Страница 20 из 161
- Что это еще за бред?! - рявкнул Байер так громко, что все присутствовавшие на дороге и возле нее разом повернули головы в их сторону, а с верхушки сосны снялась и умчалась с возмущенным стрекотом вспугнутая сорока. - Ничего я не делал! Я не говорю с веерами! Я... твою... не слышу никаких вееров!
- Ты считаешь, что не слышишь никаких вееров, - мягко поправил его Борис Петрович. - Пока что ты общаешься с ними лишь на глубинном, подсознательном уровне и не понимаешь происходящего, а если уже и начинаешь понимать, то упорно отодвигаешь это от себя и остаешься в твердой уверенности, что не являешься Говорящим. Так часто бывает, если заразиться недавно.
- Я не зараженный! - Игорь брезгливо отшвырнул веер, словно дохлую, усеянную червями крысу. - Я не мог заразиться!
- У тебя появляются веера, которые никто из нас не создавал, тебе начало чертовски везти в карты...
- Что - человеку просто не может начать переть?!..
-...потому что ты начал с ними договариваться, а на днях, когда Светка уронила игральную кость от нард, ты сразу же ее нашел, хотя до этого...
- Я просто увидел, где она лежит!
- Там, куда она закатилась, ее невозможно было увидеть. И когда Светка ее уронила, тебя еще не было в комнате, ты вошел только минуту спустя.
- Я не мог заразиться! Зараженные вещи на строгом учете, к ним нет доступа! - Байер зло прищурился. - Если только кто-то специально не подсунул мне зараженную вещь! Твою вещь, Боря, между прочим! Уж не ты ли...
- Никто не стал бы такого делать, Игорь. Это строжайше запрещено и тут же всплывет. Кроме того, нужно точно знать, какую вещь подсовывать, какую именно вещь ты полюбишь - ведь без этого знания зараженные вещи абсолютно безобидны. Ты заразился не в Шае. Ты заразился где-то в другом месте перед самым своим приездом. И не факт, что это была моя вещь. Может быть еще один Говорящий с мелочами - ведь есть же двое Посудников из первого поколения! Либо он где-то скрывается, либо уже мертв. Игорь, ничего ужасного в этом нет, просто надо привыкнуть. Ценная способность, не узко специализированная, как у Вали и моей дочки...
- Я не люблю веера! - прошипел Игорь. - Не люблю карты! Не люблю игральные кости! Я не мог заразиться!
- На уровне подсознания...
- Ты задолбал уже меня уровнями подсознания! Я...
- Игорь, все это очень просто выяснить, - Борис Петрович кивнул на валяющийся в траве веер. - Конечно, мне больно такое предлагать, но иного выхода я не вижу. Давай. Я отвернусь.
- Не буду я ничего выяснять! - Байер разъярился окончательно. - Нечего выяснять! Это все ваши... Как тебя допекло, что ты предлагаешь мне...
- Не произноси этого вслух! - попросил Борис Петрович почти умоляюще, и этот тон, казавшийся искренним, напугал Игоря не на шутку. - Я не только отвернусь, я даже отойду. Вот так.
Повернувшись, он сделал несколько шагов и, остановившись, закрыл лицо ладонями. Игорь свирепо сплюнул, подхватил веер с травы и приготовился сломать его одним быстрым движением. Веер был совсем хрупким, усилий почти не потребуется. Он был очень, очень хрупким. Маленьким и хрупким. Красивый, конечно... ну... ну... ну и что?! Байер и раньше видел красивые веера. Такие же красивые, маленькие, хрупкие, несчастные веера...
- Нет-нет-нет... - пробормотал Байер. - Не может быть такого! Не может же быть!
Он его не слышал. Конечно же, нет!
Но веер и вправду выглядел очень несчастным. Как живое существо. Как будто он...
Судорожно сглотнув, Байер уронил руку, и веер вновь порхнул в траву. Указательным пальцем Игорь погрозил кому-то невидимому и побрел к дороге, мало чего соображая. Шофер, все это время пытавшийся уловить хоть слово из беседы, поспешно затушил сигарету о камень и встал навстречу Байеру, вытягивая из кармана джинсов колоду карт.
- Ну, что, разобрались наконец? Слава богу! Ну, теперь, когда все прояснилось, Игорех, может в картишки?..
