Понравиться леди

— Она здесь, — заметил Джонни, поравнявшись с братом.

— Я слышу, — растерянно пробормотал Робби.

Сердце его сильно забилось. Веселый смех снова поплыл над приглушенными звуками скрипок, и Робби мгновенно задохнулся от желания. Ощущение было таким острым и отчетливым, что он перестал понимать, как жил без Роксаны все это время.

— Она в хорошем настроении.

— Верно, — мрачно пробурчал Робби.

Роксана, блистательная в своей красоте, выделялась среди всех женщин, собравшихся в комнате. Как всегда, она была окружена мужчинами, жаждавшими ее внимания. Они улыбались ей, на что-то надеялись. Они мечтали завоевать ее. Но Роксана принадлежит ему! И всегда будет принадлежать!

Неотразимая, в сине-зеленом шелке, отделанном брюссельским кружевом, она буквально светилась. Элегантное платье было идеальным обрамлением для ее расцелованной солнцем кожи и роскошных рыжих волос. В ушах и на шее переливались бриллианты, приковывая глаза к ее прелестному лицу и пышной груди. Не его бриллианты. Какого-то другого мужчины…

Будь она проклята! Как смеет эта женщина выставлять себя напоказ? Красоваться перед всеми? Как эти мужчины смеют считать, что она доступна?

— Роксана, должно быть, чувствует себя лучше. — Голос брата прозвучал словно издалека, ворвавшись в ревущую сумятицу его мыслей. — И выглядит она прекрасно.

Робби устремил на Джонни взбешенный взгляд.

— Только не устраивай сцен, — предупредил его брат.

— Я всего лишь скажу ей несколько слов.

Услышав исполненный откровенного гнева голос, лакеи, стоявшие в дверях, многозначительно переглянулись.

— Держи себя в руках, — сурово нахмурился Джонни.

— Слишком поздно! — запальчиво бросил Робби и, оставив брата, ринулся вперед.

Гости, стоявшие на его пути, поспешно расступались. В комнате воцарилась полная тишина.

Все знали о его дерзком приезде в Эдинбург, а также о совместном с Роксаной путешествии на юг: сплетни в маленьком городе распространялись на редкость быстро. Не укрылся от посторонних и ее отказ продолжать отношения. Поэтому присутствующие с нескрываемым любопытством уставились на графа Гринло, широко шагавшего по гостиной. Любопытство гостей было ощутимым.

Роксана спокойно смотрела на Робби, он был воистину великолепен в своем черном бархатном костюме. Его волосы словно горели под светом хрустальных люстр, а сам он буквально пылал гневом. Это было видно по лицу и глазам, чувствовалось в решительной походке.

Лицо Роксаны вспыхнуло. Она вызывающе подняла подбородок и громко захлопнула веер. Поклонники проследили за направлением ее взгляда и поспешно отступили в сторону. Перед Карром мгновенно оказалось пустое пространство.

— И долго собираешься дуться?

Холодные, резкие слова ударили как кнутом.

— Пошел к черту, — сказала Роксана одними губами, но тут же добавила медовым голоском: — Вы, должно быть, ошиблись, милорд? Я никогда не дуюсь.

— Тогда мы должны поговорить, — вкрадчиво предложил Робби.

— Боюсь, я занята, — коротко бросила Роксана.

— В самом деле?

Робби обвел взглядом поклонников. Те поспешно ретировались.

— Ну вот, — мягко заметил он. — Ты больше не занята. Пойдем и найдем укромный уголок.

Он стоял перед ней, элегантный и грозный, но Роксана ничуть не испугалась. Глаза ее яростно сверкнули.

— Я не считаю это уместным. И поверьте, я не боюсь вас, хотя других вы умеете унизить.

— А может, следует бояться? — спросил Робби и взял ее за руку.

— Как приятно, что ты снова вернулась в общество, Роксана, — вмешался Джонни, ловко ввинчиваясь между Робби и Роксаной.

Раскрыв веер, она улыбнулась лэрду Равенсби и негромко ответила:

— Спасибо огромное. Поздравляю с успехом в суде.

— Это был всего лишь вопрос времени, — небрежно пожал плечами Джонни.

— И… денег, — добавила слегка запыхавшаяся Амелия, она бежала через всю комнату, спеша предотвратить неприятную сцену.

