Проклятье горничных

– О, Джордж, ты совсем не поддерживал меня! – выговаривала Дафна супругу, когда гости уехали, и мистер Пейтон, на свою беду, зашел узнать, не желает ли Дафна попить чаю в тихом семейном кругу. – Нет уж, уволь, ты выглядишь сегодня просто отвратительно, я видеть не могу твоего обрюзгшего лица! – воскликнула Дафна, не преминув тут же упрекнуть мужа в жестокосердии.

Справедливости ради надо заметить, что мистер Пейтон и в самом деле, вместо того чтобы утешать жену, утешался сам, безоглядно расходуя запасы своего и без того скудного погреба. Лорд Гренвилл перед отъездом решительно приказал дворецкому Пейтонов унести все бутылки и графины, которые могли бы попасться на глаза хозяину, а Ричард Соммерсвиль посоветовал другу подольше погулять по саду, с аппетитом поесть и лечь в постель – лучшие лекарства от хандры.

Джордж с негодованием отказался от первого – вечер не принес прохлады, но отдал должное второму совету, после чего и поднялся к миссис Пейтон.

– Ты несправедлива, дорогая, – устало ответил он, стараясь не замечать визгливого тона жены. – Все расстроились из-за этого несчастного случая, наши соседи тоже были так огорчены, что я не мог не составить компанию за столом близким друзьям!

– Расстроились! Они расстроились! – фыркнула Дафна, с неожиданным удовольствием почувствовавшая, как гнев вытесняет в ее сердце боль. – Еще бы им не расстраиваться, ведь их репутация запятнана, они оказались в доме, где пикник закончился смертью служанки! И теперь их знакомые будут по две сотни раз переспрашивать, как это им взбрело в голову нанести визит миссис Пейтон, от которой можно ожидать чего угодно!

Джордж отметил про себя, что его супруга довольно хорошо представляет себе мнение, которое сложилось о ней у некоторых почтенных леди, но не стал произносить этого вслух, чтобы не разжечь пламя большого скандала. Он неловко обнял Дафну и пробормотал несколько успокаивающих слов, но запах бренди только усилил ее злость.

– Оставь меня! – закричала она. – Ступай и продолжай напиваться! Ты даже не мог увести меня в дом, когда я увидела Салли! Вместо тебя это сделал Уильям. Вот уж кто не растеряется и не покинет жену в несчастье!

– Еще неизвестно, как повел бы себя лорд Гренвилл, если бы такой конфуз случился в его доме. С его-то гордостью! – запальчиво воскликнул мистер Пейтон. – Между прочим, горничная его жены погибла почти при таких же обстоятельствах, но я что-то не замечал, чтобы он просиживал часы напролет возле Эмили, держа ее за руку и поминутно осведомляясь о ее самочувствии. Ведь ты этого хочешь от меня?

Дафна и в самом деле именно так представляла себе поддержку, в которой ей так решительно отказал супруг. Прежде, когда она переживала из-за ссоры с Джорджем, отсутствия денег на новый наряд или язвительных писем сестер, ее утешала и ободряла верная Салли. А теперь Салли нет, и молодая женщина не могла представить себе, как будет обходиться без нее. Если бы только можно было прижаться к груди Ричарда, как Сьюзен прижималась к Генри Говарду! Дафна заметила это совершенно случайно, несмотря на начавшуюся истерику, и теперь воспоминание о Говарде, утешающем мисс Холтон, пронзало ее жгучей завистью.

– Уходи! – Она бросилась на постель и зарыдала, уткнувшись лицом в подушки.

Джорджу оставалось лишь исполнить это требование, что он и сделал весьма охотно, сожалея, однако, что их брак с каждым днем становится все невыносимее. Уехать куда-нибудь в колонии одному, без Дафны – эта мысль пришла в голову мистера Пейтона внезапно, под влиянием момента, но в последующие часы и дни она начала представляться ему все более и более правильной.

14

Весь путь до поместья Соммерсвилей Эмили пыталась решить, в каком тоне лучше всего говорить с Энн. Она знала, что Джейн нет дома – она обещала навестить Дафну. Наверняка и Сьюзен тоже приедет к Пейтонам, а Ричард увяжется следом за сестрой. Раньше Эмили решила бы, что он сделает это ради Сьюзен, теперь же оказывается, что этот прыткий молодой человек должен утешать обеих подруг.

