Страница 37 из 86
Молитва есть разговор человека с Богом; признаюсь тебе с горестною откровенностью, что почти всегда язык мой только произносит кое-как молебные слова без всякого участия ума и сердца. Итак, молюсь ли я? Нет, более грешу, чем молюсь; однако надеюсь на Всемилостиваго Господа, что поможет мне некогда вкусить и силу молитвы (Письмо 377).
Больному человеку полезнее частая молитва, но краткая. Хорошо молиться несколько раз в день по краткому времени. Прекрасны молитвы: «Боже, очисти мя грешнаго» и «Господи Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас». Их должно произносить неспешно, заключая ум в слова молитвы, как выражается святой Иоанн Лествичник (Письмо 382).
Иг. Никон:
Надо хоть один раз в сутки на несколько минут ставить себя на суд пред Господом, как будто мы умерли и в сороковой день стоим пред Господом и ждем изречения о нас, куда Господь пошлет нас. Представ мысленно пред Господом в ожидании суда, будем плакать и умолять милосердие Божие о помиловании нас, об отпущении нашего огромного неоплатного долга (С. 79).
Просите и дастся вам, ищите и обрящете, толците и откроются вам двери покаяния, плача, умиления, от которых и родится мир и спасение (С. 82).
Непрестанно должны мы бодрствовать и призывать имя Божие, чтобы Он поборол наших врагов, укрепил веру нашу, надежду на Бога и постепенно привел к любви к ближнему и к Богу (С. 94).
Господь притчею о мытаре и фарисее показал, как должно молиться и с каким душевным устроением, и как не должно (фарисейское устроение) (С. 107).
Старайтесь все делать и говорить как бы в присутствии Божием. Оно ведь так и есть. Господь во всякое время везде и видит все наше: сердце и мысли, не только слова и дела. И несодеянное (даже) мое видеста очи Твои (С. 112).
...Потому не можешь молиться без рассеяния, что: 1) слишком привязана к миру и 2) нет глубокого сознания своей греховности, а всегда самооправдание. От глубокого сокрушения и сердечного плача очищается сердце и появляется ощущение присутствия Божия, и рождается страх Божий, тогда и молитва делается теплее и собраннее... Не бывает детей без родителей, не бывает последующего без предыдущего (С. 120).
Молитвы во гневе Господь не принимает и предает такого молящегося немилосердным служителям, то есть демонам, которые от пира духовного, от молитвы, изгоняют с брачного пира во тьму разных пустых, иногда и скверных помыслов. И это будет до тех пор, пока не смиримся и не восплачем пред Господом от всего сердца, пока не стяжем мира душевного, ибо сказано в мире (душевном) место Божие. Где немирствие — там враг и тьма, и тягота душевная, и прочие начатки ада (С. 135–136).
...Рассеянная молитва — не есть молитва, хотя Господь и ее принимает вначале от тех, кто еще только учится молиться. Но ведь надо же научиться когда-нибудь молиться и без рассеяния! (С. 135).
Если воздержишься от гнева и сохранишь мир, то и молитва будет хорошая, а если будешь в расстройстве и немирствии, то и молиться не сможешь (С. 135).
Смирение обладает силой собирать помыслы в памятование о Боге, а немирствие, тщеславие, гордость рассеивают помыслы. Если помыслы сильно рассеиваются, значит что-то неладно в душе, значит враг получил доступ к душе нашей и надо каяться пред Богом и умолять о прощении и помощи. Надо поискать причины этого. Иногда это бывает (если и гнева нет) от излишней суетливости, привязанности к миру, от длинных мирских разговоров, от осуждения ближних. Хорошая внимательная, от сердца исходящая молитва есть путь к Царствию Божию, которое внутрь нас есть. Если нет такой молитвы — значит мы чем-то прогневали Господа (С. 136).
Ищут высоких состояний в молитве, а это есть прелесть. Мы так испорчены, грешны, такой неоплатный долг имеем пред Богом, что если бы и всю жизнь неумолкаемо взывали: «Боже, милостив буди мне, грешному!» — так и тогда не могли бы считать себя освобожденными от долга (С. 169).
