная вера должны были вернуть стране процветание.
Я потерла ладонями лоб, чувствуя себя так, как я чувствовала себя очень часто за последний месяц: переполненной чем-то, пустой настолько, что я не могла подобрать этому название. Какая бы малая часть меня не верила, что я все еще принадлежала миру, в котором выросла, миру с Бет, школой и домом, теперь эта часть ушла. Я никогда не смогу вернуться.
— Что мне теперь делать? — слабо спросила я, крутя на пальце золотое обручальное кольцо, которое для меня украл Чейз. Мне не нужно было носить его постоянно, ведь я никогда не покидала штаба, но я все равно его не снимала.
Уоллис вздохнул.
— Ты должна понять, что для тебя важно. И сделать что-то ради этого.
Глава 2
Полевая команда вернулась в гостиницу "Веланд" к вечеру. Через окно лестничной клетки я смотрела, как трое мужчин, которые уходили вчера утром в потрепанной уличной одежде, показались из кабины грузовика Horizons в темно-серых комбинезонах с логотипом компании на плечах. Не заглушая двигатель, они быстро разгрузили из машины коробки и, как только работа была выполнена, уехали.
Кара, которая пряталась в кузове грузовика вместе с коробками, первой вернулась на четвертый этаж. С собой у нее ничего не было. С удовлетворенной улыбкой она втянула воздух и стала распутывать свои крашеные черные волосы. Я знала, что в городе она заплетала их в косу, чтобы казаться более добропорядочной, но я сомневалась, что это работало: никогда, даже в джинсах и мужском свитере, Кару нельзя было обвинить в том, что она выглядела просто. Не нужно было прислушиваться к комментариям тридцати мужчин, чтобы понять это.
Хоть она явно увидела, как я махнула ей рукой, она не поздоровалась. Вместо этого девушка наградила меня изогнутой бровью и нырнула в одну из комнат, оставив меня стоять в коридоре, нелепо подняв руку.
К этому времени показались другие и стали продвигаться к лестнице, чтобы помочь с грузом. Я пошла к наблюдательной комнате, отметив знакомые ручные рации и батарейки, беспорядочно сваленные в центре стола. У дальней стены находился собранный Билли компьютер и черная плата приемника, которую вытащили из кучи готового к сжиганию мусора у базы. Рядом стояли Кара и Уоллис и тихо переговаривались.
Когда ее холодный взгляд встретился с моим, я вспомнила о наших первых минутах на базе сопротивления, когда она узнала нас с Чейзом по именам. Я знала: так получилось из-за того, что она скрупулезно прослушивала перехваченные радиосигналы МН — тогда МН уже несколько дней искала нас, — но я не могла избавиться от ощущения, что Кара, а возможно, и Уоллис, почему-то ждали нас.
Я направилась к складу, чтобы записать новоприбывшие запасы.
* * *
Шестнадцать банок консервов. Две коробки жидкого мыла. Тряпки. Чистые полотенца. Упаковки бутилированной воды. Спички. В целом это был огромный куш. Разумеется, Уоллис пересмотрит все, что я инвентаризировала, и определит, какую часть этого можно передать людям, но сейчас настроение было приподнятым.
Я работала одна, слушая, как в коридоре играли в покер. Это отвлекало меня от того, что Чейз и Шон еще не вернулись.
— Видела, какой я тебе принесла подарок? — В комнату влетела Кара, ее огромный выцветший свитер беспечно сполз с одного плеча. Каким-то образом она была красивой даже в этом.
— Нет, если это не мыло. — Я улыбнулась, стараясь, чтобы мой голос не передавал той настороженности, которую я ощущала. Уже несколько недель я вела себя мило, пытаясь подружиться с единственной, кроме меня, девушкой здесь, но ее переменчивое настроение усложняло задачу. Кара закатила глаза и толкнула стопку небольших коробок, так что их содержимое выпало на пол.
— Эй! — Я подскочила, чтобы перехватить их.
Под теми коробками, что она опрокинула, находилась еще одна, которую мне еще нужно было разобрать. Кара отогнула картонную крышку и достала темно-синюю плиссированную юбку.
Воспоминания лавиной обрушились на меня: исправительный центр, моя последняя встреча с мисс Брок, директрисой, когда она готовилась наказать меня, после того как приказала солдатам избить Ребекку. Звук, с которым дубинка обрушилась на спину моей соседки по комнате, когда та потребовала сказать, что случилось с Шоном.
Я поставила упавшие коробки на место, идеально выровняв все углы.
Как всюду в других местах, в этом городе Сестры спасения тоже взяли на себя благотворительность. Они были, как однажды сказала мне другая нарушительница Статей, "ответом Милиции нравов на феминизм" и управляли бесплатными столовыми, детскими домами и даже школами.
Внезапно меня прошила дрожь волнения. Кара сможет надевать это, отправляясь на задания в город. Я смогу это надевать. Сестрам разрешено ходить в такие места, куда не пускают гражданских, совсем как ребятам из сопротивления, когда они одеты в украденную солдатскую форму или комбинезоны Horizons. Впервые я по-настоящему обдумывала возможность выйти из "Веланда", и это было похоже на освобождение. Воодушевляло.
Но по большей части это было невозможно. Я не смогу выполнять задания, которые выполняет Кара. Однажды меня уже поймали. В следующий раз мне не выпадет роскошь получить укол стрихнина, как приговоренным солдатам в камерах заключения на базе. Мне достанется пуля в голову.
— Видишь, теперь ты со своим мальчиком можешь устроить игры с переодеванием, — сказала Кара с искусственной улыбкой.
Ее слова вызвали неожиданную волну унижения. Я уже была готова ответить что-нибудь, о чем, возможно, впоследствии пожалела бы, когда из комнаты, где находилось радио, раздались крики Билли.
— Снайпер! Снайпер!
Мгновенно мы обе вылетели из комнаты и ринулись по коридору мимо двух других дверей туда, где собрались игроки в карты. Все толкались, пытаясь пробраться ближе к конфискованному пульту управления, над которым корпел Уоллис.
— Молчать! — проревел Уоллис. Как только болтовня стихла, в комнате зазвучал серьезный голос Дженис Барлоу, диктора местной новостной станции МН.
— ...указывают, что четверо солдат были убиты через несколько часов после наступления комендантского часа с расстояния как минимум сто ярдов (91,4 м). Сегодня утром источники в ФБР заявили, что Бюро очень близко подошло к обнаружению Виргинского Снайпера, который, по их мнению, несет ответственность за серию убийств, насчитывающую уже семерых солдат.
— В точку! — выкрикнул один из парней, вернувшихся с Карой несколько часов назад. На него тотчас зашикали двое братьев, которые выдавали завтрак.
— ...второе убийство в штате Теннеси, первое произошло в пятидесяти милях (80 км) к югу, в Нэшвилле. Под влиянием кризисной ситуации Федеральное бюро реформации постановило, что до тех пор, пока преступник не будет задержан, комендантский час в штате будет начинаться в пять часов вечера. Напоминаем гражданам соблюдать ограничения и сообщать о любых нарушениях Статута по телефону "горячей линии" или ближайшему офицеру ФБР.
Во время паузы в коридоре раздались аплодисменты. Один нервный парень, который был ненамного выше меня, неожиданно схватил Кару и закружил ее в импровизированном танце. "Четверо, — повторяли люди. — Четверо, когда раньше снайпер убивал по одному". Я попыталась улыбнуться, но мой желудок скрутило.