Страница 40 из 78
«Кажется, я видел вторую бомбу», — попытался сказать он, но тут Ньюкам схватил их обоих и, упав, потянул Рут за собой.
— Вниз! — прокричал сержант.
Затем сквозь деревья прокатился новый шквал, намного более яростный, чем первый порыв теплого воздуха. Лес застонал. По веткам хлестнула пыль, тучи насекомых, щепки и сорванные листья. Кэм перекатился на живот и прикрыл руками лицо. Он задыхался, несмотря на маску.
Ветер затих так же быстро, как поднялся. Кэм прижимался к земле до тех пор, пока его не начала пугать собственная неподвижность. Он видел слишком много отчаявшихся людей и не хотел умереть такой смертью. Он пошевелился. Пошевелился, хотя не находил в этом никакого смысла. Вздрогнул от боли — колючая пыль запорошила глаза. Он был весь покрыт слоем грязи, вероятно, радиоактивной. Рут и Ньюкам выглядели не лучше, хотя на одежде женщины остались чистые участки там, где Ньюкам навалился на нее. Не считая этого, бурая корка покрывала каждую складку их курток и капюшона, как у Кэма. Пыль облепила и деревья, обесцветив кору.
Сколько им осталось жить? Кэм решил, что это зависит от того, насколько близко упала бомба. Может, пройдут дни, прежде чем радиация превратит их в кровоточащие полутрупы, — но в следующую секунду он подумал о рации. А если удастся подключить дополнительные аккумуляторы и настроить ее так, чтобы она вела передачу, час за часом, даже когда они будут уже мертвы? Возможно, их заметит самолет-разведчик. Или беженцы с передовой базы Лидвилла пролетят достаточно близко, чтобы засечь передачу. Кто-нибудь может найти их, неважно, хорошие или плохие парни. Пусть лучше вакцина достанется кому угодно, чем навсегда сгинет здесь, в этой узкой горной долине.
Кэм снял очки и постучал ими по ноге, щурясь сквозь пыль.
— Ты в порядке? — прохрипел он, вставая на колени рядом с Рут.
Женщина отрешенно кивнула.
Ее очки тоже не справились с ураганом. Линзы изнутри покрылись пылью. Кэм ослабил резинку у нее на затылке. Затем снял перчатки и принялся оттирать изувеченными, но чистыми руками ее щеки. Он наслаждался этой мимолетной близостью. Рут была в ступоре, но Кэм заметил, что его внимание помогло ей прийти в себя. Взгляд карих глаз уперся ему в лицо. Кажется, она даже попыталась улыбнуться.
Потом Рут оглянулась на Ньюкама.
— Что случилось?
— Ударная волна, — просипел сержант.
Отряхнув капюшон, Ньюкам добавил:
— Боже, я и не думал, что она дойдет так далеко.
— Ты имеешь в виду, от взрыва в Колорадо? Я…
— Какую дозу радиации мы получили? — с внезапной поспешностью выпалил Кэм.
Ньюкам вел себя слишком невозмутимо. Похоже, солдат не считал, что это вторая бомба. От его спокойствия плотина в груди Кэма внезапно треснула, выпуская на волю поток эмоций. Юноша спрятал руки за спиной, чтобы скрыть дрожь. Неужели ему не придется пристрелить Рут, а затем и себя, когда тошнота и боль станут нестерпимыми?
«Второй бомбы не было, — подумал он. — Не было!»
Подняв одну побуревшую перчатку, Ньюкам объяснил:
— Это не радиоактивная пыль от второго взрыва. Это был в основном раскаленный воздух. От первой бомбы. Взрывной волне понадобилось столько времени, чтобы добраться сюда. Уровень радиации примерно такой же, как от ежедневной порции ультрафиолета. Недостаточный, чтобы убить нас, если ты об этом спрашиваешь. Не на таком расстоянии.
Он взглянул на часы.
— Пятьдесят восемь минут. Господи. Это была гигантская бомба.
— Ты все еще уверен, что она взорвалась в Лидвилле? — спросила Рут.
Она наконец-то начала сама отряхивать одежду, и Кэм отстранился. Он дрожал с головы до ног и не хотел, чтобы женщина прочла выражение его глаз.
«Мы выживем».
Он чуть не зарыдал, так сильно это его потрясло. Бывший патрульный считал, что ему уже почти нечего терять — но оказалось, что опустить руки он пока не готов.