Старайся всегда, гуляешь ли, или работаешь один или среди людей, хоть изредка, мысленно от всего сердца вздохнуть несколько раз ко Господу. Хоть один раз в чаc. Даже если что-либо не так делаешь, даже грешишь, надо еще усиленнее просить помощи и прощения у Господа (С. 176).
Даже если впадешь в грех, то и при совершении греха надо вопиять ко Господу и, не стыдясь, повергать себя мысленно пред Богом, говоря: «Господи, вот видишь, что я творю, помилуй мя, помоги мне, освободи от власти диавола»... (С. 183).
…Господь не принимает молитвы от человека, враждующего с ближними или имеющего злопомнение, а отсылает прежде примириться (С. 107).
Со всем усердием проси у Господа величайшего и нужнейшего из всех даров — видеть грехи свои и плакать о них. Имеющий этот дар имеет все (С. 216).
Если сердце не слушается, то прости всем мысленно, если можно, понудь себя просить у всех прощения. А перед Господом открывай свое сердце, говори: «Господи, Ты повелел всем прощать и Сам молился за распинателей, и я прощаю всем, а сердце не слушает меня. Господи, изгони из моего сердца всякую вражду, всякую неприязнь, всякое осуждение. Будь милостив ко мне, исцели больную грехами душу мою, не допусти меня до погибели, не лиши меня Небесного Твоего Царствия» (С. 219–220).
Те молитвы святы, которые исходят из благоговейного сокрушенного и смиренного сердца, а фарисейские (гордые и тщеславные) молитвы не только не святы, но мерзость пред Богом (С. 248).
Не надо ни в коем случае искать каких-либо состояний благодатных во время молитвы. По решительному требованию епископа Игнатия (Брянчанинова) молитва должна быть только молитвой покаяния. Научил этому Сам Господь Иисус Христос в притче о мытаре и фарисее. Для нас, грешных, достаточно молитвы мытаря. Учитесь у него молиться (С. 307).
Понуждайте себя чаще вспоминать Господа. Ведь кого любят, тот всегда в памяти любящего (С. 308).
Чаще делайте по одному поклону дома, от всего сердца вопия: Боже, милостив буди мне, грешной (С. 308).
Читайте о молитве Игнатия (Брянчанинова). Особенно много во втором томе, а также и в первом (С. 309).
Мысль, что рассеянная молитва — «молитва его да будет в грех» — есть от дьявола. Всячески он старается отвлечь от молитвы, зная, какое благо получает человек от нее. Усматривайте козни вражии и не слушайтесь его (С. 309).
Падший человек во время молитвы, искренней и правильной, входит в общение с Творцом мира, получает от Него великие милости и силу отгонять могучего духа [диавола — сост.], мнящего быть равным Богу (С. 283).
Мудрость духовную надо всем нам просить, ибо есть ведь и бесовская мудрость (Иак. 3, 15) (С. 408).
Правильная молитва очень скоро покажет сердцу, каким надо быть на молитве. Дана ведь заповедь: непрестанно молитесь. Посредством молитвы человек поднимается от земли, делается недоступным для гадов, ползающих на чреве по земле, получает свободу, как птица, оторвавшаяся от привязи. Это и значит выражение Святых Отцов: «отступи от земли» (С. 413).
...Можешь услышать определение Божие, когда встанешь на молитву. Если в мире душевном и с сокрушенным сердцем (а не языком) встанешь на молитву, то Господь примет твою молитву по слову пророка: сердце сокрушенно и см и ренно Бог не уничижит,и ты без рассеяния, со вниманием и с теплотой помолишься. А если в плохом состоянии «без брачной одежды» предстанешь на молитву, то отвергнет тебя Господь и предаст врагам, которые ввергнут тебя во тьму суетных помыслов и разленения и ожесточения сердечного. Вот тебе и суд Божий здесь (С. 471–472).
А так как сказано Самой Истиной: Без Мене не можете творити ничесоже доброго,— то и следует как можно чаще обращаться за помощью и исцелением к нашему Спасителю, то есть чаще молиться внешне и внутренне, испрашивая то помощи, то прощения, открывая все свои немощи и свое бессилие. Если будете так делать, то научитесь молитве мытаря: Боже, милостив буди мне, грешному,а потом и молитве Иисусовой («Как жить сегодня». С. 82-83).