— Как всегда, — согласился Джонни. — Нужно же чем-то смазывать колеса правосудия, не так ли?

Посмотрев на мрачное лицо Робби, Амелия поспешно предложила:

— Почему бы нам не перейти в столовую? Вижу, Картер подает знак, что ужин готов.

Бедняжке пришлось солгать, поскольку ее мажордома даже поблизости не было.

— Если вы, Джонни, проводите Роксану, я возьму под руку Робби. Ах, Робби, как вы красивы сегодня!

Улыбка Амелии была жизнерадостной. Она держалась так, будто не замечала напряжения, возникшего вокруг.

В зале воцарилась тишина, даже музыканты перестали играть.

Когда Роксана и Амелия уселись за стол, и комната наполнилась гостями, Джонни отвел брата в сторону.

— Надеюсь, ты будешь прилично себя вести? — спросил он. — Роксана не твоя личная собственность.

— Я тоже так полагаю, судя по когорте ее наглых ухажеров.

— Каждой женщине позволено иметь поклонников.

Губы Робби дернулись в горькой усмешке.

— Посмотрим, — процедил он, стряхивая руку брата. — Ты исполнил свой долг. Я предупрежден.

— Я не позволю ее позорить, — прошептал Джонни. — Если хочешь поговорить с ней, сделай это, только будь вежлив.

— Как ты был вежлив с Элизабет, когда украл ее из церкви в день ее свадьбы? — дерзко осведомился Робби.

— Это не одно и то же, — вздохнул Джонни.

— Почти то же самое. Хотя сегодня свидетелей намного меньше. Тогда за тобой наблюдали пятьсот солдат и собравшиеся на свадьбу гости.

— Я не могу оправдать своего поступка, — мягко признался брат. — Но все равно — сделай одолжение.

— С чего это?

— Хотя бы из уважения к Амелии и Дэвиду.

Легкая улыбка промелькнула на лице Робби. Улыбка, бесстыдная в своем вызове.

— Почему ты сразу не сказал? Неужели я был так груб?

— Продолжай в том же духе, младший братец, и мы с Дэвидом выбросим тебя из дома!

— Интересно будет на это посмотреть.

— Сколько ты выпил?

Лэрд Равенсби вгляделся в брата.

— Должно быть, недостаточно, если могу спокойно смотреть на то, как Роксана флиртует с другими мужчинами, — процедил Робби.

— Мне следовало найти тебе услужливую девку на ночь и оставить тебя дома, — вздохнул Джонни.

— Благодарю, я сам способен найти себе девку.

— Ты должен был быть готов к тому, что Роксана передумает, — спокойно добавил Джонни. — Сам знаешь, дети для нее — все…

— Дети нам не помеха. Они меня любят.

— Как бы там ни было, Роксана кажется непоколебимой.

— Посмотрим, — обронил Робби.

— Пообещай, что будешь благоразумным, — не унимался Джонни.

— Нет, — покачал головой Робби.

Джонни вздохнул. Вечер обещал быть нелегким.

Амелия усадила Робби и Роксану на разных концах стола, но хотя сделала все, чтобы Дженет Линдсей сидела как можно дальше от Робби, не приняла в расчет наглость последней. Хищница быстро поменялась местами с леди Патон и села рядом с Робби.

Роксана молча следила за происками графини Лотиан, хотя твердила себе, что ей все равно. Но ревность все равно кинжалами впивалась в сердце.

Дженет что-то прошептала Робби на ухо, но ее откровенное предложение было встречено косым взглядом.

— Вы чертовски прямолинейны, Дженет.

— Не люблю ходить вокруг да около, — промурлыкала она, подавшись вперед.

— Я дам вам знать, — уклончиво ответил Робби, отводя взгляд от ее пышной груди.

Его интересовала только одна женщина, которая в настоящий момент смеялась над какой-то шуткой лорда Джеффри. Робби с такой силой сжал в руках вилку и нож, что побелели костяшки пальцев. Пришлось осторожно положить приборы на тарелку.

— Вы не голодны? — пробормотала Дженет. — У меня есть кое-что такое, что можно проглотить в один момент.

Предложение было настолько недвусмысленным, что Робби поморщился:

— А вы настойчивы.

— Потому что у вас есть то, что мне нужно.

Она откровенно посмотрела ему в глаза и облизнула губы.