Страница 33 из 81
— Тормози! — крикнул он.
— Что?
— Тормози!
Катерина сместила центр тяжести, вцепилась покрепче в руль и ударила по тормозу. В тот же миг Курт открыл дверцу.
Покрышки «Фокуса» вцепились в асфальт, заскрипели и задымились. Застигнутый врасплох, водитель «Ауди» среагировал с небольшим опозданием и, сорвав дверцу «Фокуса», переехал через нее.
Сбитый с толку, он не заметил, как Курт высунулся из машины, держась за ручку над дверью, размахнулся и взмахнул трубой, как заправский теннисист ракеткой.
Удар пришелся по ветровому стеклу, которое тут же покрылось густой сетью трещин, полностью блокировавшей вид. «Ауди» вильнула влево и тут же вправо, словно вознамерилась пойти на таран.
Курт нанес еще один удар. Конец трубы выбил стекло со стороны водителя и попал ему в висок. «Ауди» снова вильнула, отстала, дернулась вправо и, врезавшись в скалистый склон, подпрыгнула, перевернулась и еще добрую сотню ярдов пролетела на крыше, разбрасывая стекло и металлические части, но при этом осталась на дороге.
— Отметина наверняка останется, — сказал Курт.
Вторая «Ауди» обошла первую и устремилась в погоню.
Рассчитывать, что один и тот же план сработает дважды, не приходилось. Курт посмотрел вперед — вверх по склону поднимались еще две пары огоньков. Это могли быть местные или туристы, но они шли рядом, на одной линии, не отставая и не вырываясь вперед. Что это означает, понять было нетрудно.
— Они пытаются загнать нас к обрыву, — крикнул он, перекрывая шум ветра, врывавшегося в образовавшуюся брешь.
Что-то в лице Катерины дрогнуло, но уже в следующий момент она прижала педаль газа и, как сумасшедшая, вцепилась в руль. Маленький «Фокус» рванулся вперед, а Катерина вдобавок еще и включила дальний свет.
— Я останавливаться не стану, — крикнула она.
В этом Курт не сомневался, но все дело было в том, что и водители мчащихся им навстречу машин были настроены точно так же.
Глава 23
«Групер» продолжал подниматься еще десять минут, но скорость подъема постоянно снижалась.
— Прошли тысячу, — сказал Пол.
Тысяча футов. Лучше, конечно, чем шестнадцать, или десять, или даже пять, но все равно слишком глубоко для большинства субмарин со стальным корпусом. Гаме вспомнила, как год назад совершила погружение на готовой к списанию боевой подлодке «Лос-Анджелес». На глубине семисот футов боковая стенка вдруг вогнулась с громким металлическим звуком. Она тогда едва не подскочила от страха, а капитан и команда добродушно рассмеялись.
— Это наш глубоководный тест, мэм, — сказал капитан. — Вмятина появляется при каждом погружении.
Такая у них была шутка для гостей, но Гаме перепугалась тогда до смерти, и тот факт, что они находились сейчас на триста футов глубже, чем тогда, означал, что тысяча футов столь же опасна, как и шестнадцать тысяч.
— Девятьсот, — продолжал Пол.
— Какая скорость?
— Двадцать пять. Плюс-минус.
Меньше четырех минут до поверхности. Меньше четырех минут до спасения.
Снаружи что-то треснуло, и «Групер» затрясся.
— Похоже, мы потеряли руль, — сказал Пол.
— И управление?
— Попробую что-нибудь сделать, — отозвался он, отчаянно гоняя по панели два джойстика.
Гаме оглянулась. Воды собралось не меньше восьмидесяти галлонов, и она уже подступала к ногам, так что их приходилось постоянно подтягивать.
Прошла еще минута. Они приближались к пятистам футам. Корпус вдруг заскрипел, как оседающий дом или гнущийся металлический каркас. Через несколько секунд скрип повторился. Потом еще раз.
— Что это? — Источник звука находился прямо над ней. Гаме подняла голову. Зажим на фланце дрожал, и скрип издавал корпус над ним.
Женщина повернулась к корме. Водой уже заполнилась вся хвостовая часть субмарины. Галлонов сто или больше. Восемьсот фунтов. И весь этот дополнительный вес создавал нагрузку на и без того ослабленный шов, пытаясь сломить подлодку посередине, как палочку.
