Страница 19 из 37
В конце концов я соскочил с кровати и бросился к телефону, не понимая, что делаю. Я не мог позвонить Джоппи, потому что мой страх был бы ему непонятен. Я не мог позвонить Оделлу, потому что тот понял бы меня слишком хорошо и просто посоветовал бы убежать. Я не мог позвонить Дюпре, потому что он все еще сидел в каталажке. Да я все равно не смог бы поговорить с ним. Пришлось бы солгать о Коретте, а я был слишком убит, чтобы лгать.
Я набрал номер телефонной станции. И когда телефонистка сняла трубку, заказал междугородный разговор и попросил миссис Э. Александр, Клакстон-стрит, в пятом квартале Хьюстона. Когда Этта подошла к телефону, я закрыл глаза и вспомнил, какая она большая, эта женщина с темно-коричневой кожей и топазовыми глазами. Я представил себе, как она нахмурилась, когда сказала "Алло!", потому что Этта-Мэй терпеть не могла телефонных разговоров. Она часто повторяла: "Я предпочитаю, чтобы дурные новости смело приходили ко мне, а не прокрадывались по проводам".
– Алло, – сказала она.
– Этта?
– Кто говорит?
– Это я, Изи.
– Изи Роулинз? – И она громко рассмеялась. Это был заразительный смех, вызывающий желание к нему присоединиться. – Изи, где ты, милый? Ты вернулся домой?
– Я в Лос-Анджелесе, Этта. – Мой голос дрожал, а грудь вздымалась от волнения.
– Что-нибудь не так, милый? У тебя странный голос.
– Да нет, ничего особенного, Этта. Как приятно тебя слышать.
– Что случилось, Изи?
– Ты не знаешь, как мне связаться с Крысой?
Наступило молчание. Когда-то в школе нам объяснили, что в космосе царят пустота, тьма и холод. В тот раз я ощутил этот космос, и мне стало не по себе.
– Ты знаешь, мы с Реймондом разошлись. Он больше здесь не живет.
Мысль, что я огорчил Этту, была для меня почти невыносима.
– Извини меня, детка, – сказал я. – Я просто подумал, что ты можешь знать, как его найти.
– Что произошло, Изи?
– Наверное, Софи была права.
– Софи Андерсон?
– Да. Помнишь, она всегда говорила: "Лос-Анджелес – это уж слишком" и "с меня хватит"?
Этта от души рассмеялась:
– Конечно помню.
Я тоже засмеялся:
– Наверно, она была права.
– Изи...
– Передай Крысе, что я звонил, Этта. Скажи ему, Софи, наверно, сказала правду о Калифорнии. Возможно, для него это самое подходящее место.
Она начала что-то говорить, но я притворился, что плохо слышу, попрощался и положил трубку.
Я поставил стул перед окном, откуда мог видеть свой дворик. Долго сидел со стиснутыми кулаками, время от времени делая глубокий вдох. В конце концов страх отпустил, и я уснул. Последнее, что я запомнил, прежде чем заснуть перед рассветом, была моя яблоня.
Глава 17
Я положил карточку, которую мне дал Де-Витт Олбрайт, на стол. На ней было напечатано: "Максим Бакстер. Директор по кадрам. "Лайон инвестментс". В нижнем правом углу адрес: "Бульвар Ла-Сьенега".
Я надел свой выходной костюм и в десять часов утра был готов отправиться в путь. Пора приступить к делу, сказал я себе, и для начала получить кое-какую информацию. Эта карточка поможет мне ее получить. Я снова пересек город и добрался до небольшого здания, которое целиком занимала компания "Лайон инвестментс".
Секретарша, пожилая дама с синими волосами, сосредоточенно изучала гроссбух. Когда моя тень упала на ее книгу, она, не поднимая головы, сказала моей тени:
– Да?
– Я хотел бы видеть мистера Бакстера.
– Вы записаны на прием?
– Нет. Но мистер Олбрайт дал мне его карточку и сказал, чтобы я заглянул к нему при первом же удобном случае.
– Я не знаю, кто такой мистер Олбрайт, – ответила она, по-прежнему обращаясь к тени на своем столе. – Мистер Бакстер очень занят.
– Может быть, он знает мистера Олбрайта. Он дал мне эту карточку. – Я положил ее на страницу, которую синеволосая дама изучала, и она подняла голову. То, что она увидела, поразило ее.
