Страница 49 из 81
— Мне бы сразу, как только услышал про эту НУПИ, следовало понять, что без тебя тут не обошлось. Это ведь в духе Курта Остина. Ты у нас такой стойкий, такой решительный, такой патриот. Держу пари, каждое утро начинаешь с клятвы верности флагу.
— Да, — прохрипел Курт. — И, может быть, когда все кончится и ты получишь свою сотню лет в одиночке, я принесу тебе кое-что из наших любимых игрушек.
— В одиночке? Как жестоко. А вот я отправлю тебя в море не одного, а с целой компанией. — Андраш наклонился ближе. — И вот что еще, для полной ясности. Когда все закончится, ты пойдешь кормить рыб, а я стану королем.
Он усмехнулся. Остину показалось странным, что Андраш поделился этими своими планами только с ним одним.
Неужели?..
Что задумал этот мерзавец? Что ждет их всех теперь? Только бы это не коснулось Катерины. Увы, его молитв никто не услышал.
Андраш перепрыгнул на яхту и направился прямиком к ней, а, подойдя вплотную, наклонился, потрепал по щеке и выпрямился.
— Верните мистера Остина на его лодчонку.
Трое наемников — двое белых и черный — сбили Курта с ног и без лишних церемоний швырнули в «Барракуду».
— Матиас, — обратился Андраш к африканцу, — привяжи его к подъемнику.
Курт проследил за взглядом бандита. Отдаленно напоминающий вешалку для полотенец, подъемный кран находился на корпусе субмарины, сразу за кокпитом. Он был изготовлен из углеродистой стали и приварен к корпусу, удерживал весь вес подлодки, когда ее поднимали краном на борт «Арго».
У человека, прикованного к нему наручниками, шансов на спасение нет.
Матиас снял висевший на шее ключ и вставил в замок наручников. Едва освободившись, Курт врезал локтем по скуле ближайшего из двух белых, но второй моментально ударил его по голове, свалив на кокпит «Барракуды».
В глазах потемнело… На секунду Курт отключился, а придя в себя, увидел, что лежит на плексигласовом колпаке, прикованный наручниками к подъемнику.
— Теперь другого, — распорядился Андраш.
Джо бросили на «Барракуду» рядом с другом и также приковали к подъемнику. Пока друзья беспомощно озирались, Андраш схватил дробовик.
— Патроны!
Ему передали коробку. Зарядив дробовик теперь уже не дробью, а пулями, бандит подошел к субмарине и дважды выстрелил в импеллер, а потом еще раз в правое крыло. Полый руль тут же начал заполняться водой. Андраш еще раз поднял оружие и продырявил левое крыло.
Положение было отчаянное. Курт понимал, что они утонут, что их ждет ужасная смерть, и его мозг рыскал в поисках какого-нибудь трюка, чтобы ее обмануть.
— Думаешь, утопишь нас, и на этом все закончится? — крикнул он. — Мы о тебе знаем. Вся наша организация знает.
Джо хранил молчание. Остин слышал, как он дышит, быстро и глубоко, стараясь закачать в легкие как можно больше воздуха. Ему стоило бы последовать примеру друга, но он не мог сдержаться и не собирался умирать молча.
Вода заполняла крылья «Барракуды», а Курт ломал голову в поиске чего-то такого, что заставило бы Андраша остановиться, убедило в их ценности и полезности.
— Мы знаем о твоей подлодке!
Андраш поднял бровь.
— Знаете, вот как? Вот уж не думал. Но, в любом случае, она не моя.
Субмарину потянуло вниз.
— Мы знаем, что ты задумал. Нам известно об энергетическом оружии.
Уже теплее. В лице наемника что-то дрогнуло. Он даже сделал шаг вперед.
— Да, вот это характер. Я знал, что ты так легко не сдашься.
Похоже, он разгадал отчаянный блеф Курта и с удовольствием принял участие в предложенной игре.
— Ну, давай, что еще?
Остин не нашелся, что ответить, и Андраш схватил за руку Матиаса и сорвал с его шеи бечевку с ключом.
— Ну же, — ухмыльнулся он. — Курт Остин из НУПИ! Неужели все? Не верю. Скажи мне что-нибудь такое. Докажи, что чего-то стоишь.