Так и случится, если они не выровняются, не распределят вес более равномерно, даже если уменьшится скорость подъема.
— Пол…
— Двести футов.
— Нам нужно выровняться.
— Что?
Корпус застонал громче, и верхний зажим начал соскальзывать.
— Пол! — Гаме метнулась вперед, и в этот момент зажим сорвался и ударил ее по голени.
Она вскрикнула.
В следующее мгновение второй зажим слетел с креплений, и в щель с резким, режущим ухо звуком ударила, словно из пожарного шланга, струя воды.
Между тем на горной дороге к Вила-ду-Порту близилась к развязке игра в салочки. Катерина давила на газ, но и две мчавшиеся вверх машины уступать не собирались. Более того, они тоже добавили и неслись навстречу «Фокусу» бок о бок, с включенными фарами.
Курт заслонился ладонью от бьющего в глаза света и бросил взгляд в зеркало заднего вида — их единственный теперь преследователь тоже приближался. Что же это такое, и не сошли ли все с ума?
Впереди появился дорожный знак со стрелкой и надписью «Дельтапланы-Ультралайты».
Курт ухватился за руль и бросил машину вправо.
— Ты что делаешь? — крикнула Катерина.
Они вылетели на гравийную дорогу. «Фокус» занесло, но Катерина удержала машину, бешено крутя руль сначала в одну, потом в другую сторону.
За спиной у них вечерний покой прорезал протестующий скрип покрышек. Что-то лязгнуло, но столкновения, на которое рассчитывал Курт, похоже, не случилось.
— Вперед, — сказал он.
— Но мы ведь даже не знаем, куда эта дорога ведет.
— Это так важно?
Конечно нет. А еще через несколько секунд позади их машины вспыхнули огни, так что повернуть назад они не смогли бы, даже если бы захотели.
— Вперед. К обрыву.
— Рехнулся? Я и так едва держусь.
— Именно поэтому.
Они покатили по гравийной дороге, оставляя за собой облако пыли, недостаточно плотное, чтобы блокировать свет фар, но серьезно ухудшавшее видимость. Курт представил себя на месте водителя «Ауди» — ничего не разглядеть, по стеклу бьют камни, и отставать нельзя…
Бывают ситуации, когда дополнительные лошадиные силы и более широкие покрышки только мешают. Сейчас был именно такой случай. На высокой скорости «Ауди» становилась неуправляемой, машина буквально плыла на расползающемся под колесами покрытии. Маленькому «Фокусу» в таких условиях было легче — его узкие покрышки вгрызались в гравий до земли.
— Подпусти поближе, — сказал Курт, вглядываясь в пейзаж за стеклом.
Катерина кивнула, как будто уже поняла, что у него на уме.
— А теперь газу и вправо.
Она вдавила в пол педаль, взметнув завесу из камешков и пыли, но оторваться не получилось. Водитель «Ауди» сделал то же самое, и его машина вылетела из облака.
— Я же сказал, вправо!
Катерина налегла на руль, но «Фокус» занесло, и Курт понял — перестарались. Он схватил девушку за плечо и вывалился из машины, увлекая ее за собой. Они покатились по траве. Мимо, в паре футов, пролетела «Ауди». «Фокус» пропал из виду, и преследователь, мигнув огнями, затормозил.
— Поздно.
Сила инерции пронесла «Ауди» через пыльное облако, и в следующее мгновение машина, скорость которой упала миль до двадцати в час, ухнула в обрыв.
Продержавшуюся три секунды тишину оборвали последовавшие один за другим два взрыва.
Курта и Катерину накрыли клубы пыли. Еще секунду казалось, что они здесь одни.
— Никого, — пробормотала Катерина.
Курт кивнул и повернулся к дороге. Сквозь оседающую пыль пробивались белые огни приближающихся машин.
— Идут сюда.
Он схватил Катерину за руку и оттащил от дороги.
— Уходим. Убежать не получится, так что попробуем спрятаться.
Потянув Гаме к кокпиту подлодки, Пол заметил, что она приволакивает ногу, как раненая.
— Все в порядке, — сказала Гаме.
Вода быстро прибывала.
Пол бросил взгляд на глубиномер:
150.
140.
Стрелка еще двигалась, но все медленнее и медленнее. Пропеллеры вращались на пределе, балласт сброшен — и все же «Групер» все еще пытался идти вверх.