Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 2 из 130

Жизнь и деятельность современного Суверенного Мальтийского ордена регулируются Конституцией, утвержденной папой, и Кодексом (Сводом законов). Последняя редакция этих основополагающих документов была утверждена папой Иоанном-Павлом II в 1998 г.[6]

В то же время в законодательстве Мальтийского ордена традиционно используется «Кодекс де Рогана», изданный Великим Магистром де Рога-ном еще во второй половине XVIII в.[7] Кодекс сохраняет свою действенность как дополнительный правовой источник в тех случаях, когда его положения применимы и не противоречат двум другим вышеуказанным источникам права. Юридические вопросы и проблемы, имеющие для ордена интерес и значение, разбираются Консультативным Юридическим Советом, назначаемым Великим Магистром с согласия Суверенного Совета.

Нынешний Мальтийский орден имеет собственные суды первой инстанции и апелляционные суды с председателями, судьями, блюстителями юстиции и ассистентами с правом совещательного голоса Суверенного Совета, назначенными Великим Магистром. Апелляции по приговорам орденских судов могут подаваться и в Кассационный Суд Государства Ватикан, который в таких случаях, действуя по доверенности от имени ордена, исполняет функции Верховного Суда. Коллегия Аудиторов, избираемых Генеральным Капитулом, контролирует доходы и расходы ордена. Генеральный Капитул состоит из руководителей региональных подразделений ордена, разбросанных по всему земному шару: Приорств, Командорств, Ассоциаций.

У Мальтийского ордена существует герб, флаг и гимн. Имеется и денежная единица: тари — грани — скудо — золотые, серебряные и никелевые монеты, но имеют хождение они только на территории здания, расположенного в Риме на виа Кондотти № 68. Орден выпускает почтовые марки, и даже подписал почтовые соглашения с более чем 60 государствами. Правда, письма с орденскими марками пересекают границы в одном большом конверте, оплаченном почтовыми знаками Италии или Ватикана. Придя в страну, с которой имеется соглашение, пакет вскрывается на международном почтамте, письма вынимают и затем рассылают по указанным на них адресатам. Да, это больше экзотика, чем реальность. Но кому-то это нравится.

И хотя в последние 40 лет XX века Мальтийский орден был признан частью мирового сообщества как субъект международного права, но у него отсутствуют самые главные признаки государства. Он не имеет территории и населения. Свои суверенные функции он проявляет только в установлении дипломатических отношений. Несмотря на то, что на сегодняшний день уже свыше 100 стран установили дипломатические отношения на уровне Чрезвычайных и Полномочным Послов, назвать его полноправным государством невозможно. Следует отметить, что до сих пор у ордена нет дипломатических отношений с крупными государствами (Великобританией, Германией, Францией, Швецией, США, Канадой, Японией, Китаем и др.), хотя во многих из них активно действуют ассоциации мальтийских рыцарей.

Однако даже получение статуса постоянного наблюдателя при ООН было дано Мальтийскому ордену не как государству, а как общественной организации — «Суверенному ордену Госпитальеров святого Иоанна Иерусалимского» (о чем орден дипломатично умалчивает), показывает, что интерес к нему со стороны мировой общественности имеется немалый.

В 1992 г. между Мальтийским орденом и Российской Федерацией были восстановлены дипломатические отношения на уровне Чрезвычайных и Полномочным Послов, при этом имелось в виду, что межгосударственные отношения существовали еще во времена императора Павла I. Однако полноправного посольства в России в то время не было открыто. Дипломатическим представителем Суверенного Мальтийского ордена была и остается до сих пор Миссия. Тогда объяснялось это тем, что представительство Ватикана, под которым в то время находился орден, тоже имело статус миссии. Прошло уже свыше 15 лет, Ватикан получил статус посольства, а Миссия Мальтийского ордена остается в неизменном виде.

