Страница 27 из 106
Тем не менее, нимало не смущаясь холодным приемом, он ухмыльнулся и, слазив в нагрудный карман золотой рубашки с надписью 'Имею вес', протянул принцессе небольшую карточку-визитку.
— И что? — женщина даже не подумала взять пластиковый прямоугольник.
— Я Руффо Стуррис, владелец сети 'Стурр', - представился человек с усталой и гордой небрежностью воспетого в тысячах саг героя.
— А какое мне до этого дело? — слегка удивилась богиня, сохраняя прежнюю ироничную холодность. — Или вы считаете, что, встав на кошелек, мгновенно станете выше и симпатичнее?
— Он к тебе пристает, Ильта? — как из-под земли по обе стороны богини выросли две тени весьма зловещего вида: Джей и Лейм. Подошел даже герцог Лиенский, впрочем, вовсе не стремившийся отстаивать честь дамы, а рассчитывающий посмеяться над попавшим на острый язычок богини ничтожеством.
— Нет, просто мешается, — пренебрежительно отмахнулась Элия и повернулась к богачу спиной. В прозрачном стекле витрины принцесса увидела, как отвисла челюсть мужичонки. Он, не веря глазам своим, часто-часто заморгал и запыхтел. Не дожидаясь, пока человечек взорвется или пукнет, богиня с кортежем из глумливо ухмыляющихся родственников отошла прочь. И, как только Джей выбрал пяток дисков, расплатившись только за два, вовсе удалилась из зала.
Кстати, во всем торговом центре не нашлось ни одного торгующего научно-познавательной или справочной литературой ларька. Имеющийся магазинчик продавал исключительно развлекательную белиберду детективно-фантастичного свойства, а единственной книгой в нем, имеющей хотя бы косвенное отношение к дуркам, оказался сборник анекдотов про психов. Даже Элия не нашла среди книжного мусора ни одной вещицы для коллекции.
Нагруженные новыми телефонами и кучей всяких мелочей-безделушек, прихваченных в магазинах по пути, боги решили возвращаться домой. Они забрали из камеры хранения постельные принадлежности, одежду и вызвали Ниту. Компания спустилась на стоянку, где не без усилий утрамбовала в багажник пакеты с покупками. Вот когда лоулендцы еще раз помянули добрым словом чистоту и вместительность машины.
Глава 7. Как попасть в дурдом?
На следующий день Элегор вскочил первым, хотя утро было практически в самом разгаре, солнышко уже не сияло красками восхода, а пыталось прицельно наносить первые тепловые удары. Во внезапном приступе великодушия герцог решил не будить остальных, а заняться исследованием окрестностей в целом и поисками упомянутого вчера пруда. Мужчина прошелся босиком по газонам с малость переросшей травой и прошвырнулся по саду, попрыгал и покачался на толстых ветках похожих на старые яблони деревьев.
Пруд с неплохим, только слишком уж чистым, словно искусственно просеянным, песчаным пляжем — частную собственность поселка — бог нашел в паре километров за садом, просто перемахнув через забор. Но прозрачная с виду вода оказалась горячей и столь же противной, как подогретое молоко, плавание в ней не удовлетворило Элегора, а потому, примчавшись назад, он залез под холодный душ. Разумеется, не для закалки организма, как зануда Нрэн, а для личного удовольствия.
Вдоволь наплескавшись, герцог прошелся по тихому спящему дому, достал упаковку доставленного вечером из 'Стурра' метапласта красивого серебристо-серого цвета и расположился за столом на веранде, надумав опробовать текстуру материала. Элегор настолько погрузился в ощущения податливого и в то же время упругого вещества под пальцами, отвечающего малейшему нажатию, что не сразу услышал перезвон у ворот. Только это и могло объяснить, почему герцог оказался там не первым, а одновременно с Бортом Мапином.
У ворот был припаркован фургончик, по всему периметру расписанный лентами и цветами, а рядом стоял и нетерпеливо переминался с ноги на ногу парень в кепке с длинным козырьком и футболке 'Заказали — получите!'. В руках, как сначала показалось Элегору, человек держал большой веник. 'Может, уборщик?' — мелькнула мысль у бога, однако он не угадал. Завидев народ за воротами, паренек распахнул рот и радостно заорал, потрясая громадным букетом в гофрированной малиновой с зеленым кантом бумагой, перевязанной кучей каких-то красно-бордовых бантов:
— Доставка! Букет для очаровательной Ильты!