Еще полчаса беглецы оставались на месте. Кэм отвел их на несколько метров в сторону, подальше от змеиных нор, и они устроились на каменной плите, чтобы почиститься, выпить воды и отмыть очки. Ньюкам снова попробовал настроить рацию. Затем он что-то нацарапал в своем журнале. Не считая еще одного небольшого землетрясения, в лесу было тихо. Похоже, ударная волна прибила насекомых к почве. Хотя бы это радовало.
— Вы видели, что творилось в небе, — сказал Ньюкам.
Рут кивнула, но Кэм все еще блуждал мыслями где-то вдалеке. Пока они говорили, он смотрел на древесные верхушки, впитывая странную красоту пылевой завесы. Коричневый туман продолжал расплетаться на ветру, заслоняя свет солнца.
Сейчас беглецы спустились почти на пять километров в долину и, потеряв высоту, уже не видели изорванного горизонта на востоке.
— Землетрясение было первым, потому что колебания быстро передаются через твердые породы, — сказал Ньюкам. — Воздух — другое дело.
— Ветер, — вмешалась Рут.
— Вблизи это не имеет никакого значения.
— Нет. Но радиация? — продолжила она.
— Не знаю.
— Ветер отнесет радиоактивные осадки в сторону от нас, особенно те, что поднялись высоко в атмосферу, — сказала Рут.
Лучше бы это оказалось правдой, но Кэм помалкивал. Кроме прочего, его беспокоила чума. Если ударная волна действительно пронеслась через тысячу сто километров, она подняла целую бурю техночумы. Множество субатомных механизмов взлетели на высоту более трех километров и распались. Кэм предполагал, что волна уничтожила не меньше наночастиц, чем смела по пути, но горы Сьерры стеной поднимались над огромными чашами Юты и Невады. Здесь ударная волна могла растратить последнюю силу, а эти вершины, словно расческа, собрали на себя толстый слой наночастиц.
Кэм не спешил вновь отправляться в путь. Если они проглотили слишком много частиц вместе с пылью, через час или два им будет несладко. Тогда им придется бежать обратно на запад и вновь подняться выше барьера.
Этого не понадобилось. В кои-то веки им повезло. Кэм думал, что их спасла близость гор. Почти наверняка взрывная волна вызвала огромные перепады давления. Может, в качестве побочного эффекта бомба очистила обширную территорию от наночумы.
Беглецы поднялись и пошли дальше. Через полтора километра Рут начала прихрамывать, стараясь не опираться на правую ногу. Постепенно становилось ясно, что внизу, в долине, ударная волна была не такой мощной. Горы на противоположной стороне, похоже, отразили порывы ветра, защитив низину. На древесные стволы налипло меньше пыли. Обычный лесной мусор просто смело в кучи и дорожки, а не развеяло по ветру.
Когда они вошли в полосу канадских елей, сверху с иголок посыпались, как угольки, все еще живые муравьи. В другом месте Кэм заметил желтую страницу из телефонной книги — всего одну страницу, принесенную Бог знает откуда. Затем они забрели на участок, усеянный сотнями метров мусора: в основном пластиковых пакетов и кусков целлофана, рассыпанных между деревьями. Это было что-то новенькое. Ветерок уже начал прореживать эти завалы, и один пакет долго летел рядом с беглецами вниз по склону.
Должно быть, взрыв раскидал кучи мусора по всей Северной Америке. Кэм мимоходом задумался о муравьях на деревьях. Сначала он решил, что в воздух подняло местную колонию, но возможно, их принесло откуда-нибудь издалека, например, из пустыни. Экосистеме, и без того рассыпавшейся на части, грозило новое испытание — в эту мешанину добавятся новые виды насекомых.
По другую сторону от места взрыва должно быть еще хуже. Восточный погодный фронт подхватил большую часть пыли, мусора и жуков и отбросил их туда. Там, где радиоактивные осадки не прикончат всех выживших, насекомые начнут новый и еще более свирепый бой за территорию.
Впрочем, пока не было смысла волноваться об этом. Кэм умел неплохо отвлекаться от происходящего вокруг, но сейчас не мог забыть о боли в колене, бедре, руке и шее больше чем на пару минут — как и о своей тревоге за Рут. Они шли и через какое-то время выбрались на залитый солнцем луг, где высокие сорняки, примятые ветром, напоминали круги на полях. Кэм снова запаниковал, когда вдруг почувствовал в левой руке болезненную пульсацию, но вскоре вакцина одолела чуму. Рут и Ньюкам, похоже, ничего не заметили. Просто случайная инфекция.