В Риме, в особняке на виа Кондотти, регулярно проходят заседания правительства ордена и раз в несколько лет собирается Генеральный Капитул, здесь проходят официальные встречи с главами других государств и обмен верительными грамотами. Время от времени послы при Мальтийском ордене меняются. При отъезде послы и чиновники посольств получают красивые орденские награды. Как правило им вручают орден «Pro Merito Melitensi», который имеет много степеней. Этот орден получают и многие государственные деятели, главы правительств тех стран, куда с официальным визитом прибывает Великий Магистр. Но этот наградной орден не является знаком принадлежности к членству в Мальтийском ордене.

В 1999 г. во многих европейских государствах устраивались празднества по случаю 900-летия Мальтийского ордена. Начались они на Мальте, в ее столице Валетте, на том самом острове, который до 1798 г. принадлежал ордену. Но с тех пор как Мальта была сдана Наполеону, Мальтийский орден оказался без территории. Первоначально его приютил Павел I, но после убийства русского императора штаб-квартира ордена находилась в разных городах Италии, пока он не обосновался с 1834 г. в Риме.

Хотя Мальтийский орден и имеет все признаки государства, однако таковым не является. Почему?

Вопрос о суверенитете Мальтийского ордена вставал неоднократно, но решить эту проблему ордену пока не удалось. Авторы специальной монографии по международным правым проблемам считают, что субъектом международного права является носитель таких прав и обязанностей, «возникающих в соответствии с общими нормами международного права либо предписаниями международно-правовых актов»[8]. В течение времени происходили значительные изменения в этом понятии[9].

В XX в. признание за тем или иным субъектом суверенитета имеет две точки зрения. Согласно декларативной теории, которая в большей степени отвечает реальностям международной жизни, признание не сообщает дестинатору соответствующего качества, а лишь констатирует его появление и служит средством, облегчающим осуществление с ним контактов <…> Однако в тех случаях, когда признают субъектом международного права такие образования, которые объективно не могут быть ими (например Мальтийский орден), признание приобретает конститутивный или, точнее, квазиконститутивный характер, придавая видимость приобретения качества, которое признающий желает видеть у дестинатора»[10].

Авторы обращают внимание на определенную специфику, которую имеет вопрос о международной правосубъектности Ватикана и Мальтийского ордена.

И если относительно Ватикана (Святейшего Престола), можно сказать, что он внешне обладает почти всеми атрибутами государства — небольшой территорией, органами власти и управления и даже населением, то относительно Мальтийского ордена точка зрения авторов совершенно определенна. Они пишут: «Мальтийский орден в 1889 году был признан суверенным образованием. Местопребывание ордена — Рим. Его официальная цель — благотворительность. Он имеет дипломатические отношения со многими государствами. Ни своей территории, ни населения у ордена нет. Его суверенитет и международная правосубъектность — правовая фикция»[11].

Необычность и даже уникальность феномена существования нынешнего Мальтийского ордена требует не только объяснения, но и дает возможность проводить анализ в двух плоскостях: исторической и политической. Здесь можно говорить о некой горизонтали (о месте и значении данного государства в современной жизни и политике) и о вертикали (т. е. о его месте в многовековой традиции, о его связи с прошлым). Современность и традиция, политика и история — эти понятия постоянно переплетаются в жизни ордена.



Если вспомнить, как о Мальтийском ордене писали в советской исторической литературе, то мы увидим, что за орденом «госпитальеров» тогда была закреплена далеко не лестная оценка. Его считали клерикальной подрывной организацией, связанной со спецслужбами Запада.

6

Ibid. P. 1.

7

Codice del Sacro Militare Ordine Gerosolimitano Riordinato Per Comandamento Del Sacro Generale Capitolo Celebrato Nell’ A

8

Международное право / Под ред. Ю.М. Колосова и В.И. Кузнецова. М.: «Международные отношения», 1995.

9

Термин «суверенитет» появился в политической и правовой практике в период становления абсолютных монархий и использовался королевской властью в борьбе против феодальной раздробленности. Первоначально носителем суверенитета считался абсолютный монарх, поскольку его личность отождествлялась с личностью государства (согласно известной формуле Людовика XIV «государство — это я»). И лишь с ликвидацией феодализма в качестве носителя суверенитета государство стало рассматриваться как таковое.

10

‘Международное право… С. 67.

11

Там же. С. 63–64.