– О! – воскликнула она.
Я ответил улыбкой:
– Если он занят, я могу подождать. У меня на службе сейчас перерыв.
– Я, я... Я узнаю, сможет ли он уделить вам время, мистер...
– Роулинз.
– Посидите на кушетке, я тотчас вернусь.
Она скрылась за дверью кабинета. Спустя несколько минут появилась еще одна пожилая дама, принявшая, по-видимому, эстафету у своей сослуживицы, и подозрительно взглянула на меня.
Приемная выглядела довольно приятно. Возле окна стояла длинная кожаная кушетка. Из окна открывался вид на бульвар Ла-Сьенега и один из шикарных ресторанов – "Ангус Стик Хаус". У входа дежурил человек в мундире английской лейб-гвардии, готовый открыть двери всем приятным людям, не задумывающимся пустить на ветер за сорок пять минут дневное жалованье. У гвардейца был счастливый вид. Интересно, сколько ему перепадает чаевых? Перед кушеткой на длинном кофейном столике лежала стопка коммерческих газет и журналов. И ничего для женщин. И ничего для мужчин, которые могли бы почитать что-нибудь о спорте или о развлечениях. Когда мне надоело смотреть на лейб-гвардейца, открывающего дверь, я принялся разглядывать комнату.
На одной стене рядом с кушеткой висел бронзовый щит. В верхней части щита на тисненом овале распростер крылья коршун, держащий в когтях три стрелы. В нижней части щита были начертаны имена всех важных партнеров компании "Лайон инвестментс". Некоторые имена показались мне знакомыми, они встречались в журнале "Тайм". Адвокаты, банкиры и просто богатые старики. Имя президента завершало длинный список, как бы подчеркивая скромность и непритязательность этого человека.
Я сообразил, что мистер Тодд Картер не из тех, кто жаждет известности. Интересно, как бы он отреагировал на то, что неизвестная француженка, скрывшаяся ночью на машине убитого, упоминала его имя? Я засмеялся достаточно громко, чтобы старуха за столом покосилась в мою сторону, скорчив при этом гримасу.
– Мистер Роулинз, – сообщила первая дама, подойдя ко мне. – Знаете, мистер Бакстер очень занят. У него совершенно нет времени.
– Чем раньше он примет меня, тем быстрее сможет вернуться к своим делам.
Ей это явно не понравилось.
– Могу я узнать, в чем заключается ваша просьба?
– Конечно можете. Но понравится ли вашему боссу, что обслуживающий персонал в курсе всех его частных дел?
– Уверяю вас, сэр, – сказала она, едва сдерживая ярость, – о том, что вы хотели бы сообщить мистеру Бакстеру, не узнает никто, кроме меня. Он вас не примет, и вы можете говорить только со мной.
– Нет.
– Боюсь, мы теряем время. Если у вас есть что ему передать, изложите мне, чтобы я могла вернуться к своим обязанностям.
– Ну хорошо, мисс...
Я почему-то решил, что было бы неплохо, если бы мы представились друг другу.
– Что бы вы хотели передать, сэр?
– Я хотел бы передать следующее. У меня есть новости для мистера Тодда Картера, насколько я понимаю, президента вашей компании. Мне дали карточку мистера Бакстера для того, чтобы сообщить мистеру Картеру о деле, порученном мне мистером Де-Виттом Олбрайтом.
– Да? А в чем состоит дело?
– Вы уверены, что хотите узнать это? – спросил я.
– Какое дело, сэр? – Если она и нервничала, я этого не заметил.
– Мистер Олбрайт нанял меня, чтобы я нашел приятельницу мистера Картера, которая его оставила.
Она перестала писать и уставилась на меня поверх оправы своих бифокальных очков:
– Это что, своего рода шутка?
– Насколько я знаю, нет, мэм. Уж если говорить правду, мне было не до смеха с тех пор, как я начал работать на вашего босса. Ни разу.
– Извините меня, – сказала она.
Пожилая дама так резко захлопнула блокнот, что ее помощница вздрогнула. На этот раз она отсутствовала более пяти минут. Наконец в комнате появился высокий тощий мужчина с густой черной шевелюрой и такими же густыми черными бровями в темно-сером костюме. Его глаза прятались глубоко под сенью этих мощных бровей.