Страница 73 из 79
Она пошла к столу Белла, роясь в сумочке.
Уитмарк вскочил.
— Здравствуй, Дороти. Я же тебе сказал, что поговорю с Беллом. Это примирит нас, верно?
Дороти Ленгнер посмотрела ему в лицо. Потом на Белла.
— Здравствуйте, Исаак. Могу я здесь где-нибудь недолго поговорить с Тедом наедине?
Ее прекрасные серебристо-серые глаза были пусты, и у Белла на мгновение создалось странное впечатление, будто она слепа. Но она не могла быть слепа, ведь она шла самостоятельно.
— Мне кажется, в кабинете мистера Ван Дорна никого. Он не стал бы возражать.
Он провел их в пустой кабинет Ван Дорна, закрыл дверь и постоял, прислушиваясь. Из кабинета донесся голос Уитмарка:
— Ведь это примирит нас?
— Нас ничто не примирит.
— Дороти? — спросил Тед. — Что ты делаешь?
В ответ послышался резкий звук выстрела. Белл распахнул дверь. Тед Уитмарк лежал на спине, из его головы лилась кровь. Дороти Ленгнер выронила пистолет, который держала на уровне груди Уитмарка, и сказала Беллу:
— Он убил моего отца.
— Вашего отца убил Ямамото Кента.
— Тед не подкладывал бомбу, но передавал сведения о работе отца над Корпусом 44.
— Это вам сказал Тед?
— Он пытался признаться мне и избавиться от угрызений совести.
Вбежал Гарри Уоррен с пистолетом и склонился над телом. Потом схватил телефон Ван Дорна.
— Она промахнулась, — сказал он Беллу, а потом оператору: — Пригласите врача.
— Тяжело он ранен?
— Царапина. Разорвана кожа, поэтому так много крови.
— Он не умрет?
— Не от этого. Кажется, он приходит в себя.
— Она в него не стреляла, — сказал Белл.
— Что?
— Тед Уитмарк пытался застрелиться. Она схватилась за его пистолет. Спасла ему жизнь.
В глазах Гарри Уоррена было мудрое старческое выражение.
— Скажи еще, Исаак, почему он пытался застрелиться?
— Он предатель. Он только что признался мне, что передавал сведения шпиону.
Гарри Уоррен посмотрел Беллу в лицо и сказал:
— Кажется, мисс Ленгнер спасла жизнь негодяю.
Вбежал гостиничный врач со своей медицинской сумкой, за ним шли коридорные с носилками.
— Отойдите все. Пожалуйста, расступитесь.
Белл провел Дороти к своему столу.
— Садитесь. — Он подозвал ученика. — Пожалуйста, принесите даме стакан воды.
— Зачем вы это сделали? — прошептала Дороти.
— Я не стал бы, если бы вам удалось его убить. Но вам не удалось. Думаю, с вас довольно несчастий и без обвинений полиции.
— А они поверят?
— Если Тед подтвердит. Думаю, подтвердит. А теперь расскажите все, что он рассказал вам.
— С прошлой осени он проиграл в Вашингтоне все деньги. Кто-то из игроков предложил дать ему взаймы. В обмен он говорил с Ямамото. — Она гневно, горько покачала головой. — Он все еще не понимает, что его сознательно заставляли проигрывать.
— Мне он говорил, что ему просто не везло, — сказал Белл. — Продолжайте.
— То же самое произошло этой весной в Нью-Йорке, потом в Сан-Франциско. А теперь снова начинается. Но он понял всю чудовищность того, что делает. Или он так говорит. Я думаю, он старается заставить меня вернуться. Я говорила ему, что между нами все кончено. Он узнал, что я встречаюсь с другим.
— С Фарли Кентом.
— Разумеется, вы знаете, — устало сказала она. — Ван дорны никогда не сдаются. Когда Тед узнал про Фарли, думаю, он решил, что нигде нет правды. Он уверовал. Может, надеялся, что я стану ждать его из тюрьмы. Или плакал, что его повесят за измену.
— Ваш выстрел должен был разубедить его, — заметил Билл.
Дороти улыбнулась.
— Сейчас я не знаю, как отнестись к тому, что я его не убила. Хотела убить. Не могу поверить, что промахнулась: ведь еще чуть-чуть, и…
— Мой опыт подсказывает, — сказал Белл, — что те, кто промахивается при верном выстреле, хотят промахнуться. Большинству людей не так-то легко убить.
— Жаль, что я его не убила.
— Вас бы повесили за это.
— Мне все равно.
— А что бы тогда стало с Фарли Кентом?
— Фарли… — она начала говорить и осеклась.
Белл мягко улыбнулся.