Карты под перебравшими их пальцами издали приглашающий, тугой звук, и этот звук произвел на Игоря тот же эффект, какой производит пинок на злющего мастиффа, только-только пристроившегося подремать. Байер испустил громкий рык, посрамивший бы того же помянутого мастиффа, выхватил у Кости колоду и отшвырнул прочь. Карты красиво закружились в воздухе, мелькая очками и рубашками, порхнули вниз и сложились в изящную многоэтажную конструкцию, которую венчала стоящая торчком червонная дама. Костя сказал: "Ух ты!", а со стороны, где расположился транспорт настоящих сотрудников ДПС, удивленно зааплодировали. Игорь, выпучив глаза на карточную архитектуру, схватил Костю за рубашку и встряхнул так, что Костя вынулся из своих сандалий.
- И ты с ним заодно?! Все сговорились?! Подсунули мне веселые карты...
- Да ты чего, чего?! - обалдело затрепыхался Шофер. - Я их в ларьке перед сменой купил!
Байер встряхнул его еще раз, потом оттолкнул, почти бегом пересек дорогу и, примостившись на обочине, злобно закурил, не глядя на коллег. Костя привел в порядок гардероб и сказал подошедшим Валере и Борису Петровичу:
- Не, ну вы видали?!
Все трое умудрено покивали друг другу, глядя на одинокую фигуру на обочине.
- Напьется, - констатировал Полиглот.
- Не, скорее к бабам! - Валера вздохнул и спросил у Кости, сердито натягивавшего сандалии. - А ты что сделал, когда в первый раз...
- Напился с бабами, - ответствовал тот.
- Тоже неплохой вариант, - подытожил Борис Петрович.
- Что ж, - Михаил протянул Олегу Георгиевичу пакет с сотовыми телефонами, - определенно ясно - он был уверен, что мы возьмем его команду.
- Что-то нашли?
- Ничего, что могло бы помочь. Телефоны чистые, зацепиться не за что. Дэн утверждает, что сделал все, что мог.
- Утверждаю, - кивнул из-за его плеча тощий паренек с молочно-белой шевелюрой. - Все входящие и исходящие звонки с этих же номеров, они звонили только друг другу. Но на каждом телефоне четыре одинаковых сообщения с неопределенного номера.
- Ты ведь можешь его определить? - Ейщаров принял пакет. Дэн негодующе передернул плечами.
- А я определил! Номер был подключен в Аркудинске сегодня, там же задействован для сообщений. Сейчас телефон отключен. Уверен, он уже давно валяется, разбитый, в нескольких урнах. Конечно, я еще поработаю... А эти сообщения... Олег Георгиевич, они определенно для вас. Я проверил номер, который в них указан. Такого номера не существует.
- Хорошо, спасибо, Дэн, - Ейщаров извлек один из телефонов, пощелкал клавишами и посмотрел на дисплей. Болезненно дернул губами и, слегка побледнев, потер лоб ладонью.
- Что там? - встревоженно спросил Михаил. - Олег, что там?
Олег Георгиевич молча продемонстрировал ему дисплей, и старший Оружейник, прищурившись, наклонился, вглядываясь в буковки.
Олегу Ейщарову. Я же говорил - возвращение было ошибкой. Я был прав. Скольких они уже убили? Посчитай. Созвонимся, когда придет время.
В конце сообщения стоял номер телефона. Михаил глубокомысленно похмыкал и вернул телефон Ейщарову.
- Звучит угрожающе, но не очень понятно. Олег, в чем дело? Это ведь Лжец прислал, да?
- Мы ведь уже говорили о том, что Лжец - один из наших, - медленно произнес Олег Георгиевич. - Мы уже говорили о том, что он из тех, кто помнит. А ведь их можно по пальцам пересчитать.
- Да, но кроме нас...
- Я очень хорошо помню тот день, - Олег Георгиевич вытащил сигарету, но не сунул ее в рот, а смял в пальцах. - И я очень хорошо помню тот момент, когда он мне это сказал. О возвращении. Не было ли это ошибкой... Я допускал мысль, что это он. С той самой секунды, когда я узнал о Лжеце и о том, что он делает, я допускал мысль... Но теперь я точно знаю, кто это.