Леди Гренвилл отмахнулась от ухмыляющегося образа Ричарда Соммерсвиля, появившегося внезапно на сиденье напротив нее. Она еще успеет разобраться в своем отношении к Соммерсвилям и Дафне, но прежде надо добиться от Энн правдивого рассказа о том, что все-таки произошло на балу в Гренвилл-парке, что могло повлечь за собой такие страшные последствия.

И как помочь Энн избежать ужасной участи. Прекрасная идея пришла ей в голову, когда карета уже свернула на слегка запущенную подъездную аллею к дому Джейн и Ричарда.

Дворецкий Соммерсвилей выразил положенное огорчение тем, что гостья не застала мистера и мисс Соммерсвиль дома, после чего согласился привести Энн в комнату для приемов, куда любезно проводил леди Гренвилл, не выказывая никакого удивления. Мало ли зачем приятельнице его госпожи понадобилось поговорить с горничной!

Энн, высокая, очень худая девушка с длинноватым носом и заостренным подбородком, со всей почтительностью приготовилась внимать леди Гренвилл.

Увы, через четверть часа Эмили вынуждена была признать, что либо Энн очень ловко лжет, либо и вправду не заметила ничего, что могло бы помочь леди Гренвилл догадаться, кто похитил ожерелье и кто помог троим горничным отправиться на тот свет.

На вопросы Энн отвечала охотно, она знала от мисс Соммерсвиль, что на балу у леди Гренвилл у одного из гостей пропала ценная вещица – из опасения, что слухи о пропаже колье дойдут до лорда Гренвилла, Эмили попросила подруг не раскрывать горничным ее тайну.

Было очевидно, что Энн скрывает недоумение – с чего бы это леди Гренвилл решила расспрашивать ее о том бале, ведь с тех пор прошло уже не менее шести недель? Своей невозмутимостью горничная и в самом деле походила на госпожу, и Эмили даже задумалась на мгновение: это Джейн вышколила служанку или, наоборот, сама почерпнула у Энн самообладания.

Эмили не хотелось пугать девушку, рассказывая о своих подозрениях относительно гибели Хетти, Салли и Минни, а намеков на то, что Энн может что-то скрывать, горничная словно бы не понимала. В конце концов, леди Гренвилл поняла, что ей стоит надеяться в своих поисках только на собственную проницательность, и решила перейти к спасению Энн, пусть даже девушка этого никогда не узнает.

– Вы очень помогли мне, – сказала она. – Но на самом деле я приехала не из-за пропавшей безделушки.

На лице Энн мимолетно отразилось удовлетворение. Похоже, горничная не сомневалась, что леди Гренвилл приехала не для того, чтобы поспрашивать ее о давно минувшем празднике. «Вот и хорошо, что Энн так думает, – решила Эмили. – Если она что-то скрывает, то хотя бы не станет подозревать, что мне что-то известно, и будет вести себя свободнее».

– Когда я увидела эти прелестные вещицы здесь на камине, я неожиданно вспомнила о той небольшой неприятности, случившейся на моем празднике, – словно бы оправдываясь, продолжила леди Гренвилл. – Теперь же я снова подумала о деле, не терпящем отлагательств.

Энн умело изобразила заинтересованность, впрочем, она и в самом деле была заинтригована. Что, если леди Гренвилл приехала предложить ей место в своем доме? По сравнению с жалованьем, которое получала Энн, слуг в доме Гренвиллов можно было считать баснословно богатыми. И девушка, конечно же, согласилась бы оставить свою госпожу ради лучшей доли, пусть даже ей будет неловко в будущем встречаться с мисс Соммерсвиль.

К своему удивлению, горничная вскоре поняла, что почти угадала причину, которая побудила леди Гренвилл проделать двухчасовой путь до дома Соммерсвилей.

– Моя сестра Кэролайн приглашена погостить немного в Брайтоне у тетушки нашей матери, миссис Лейнс. Увы, горничная сестры повредила ногу и не может поехать вместе с ней. В доме миссис Лейнс не так много слуг, и никто из них не умеет ухаживать за юной девушкой, все они служат нашей родственнице уже не один десяток лет и попросту не справятся со сложной прической или застежками на модном платье.