Сидевшая на палубе Катерина вдруг вскочила и метнулась вперед, насколько позволяла цепь. Что она задумала — скорее всего, ничего, — Курт не знал, но в любом случае уйти далеко ей не удалось. Один из вооруженных охранников схватил женщину и швырнул на палубу.
Курт бессильно скрипнул зубами.
— Время кончается, Остин, — продолжал их мучитель, доставая нож и выбрасывая титановое лезвие. Зафиксировав лезвие, он просунул шнурок от ключа в дырку на рукоятке и завязал.
Крылья «Барракуды» лежали на воде, которая уже начала подбираться к кокпиту. Оставались секунды.
— Мы знаем о сверхпроводнике. — Курт был готов возненавидеть себя самого — надо же, так повелся. — Знаем, кто продал его тебе, — соврал он. — Знаем, что его погрузили на «Киндзара-мару» во Фритауне.
Андраш как будто задумался. Взглянул на Матиаса. Потом снова повернулся к Курту с хищной улыбкой маньяка.
— Неплохо. Совсем даже неплохо, — помахивая ножом, он шагнул вперед, наклонился к «Барракуде», взмахнул рукой и вонзил нож в корпус подлодки, там, куда Курт никак не мог бы дотянуться. — Но, увы, только наполовину.
Вода хлынула в кокпит, забурлила у коленей. Субмарина тонула.
Курт взглянул на Джо.
— Что бы ни случилось — делай, как я.
Джо кивнул. Курт задышал быстро и часто, наполняя воздухом легкие. «Барракуда» завертелась и ткнулась носом вниз.
Вода вскипела, и субмарина нырнула, увлекая с собой двух друзей. Последним, что слышал Курт, был крик Катерины. Она звала его по имени.
Глава 36
«Барракуда» скрылась под водой.
Лежа на палубе яхты, Катерина смотрела на кружащуюся воронку — все, что осталось на том месте, где только что была подлодка.
— Нет. Нет… — прохрипела она и, уронив голову, бессильно уткнулась лицом в палубу, содрогаясь от рыданий.
— Какое трогательное зрелище, — прокомментировал, глядя на нее, Андраш.
Он подошел ближе и опустился на корточки. Взял ее за подбородок и заставил поднять голову.
— Не беспокойся. На тебя у меня гораздо более приятные планы.
Катерина плюнула ему в лицо, но бандит легко отстранился.
— Одно и то же, ничего нового. — Он выпрямился и пнул ее ногой. Отошел и, обратившись к рубке, крикнул: — Заводи!
Внизу, под палубой, заворчали дизели.
— Ты дал им ключ, — сказал Матиас, чье присутствие на яхте было обязательным требованием Джеммы. Возможно, президент дал ему задание присматривать за чужаком. — А если они сбегут?
Андраш рассмеялся.
— Я почти надеюсь, что у них получится. Было бы намного интереснее. Но, боюсь, им не выбраться. По крайней мере, не обоим.
— Почему?
— Потому что за преступления положено платить, а смерть недостаточное наказание. — Андраш сердито посмотрел на африканца. В его отношении к Курту Остину странным образом смешались ненависть и уважение. Когда-то он и сам пострадал от рук этого океанолога.
Довольный тем, что поставил Матиаса на место, Андраш повернулся к носу, но африканец схватил его за руку, заставив обернуться.
— Я обо всем доложу Джемме. Ему такие шутки вряд ли понравятся.
— Это не шутка, — наемник с прищуром посмотрел на африканца.
— Тогда что? Я чего-то не понимаю.
— Во всем, что я делаю, всегда есть смысл. Например, такой.
Молниеносным движением Андраш вскинул пистолет и выстрелил. Звук получился не громче хлопка детского револьвера. Ни крика, ни стона, ни какой-либо другой реакции со стороны Матиаса не последовало. Только лицо его вдруг как будто размякло, а во лбу появилась крохотная дырка. Африканец пошатнулся, задрожал, глаза его закатились, но жизнь в нем еще теплилась. Отступая, он наткнулся на поручень, и тогда Андраш спустил курок еще раз. Матиас перевалился через борт и с плеском рухнул в воду.
На секунду африканец исчез, потом выскочил на поверхность, поддерживаемый серым спасательным жилетом. Из двух дырочек в голове вытекала кровь, но он уже не шевелился и не дрожал.
Андраш убрал пистолет и, вскинув дробовик, проревел во весь голос:
— Кто-то еще не понял, кто здесь главный? — Он оглядел собравшихся.