— Вы хотели сказать, что Фарли понял бы, но поняли, что это не так.
Она понурила голову.
— Фарли лишится смысла жизни.
— Я видел Фарли за работой. Мне кажется, он ваш тип мужчины. Он любит свою работу. А вы его любите?
— Да, люблю.
— Позвольте предложить вам охрану, которая проводит вас до Бруклинской военной верфи.
Она встала.
— Спасибо. Я знаю дорогу.
Белл проводил ее до двери.
— Вы начали это расследование, Дороти, когда поклялись обелить имя своего отца. Никто не сделал больше вас, чтобы спасти труд, вложенный вашим отцом и Фарли в Корпус 44. Благодаря вам мы раскрыли шпиона и, не сомневайтесь, возьмем его.
— Тед сказал что-нибудь такое, что вам поможет?
Белл ответил осторожно:
— Он считает, что сказал. Скажите, а как Тед узнал о Фарли Кенте?
— Письмо, подписанное «друг». Почему вы улыбаетесь, Исаак?
— Шпион приходит в отчаяние, — только и ответил Белл. Но у него сложилось впечатление, что О'Ши сознательно подсовывает им Теда с ложными сведениями. Шпион хочет, чтобы Белл поверил, будто нападение предпримут с суши, когда на самом деле он собирается напасть с воды.
Дороти поцеловала его в щеку и стала торопливо спускаться по центральной лестнице.
— Мистер Белл, — сказал человек в приемной. — Вас вызывает детектив отеля.
51
— Тут у входа несколько подозрительных лиц, — доложил детектив отеля «Никербокер». — Клянутся, что должны с вами поговорить, мистер Белл.
— Как их зовут?
— Косматый старик говорит, что у него нет имени, и я склонен ему верить. Молодые называют себя Джимми Ричардс и Марв Гордон.
— Пусть поднимутся ко мне.
— Таким в вестибюле не место, если вы понимаете, о чем я.
— Понял. Но это двоюродные братья маленького Эдди Тобина, и потому они войдут через парадную дверь. Скажите управляющему, что я разрешил. И сами пойдите с ними, чтобы они не пугали женщин.
— Хорошо, мистер Билл, — с сомнением ответил гостиничный детектив.
Ловцы устриц со Статен-Айленда Ричардс и Гордон представили своего старшего спутника, старика с длинными волосами и морщинистым лицом, как «дядюшку Донни Дарби, который нас вырастил».
— В чем дело, ребята?
— Все еще ищете торпеды?
— Откуда вы узнали?
— Флот, и береговая охрана, и охрана гавани мельтешат, как комарье, — сказал Ричардс.
— Обшаривают все причалы в порту, — добавил Гордон.
— Не дают заниматься делом, — пробормотал дядюшка Донни.
— Вы видели торпеды? — спросил Белл.
— Нет.
— Что вы о них знаете?
— Ничего, — сказал Ричардс.
— Только что вы их ищете, — сказал Гордон.
— Совсем ничего? Тогда зачем пришли?
— Мы подумали, может, вас заинтересует «Холланд».
— Что за «Холланд»?
— Самый большой «Холланд», какой мы видели.
— «Холланд» — подводная лодка?
— Да, — хором сказали устричники со Статен-Айленда.
— Где?
— Килл-ван-кулл.
— Со стороны Байонны.
— Подождите, парни. Если вы видели подводную лодку в открытую, это лодка флота.
— Она прячется. Под баржей.
— Дядя Донни увидел ее вчера ночью, когда за ним погнались копы.
— Я несколько дней следил за этой баржей, — сказал дядюшка Донни Дарби.
Исаак Белл принялся расспрашивать его.
Гаванские копы, которые охотятся за угольными пиратами, заметили дядюшку Донни, когда он с двумя друзьями шел за угольной баржей на своей устричной лодке. Дядюшка Донни отказался допустить полицейских на борт для досмотра. Последовали пистолетные выстрелы. Полицейские все равно высадились на лодку. Дядюшка Донни и его друзья прыгнули в Килл и поплыли к берегу.
Друзей Дарби поймали, но старик поплыл к барже, за которой наблюдал несколько дней. Ведь она стояла одна, без экипажа, а на ней — два товарных вагона, в которых могло быть что-нибудь интересное. Усталый старик прятался за баржей и уже начал тонуть, но ступил на что-то прочное, хотя там было слишком глубоко, чтобы стоять. Когда копы ушли, Джимми и Марв, наблюдавшие со стороны Статен-Айленда, на другой устричной лодке спасли своего умного-разумного дядюшку. И внимательнее осмотрели баржу. И под ней увидели очертания подводной лодки.