Страница 7 из 13
— Скорее уж улиточных, — подключился Лерг. — В эти чемоданы целый дом запихать можно. Эй, березовая наша, на кой тебе столько хлама?
— Что бы вы понимали! — возмутилась наша леди, появляясь из-за кучи багажа. — Здесь исключительно необходимые вещи! Одежда домашняя (халаты, пеньюары, накидки) — один. — тонкий пальчик с двумя кольцами указал на первый чемодан. — одежда рабочая (форма Универа) — два. Одежда парадная (платья не особо роскошные, всего-то двенадцать штук) — три. Одежда для особо торжественных случаев, все-таки это столица (семь очень роскошных платьев) — четыре. Обувь на каждый день (восемь пар) — пять. Обувь парадная и торжественная (девятнадцать пар) — шесть. Обувь запасная (девять пар) — семь. Нижнее белье (без пояснений) — восемь. Косметика декоративная — девять. Белье для особых случаев (Даже и не надейся, не покажу! — в сторону Эвина — И убери руки от чемодана, фетишист несчастный!) — десять. Купальные костюмы и принадлежности — одиннадцать. Теплые вещи на случай заморозков (плащ, курточка из меха, курточка из рыбьей кожи, еще один голубой плащик, пусть он холодный, но так к глазам подходит, вы же понимаете…) — двенадцать. — Это в Милотане, где меньше плюс пятнадцати летом ни разу в жизни не бывало?! — Еще косметика — на этот раз бытовая (крема для рук, для ног, для тела, маникюрные и педикюрные наборы…) — тринадцать. Необходимые аксессуары (украшения, платки, пояса, перчатки…) — четырнадцать. И лекарственные растения — палец уперся в самый маленький (1,0х2,0х1,0 м) чемоданчик — мало ли что понадобится.
У меня не было слов. Одни эмоции. Мы-то с ребятами набили по одному рюкзаку — смена белья, одежды и обуви без учета торжеств и прочей глупости. Мы же работать едем. Хотя купальник я взяла — на всякий случай. Если выпадет время — поплаваем в море. Вся косметика прекрасно уместилась в карман штанов. Да и косметики той — расческа, зубная паста, зубная щетка и мыло. И все. Остальное место в рюкзаках занимали самые необходимые свитки с заклинаниями (по-простому — шпаргалки) и разные снадобья. Все остальное прекрасно можно было найти и на месте. Тем более, что практиканту полагалось уже не десять, а двадцать золотых. Десять оплачивал Универ, а десять — город, в который нас посылали на практику.
Ну, на кой ей пятнадцать чемоданов!? И что можно напихать в чемодан размером 2,0х3,0х2,0 м!? Какой такой декоративной косметики?! Что вообще в нее входит? По моему мнению — тушь, помада, тональный крем и пудра. Еще-то что!? И на кой ляд ей белье для особых случаев!? Что это вообще такое!? Трусы с сигнализацией, что ли!? Чтобы никто не воспользовался пьяным состоянием дамы? Сил моих нету! У ребят тоже не осталось даже остроумия. Только неунывающий Лютик обошел 'маленькую' кучку необходимых вещей и кивнул головой.
— Где здесь лекарственные растения? Здесь?
— Да. А что?
— Просто все остальное мы отлично можем забыть здесь. Все равно не пригодится.
Березка открыла было рот, собираясь уничтожить святотатца (а вы что думаете — четырнадцать чемоданов с самым необходимым — это святое! А если туфли к платью по оттенку не подходят — анафема тебе, сатана ползучая!) но тут вошел директор. И двумя словами разрулил ситуацию.
— Равняйсь! Смир-р-р-рна!
После того, как Ведун прогулялся в Россию и посмотрел там сериал 'Солдаты' шуточки у него стали… м-да, хорошо хоть любимым героем оказался полковник Бородин, а не прапорщик Шматко.
— Это еще что такое? Вы на практику собираетесь — или караваны по пустыне водить!?
— Это — её. — конкретно высказалась я, ткнув пальцем в Березку. — Наше — у нас на плечах.
Директор оглядел кучу чемоданов, надутую Березку, которая собиралась сражаться за свои аксесуары и обувь до последнего. Прикинул величину пентаграммы для перемещений. Посмотрел на часы. И принял соломоново решение.
— УМ Березка, все, что вы хотите взять с собой, будет телепортироваться исключительно за счет вашего магического резерва. Ясно?
Березка засопела, но ругаться не осмелилась. Директор все-таки.
