Страница 142 из 158
Лицо Картика серьезно и мрачно.
— Ты готова?
Я киваю, нервно сглатывая. Фелисити, Энн, Фоулсон и мисс Мак-Клити становятся рядом со мной. Нам шестерым предстоит лицом к лицу столкнуться с целой армией. Я стараюсь не думать об этом, потому что иначе мне может не хватить храбрости.
Картик со скрипом приоткрывает церковную дверь, и мы как можно тише выскальзываем в ночь. Мать Елена просит Картика дать ей руку. Она укалывает его палец.
— Пометь дверь снаружи, — советует старая цыганка. — А я запечатаю изнутри. И не сдавайся.
Дверь церкви закрывается за нами, и Картик проводит по ней пальцем. Я надеюсь, что это поможет. Серовато-белый туман клубится вокруг; он лишает лес всякого цвета. Мы не взяли с собой фонаря из страха, что твари заметят свет, и потому ищем дорогу по памяти. Визгливые крики всадников и рычание горгулий, схватившихся в смертельной битве, плывут сквозь туман, и мы не понимаем, где они — далеко или близко, впереди или позади. И кажется, что мы движемся в самую гущу драки.
Мы благополучно минуем лес, но нужно еще пересечь лужайку. Сердце колотится быстро и сильно. Но от страха мысли ясные, как никогда прежде; и каждая мышца натянута как струна, готовая вот-вот лопнуть. Картик поднимает палец и вскидывает голову, прислушиваясь.
— В эту сторону, — шепчет он.
Мы спешим за ним, стараясь не растерять друг друга в густом тумане. Завывания становятся ближе. Справа от себя я вижу всплеск каменного крыла, мелькает костлявая рука… Над головой, спеша нанести новый удар, проносится горгулья, пугая меня. Я лишь на мгновение поворачиваю голову ей вслед, но этого достаточно. Я теряю остальных. Меня охватывает паника. Куда бежать — вправо, влево, вперед? «Скорее, Джемма! Пошевеливайся!» Я бросаюсь в туман, держа перед собой руки, как будто могу разогнать его. Я слышу тихие, сдавленные звуки — горестные всхлипывания — и осознаю, что издаю их сама, но замолчать не в силах.
Какая-то горгулья сцепилась с призрачным всадником. Горгулья одерживает верх, и всадник падает к ее ногам. Я вижу у него вместо лица череп с красно-черными глазами. Горгулья оборачивается ко мне, и в это мгновение тварь Зимних земель стремительным жестоким движением вспарывает живот горгульи острыми, как бритва, когтями. Горгулья падает, заливая кровью мой плащ.
— Поспеши в Зимние земли, — выдыхает она. — Уничтожь Дерево Всех Душ. Другого способа нет…
Огромное каменное существо падает у моих ног. Всадник разевает рот и визжит, пронзая ночь призывом к битве.
Я мчусь вперед, ничего не видя. Я настолько переполнена страхом, что даже не слышу, как кричу, чтобы остальные бежали скорее. Я вне себя.
— Джемма! Джемма!
Это голос Фелисити.
— Фелисити! — откликаюсь я.
— Джемма, сюда!
Из тумана появляется чья-то рука, и я хватаюсь за нее. Фелисити обнимает меня. Мы вместе бежим дальше. И первыми добираемся до башни. Фоулсон, мисс Мак-Клити, Энн и Картик вскоре догоняют нас.
— Вот здесь, — задыхаясь, говорю я. — Тайная дверь.
— Так идем скорее!
Мисс Мак-Клити тоже едва дышит.
Я протягиваю руку — и тут вижу ворону. Ее крик — как адский вопль. Это предупреждение. Боевой клич. И через несколько секунд появляется еще с десяток чудовищных птиц. Они прямо у меня на глазах меняют облик, превращаясь в бродячих актеров, приходивших в нашу школу. Я знаю, кто это: Маковые воины.
Самый высокий снимает шляпу и отвешивает нам поклон, а когда выпрямляется, я вижу темные круги у его глаз. На руках у него — черная татуировка, изображающая цветы мака.
— Привет, куколка. Дивный вечер для принесения жертвы!
Еще несколько птиц взмахивают блестящими крыльями — и становятся знакомыми отвратительными рыцарями, и я содрогаюсь при воспоминании о разрушенном соборе, который они зовут своим домом. И о тех чудовищных играх, которые они затевают со своими жертвами.
— Куда-то собрались? — спрашивает высокий актер, ухмыляясь, как маска смерти.