— Давай, — усмехнулся Элегор, почти не удивляясь тому, что богиня уже умудрилась обзавестись поклонником, даже находясь под присмотром ревнивых братьев.
— Просили передать лично, — заупрямился посыльный.
— Ильта еще спит. Я, конечно, могу ее разбудить, — задумчиво почесал скулу герцог, — но, если ее растолкать, встанет она в отвратительном настроении, и я не удивлюсь, если ты, парень, получишь этим веником по мордасам. В букете-то, небось, колючки есть?
— Есть. Много, — враз потускневшим голосом признался парень, растеряв весь трудовой энтузиазм.
— Тогда я тебе не завидую, — сочувственно цокнул языком Элегор, с трудом сдерживая смех. Стоящий рядом с герцогом Борт сдавленно хрюкнул.
— А может, вы примете букет вместо Ильты? — резко передумав будить капризную даму, посыльный поднял на мужчин умоляющий взгляд.
Герцог взял привезенный веник, поставил, весьма ловко копируя подпись принцессы, замысловатый росчерк в графе планшета, просунутого сквозь решетку ворот, и поинтересовался:
— От кого хоть это монументальное произведение?
— Заказчик Руффо Стуррис, — гордо признался посыльный.
— Ясно, — пренебрежительно фыркнул Элегор и пошел назад к дому.
— Такая красивая женщина ваша сестра, не удивительно, что у нее столь влиятельные поклонники, — заметил Борт Мапин, разглядывая букет. — Надо же, сам Руффо.
— Да уж, поклонников у Ильты хватает, отваживать не успевает, — машинально согласился герцог, едва не подавившись от стремительного производства Леди Ведьмы в звание сестры.
Впрочем, по совести, признался сам себе Элегор, все-таки было в их отношениях что-то от родственных уз. Кого еще можно одновременно едва выносить и в то же время симпатизировать, от кого еще можно принять столько поучений и не рассориться навсегда? Пожалуй, только от родственника, никакая дружба столь суровых испытаний выдержать просто не смогла бы.
— Вы о ней так заботитесь, — одобрительно с каким-то ностальгическим умилением констатировал человек. — Замечательная у вас семья, дружная, такая редкость в наше сумасшедшее время. Надеюсь, вам у меня понравится. Хорошо спалось?
— Судя по всему, лучше некуда, остальные до сих пор в постелях валяются, — ответил бог и спросил, удивляясь центральным в букете уродливым грязно-красным цветкам с длинными колючками и тошнотворным ароматом. — Скажи, это что самые дорогие цветы?
— Да, гилданские маковые ориделии, — ответил Борт. — Их самолетами из оранжерей Гилда доставляют, больше нигде вывести не удалось.
— Вот счастье-то, — пробормотал Элегор, задумываясь над тем, почему люди так часто путаются в понятиях дорогой, экзотичный и красивый. А хозяин дома все болтал:
— Букет роскошным считается, если в нем хоть одна ориделия есть, а тут их не меньше дюжины! Ваша сестра будет поражена!..
— Вообще-то, Ильта больше всего любит розы, — обронил герцог, — и ненавидит цветы с противными или резкими запахами.
Поднявшись на веранду, он хотел было сразу сунуть веник в помойное ведро, но решил все-таки предоставить эту честь принцессе. В конце концов, где это видано, чтобы герцоги Лиена за принцессами мусор выносили! Да никогда! В ожидании пробуждения Леди Ведьмы Элегор надергал из букета сизых травинок и соломенного цвета метелок, сходил на кухню и, отыскав высокий прозрачный стакан, наполнил его водой. Теперь на веранде стоял действительно весьма стильный букетик, а бог вновь вернулся к работе с метапластом.
Приблизительно через полчаса к обществу герцога присоединилась богиня, выплыв на веранду с запотевшим бокалом сока в руке в коротком халатике, перепоясанном тонкой цепочкой.
— С каждым днем вы меня, герцог, все больше и больше удивляете, — задумчиво улыбнулась Элия, присаживаясь в плетеное кресло и неторопливо потягивая сок. Богиня лениво, словно большая кошка, жмурилась от потоков солнечного света, щедро льющихся через окна.