— Ёлка, назначаешься руководителем группы. Как человек, уже руководивший людьми в экстремальных ситуациях. Здесь в папке ваши бумаги. Браслеты оденете одновременно с научным руководителем. У него — контрольный, чтобы знать, где вы и что с вами, у вас — маячковые. Ясно?
— Ясно, — ответила я.
— По Милотану все прочитали? Нечисть, ворота, графики открытия…
Ответ на все вопросы был положительным. Директор, заложив руки за спину в подражание любимому герою, прохаживался перед нашей пятеркой, давая последние наставления.
— Я вас переправлю прямиком в королевский дворец. Практику будете проходить, где вам укажут. И чтобы я ни от кого не слышал страшных фраз, типа — 'это мы не проходили', 'это не наша работа', 'пусть кто-нибудь другой с этим возится'. Если вам сказано — вами и должно быть сделано. Ясно?
Мы закивали головами на манер китайских болванчиков.
— Ёлка, если будешь откалывать свои штучки, постарайся хотя бы не попадаться. А то стыдно будет. Сама знаешь, не за то вора бьют, что украл…
— …а за то, что даже этого сделать не сумел, — ехидно продолжил Лютик.
— Правильно. Или ты думаешь, я не знаю, благодаря кому в столовой вместо соли в котел насыпали проявителя? И кому в лапки попала часть разработок Шената и Лакнета?
Я тихонько фыркнула. Подумаешь, проявитель… И ничего страшного не произошло. Просто такое милое зелье. Без вкуса, без цвета, без запаха. И даже не от запора. Порошочек выявлял главную черту человека и проявлял ее во всей красе. За что и был назван проявителем. Как это? А вот так. Кто-то зануда, кто-то жадина, кто-то юморист, кто-то драчун… Но в обычной жизни мы это хорошо маскируем. А проявитель во всей красе подчеркнул это и выставил наружу. А проявляется он далеко не сразу. Часа через два после приема, плюс — минус еще полчаса. Распознать и нейтрализовать можно, но кто ж знал… Вот и представьте себе, что началось. Кто-то из преподавателей учит, кто-то плачет, кто-то пьет, кто-то поет… Эйнар — это тот самый рогатый аспирант — вообще залез в угол и просил, чтобы его не били, пожа-а-а-алуйста… Такой трус оказался… Санди — один из парней с нашего курса, жуткий драчун, почему-то оказался скрытым мазохистом и просил ребят его выпороть. Теперь уже неделю в городе не показывается. Парень-то шикарный, из Шварцнеггера колобок сделает не напрягаясь, а его теперь каждая девчонка предлагает отшлепать. И не знаешь, что лучше. Березка исполняла на столе такой стриптиз, что до конца так и не разделась. Кейр не дал. Схватил и куда-то утащил. И подумать только, вроде бы тихоня и скромник, а поди ж ты. Теперь ходит довольный, как мартовский кот, а Березка, осознав глубину своего падения, носит исключительно платья до пола. Без вырезов и разрезов. А зря. Подумаешь, стриптиз. А то не видали студенты женщин без одежды. Каждый второй суккуб тебе все покажет. А каждый первый еще и предложит.
— А если знаете, то чего мы еще здесь, а не на исправработах в библиотеке? — обнаглел Лерг.
— Чтоб вы там еще что-нибудь выкопали, морды наглые? Нет уж, идите-ка вы на практику, хоть Универ от вас отдохнет.
— Как скажете, шеф, — согласился Эвин.
И вот такой компанией — в пять голов, из них четыре боевых и, простите за тавтологию, очень боевитых мага, и одна комплексующая врачиха — стриптизерка.
— Ваш научный руководитель на время практики — Никвик Буздюк.
Я не удержалась и зафыркала.
— Никвик? Никвак? Ни вяк ни мяк?
Рядом Эвин извращался над фамилией преподавателя.
— Буздюк? Бурдюк? Пи…. — м-да, неоригинально и нецензурно. Зато проверено временем и монголо-татарами. Вон, Березка уже вся вишневая стоит.
— Молчите, юмористы недобитые — цыкнул на нас директор. — Чтоб наставника слушались, как родную маму и папу! Ясно?
— Хайль Шеф! — синхронно вскинули лапки Лютик и Лерг.
Ведун закатил глаза и вздохнул.
— Ваша практика продлится пятьдесят дней. Потом жду вас здесь с отчетом. Отчет должен быть подписан наставником. Также наставник должен дать вам характеристику.