Его грязные ногти длинны, как когти хищника.
— Я… я… — запинаясь, бормочу я.
Картик держит наготове кинжал, но ему не справиться с этими уродами.
— Черт знает что, — выдыхает Фоулсон. — Из какой адской ямы они вылезли?
Мисс Мак-Клити становится между мной и Маковым воином. Она расставляет руки, как мать, защищающая дитя, но грязные твари лишь хихикают при виде этого.
— Не поможет, милая леди, — скалит один из них три оставшихся у него зуба.
— Леди и джентльмены! — восклицает высокий Маковый воин, как будто стоит на сцене. — Сегодня мы представим ради вашего удовольствия самую впечатляющую пьесу! Это история о девице, которая принесена в жертву ради высокой цели: завоевания свободы Зимних земель и дарования силы ее обитателям! Ради того, чтобы навсегда уничтожить границы между мирами. Найдется ли кто-то, готовый спасти эту нежную деву?
Усмешка Макового воина становится жестокой.
— Нет. Думаю, не сегодня. Потому что сценарий уже написан, и девица должна сыграть предназначенную ей роль.
— Бегите! — кричу я.
И со всех ног бросаюсь к школе, а остальные мчатся за мной. Маковые воины пускаются вдогонку, сбиваясь в беспорядочную толпу. Мы вваливаемся в кухонную дверь, на которой видна еще кровавая метка, и падаем на пол, тяжело дыша.
— Все здесь? — спрашивает Картик. — Джемма, ты не ранена?
— Что это за чертовщина была? — спрашивает Фоулсон.
— Маковые воины, — отвечаю я. — С ними лучше не шутить, мистер Фоулсон, уверяю вас…
— Они… они все знают, — бормочет Энн. — Они идут за нами.
— И как нам теперь добраться до двери? — жалобно спрашивает Фелисити.
Свет в кухне слабый, но я вижу страх в глазах мисс Мак-Клити. Вороньи крылья колотятся в окно. Они сообщают остальным, где мы.
— Мы не можем остаться здесь, — говорю я. — Но если доберемся до башни, сможем прокрасться к двери с той стороны.
Длинный коридор за внутренней дверью кухни — темный и пугающий. Что угодно может прятаться там. Что угодно. Картик крепко сжимает кинжал. Мисс Мак-Клити идет впереди, сразу за ней — Картик и Фоулсон. За ними следуют Фелисити и Энн, держась за руки. Я завершаю процессию, на каждом шагу оглядываясь назад, в темноту.
Мы без происшествий минуем коридор. Но чтобы попасть на лестницу, нам придется пройти через большой холл с его новыми обитателями, обретшими свободу. Одна дверь заперта, но другая открыта. Я не знаю, как нам остаться незамеченными. Мы прижимаемся спинами к стене и прислушиваемся.
Картик кивает в сторону лестницы. Мисс Мак-Клити крадется к ступеням, мы все — за ней. Пригибаясь пониже, мы начинаем подниматься. Сквозь балясины перил я вижу, что устроили в большом холле существа из колонны. Пол сплошь усыпан стеклом разбитых ламп, перьями из подушек, изодранными в клочья страницами книг. Твари разорвали на полоски шали, ограждающие шатер Фелисити. На все это страшно смотреть. Но сейчас не время предаваться сожалениям. Мы должны добраться до сфер, укрыться в них, хотя и там теперь нет безопасности, а только временная передышка.
У восточного крыла мы забываем об осторожности и врываемся в недостроенную часть здания. Мы в наполовину законченной башне, нас прикрывает каменная кладка. Я вижу всадников, рассыпавшихся по другую сторону лужайки, отрезающих все надежды на бегство. Они перекликаются с Маковыми воинами, которые охраняют тайную дверь.
— Они внутри! — кричит Маковый воин.
— Значит, они в ловушке, — яростно шипит кто-то из охотников.
Он скачет к кухонной двери, которую мы недавно открыли. Скоро он нас найдет. И позовет остальных. Мы полностью и окончательно попались.
— Джемма, — шепчет Фелисити, и ее глаза полны страха.
Что-то скребется у входа в восточное крыло. Они ждут за дверью.
Картик берет мою руку и крепко сжимает. Фоулсон держит за руки мисс Мак-Клити.
— Я им тебя не отдам, Сахира, — говорит он.
У Энн от страха прерывается дыхание.
— Если бы у меня был сейчас мой меч, — чуть слышно произносит Фелисити.