Страница 140 из 158
— Что это? — шепчет Бригид.
Мисс Мак-Клити шикает на нее.
Я тоже это слышу — тихий топот конских копыт на лужайке. Резкий крик вороны. Все краски исчезают с лица миссис Найтуинг. Мать Елена стряхивает сон. И крепко сжимает мою руку.
— Они пришли, — говорит старая цыганка.
Глава 65
В большом холле неестественно тихо и спокойно. У меня на верхней губе выступает пот. Я отираю его дрожащей рукой.
— Они не могут войти, — шепчет Бригид. — Мы на каждую дверь, на каждое окно наложили защитную печать.
— Они очень сильны. И не остановятся до тех пор, пока не получат то, чего им хочется.
Мать Елена смотрит на меня.
— Давайте не будем спешить с выводами, — говорит мисс Мак-Клити. — Лошади. Ворона. Это может ничего не означать.
— Вы мне обещали, что ничего опасного не произойдет, — снова говорит миссис Найтуинг, как будто самой себе.
— Я не уверена, что существует вообще какая-то опасность, кроме как в уме мисс Дойл.
Снаружи снова доносятся стук копыт и птичий крик.
— Что это? — сонно спрашивает Элизабет. — Что происходит?
— Миссис Найтуинг, пожалуйста, можно нам пойти спать? — бормочет младшая девочка.
— Тс-с! — останавливает их миссис Найтуинг. — Игра закончится только после полуночи.
— Мистер Фоулсон, вы не могли бы посмотреть, что там? — просит мисс Мак-Клити.
Мистер Фоулсон раздвигает занавески на окне и всматривается в темноту. Потом оборачивается, качая головой.
— Ничего.
Бригид облегченно вздыхает. В большом холле жарко.
— Мы не выйдем из этой комнаты до полуночи, — шепотом говорит миссис Найтуинг. — Просто на всякий случай. А потом…
Она умолкает, нахмурившись.
— Что такое? — спрашивает Фелисити.
Миссис Найтуинг пристально смотрит на колонну в центре холла.
— Она… она шевелится…
Сердце у меня колотится. Я инстинктивно отшатываюсь. Шипение ламп становится громче. Пламя трепещет в стеклянных клетках, как будто даже огню стало страшно. Мы прислушиваемся, ловим хоть какой-нибудь звук, который их выдаст. Я слышу наше прерывистое дыхание. В оконные стекла скребутся ветки. Шипят лампы. Вместе они создают странную симфонию ужаса.
Прямо у нас на глазах существа на колонне начинают распрямляться, выбираясь из каменных оболочек.
Глаза Бригид округляются в бесконечном ужасе.
— Милостивый Иисус…
Первой высвобождается нимфа. Она падает на пол со звучным шлепком, как насекомое, вырвавшееся из куколки. Но она гораздо быстрее вырастает до окончательных размеров.
— Привет, милашки, — шипит она. — Пришло время принести жертву.
Другие существа тоже понемногу выбираются из колонны — там торчит чей-то кулак, тут — чье-то копыто… Они все бормочут тихо, леденящими голосами:
— Пришло время принести жертву, жертву, жертву…
Комнату заливает яркий свет, настолько яркий, что глазам становится больно. В стеклянных колпаках ламп пламя разгорается до невероятных размеров. Языки огня нажимают на стекло, лижут его… и вот лампы с ревом взрываются, осыпая нас дождем осколков. Девочки просыпаются и визжат. Открытый огонь злобно дрожит на стенах, превращая все вокруг в подобие спектакля магического фонаря. Но то, что я вижу, то, что высвобождается из колонны, — не иллюзия. Существа больше не заперты в мраморе. Они обретают истинные формы, они шипят и смеются…
— Наша жертва…
— Миссис Найтуинг! — визжат две маленькие девочки, когда их пытается схватить какой-то сатир.
— Бегите ко мне! — кричит в общем шуме миссис Найтуинг, и девочки бросаются к ней.
— Черт побери! — с трепетом восклицает Фоулсон, когда чудовищная крылатая тварь проносится под потолком холла.
— Хьюго! Дети! — рявкает мисс Мак-Клити.
Фоулсон хватает двух ближайших к нему девочек и толкает их к массивной двери холла, подальше от колонны. Картик вцепляется в мою руку и дергает как раз в тот момент, когда нимфа пытается меня схватить. Я беру каминную кочергу и размахиваю ею, как мечом, чтобы отогнать нимфу. Бригид громко молится, перебирая четки, и одновременно подталкивает младших девочек в относительно безопасный коридор.
— Джемма! Сюда!
Фелисити и Энн зовут меня из коридора.
Но нам с Картиком нужно пересечь все пространство большого холла. Картик держит наготове нож, я вооружена кочергой.
— Джемма, справа! — кричит Картик.
Я шарахаюсь влево, но крылатая тварь зацепилась когтями за мои волосы.
— А-ай! — визжу я.
Быстро обернувшись, я тычу в тварь кочергой. Она, получив хороший удар, отлетает, и Картик тащит меня к двери, и мы захлопываем ее за собой, навалившись с другой стороны всем весом. Энн берет из стойки зонтик и просовывает его в ручку двери. Я добавляю к зонту кочергу.
— Я… я же говорил… что ты права, — выдыхает Картик.
— Святая Мария, матерь божья, — бормочет Бригид.
Несколько младших девочек прижимаются к ее юбке. Они плачут, поскуливают, твердят, что им не нравится эта игра.
— Ну, ну, маленькие, — повторяет Бригид, пытаясь немного их успокоить, хотя это и невозможно.
Сесили, Марта и Элизабет сбились в кучку, их визг сливается с протяжным воем.
— Джемма! Да пусти ты в ход магию! — умоляет Фелисити. — Сделай так, чтобы мы их разгромили!
— Нет! — громко кричит мать Елена. — Она не должна этого делать! Магии сейчас нельзя доверять! Во тьме нет равновесия! Нет равновесия…
Она укалывает свой палец и налагает печать на дверь холла.
— Это их не задержит надолго, но все-таки даст нам какое-то время.
— И что теперь делать? — спрашивает Энн.
Ей отвечает Картик:
— Держаться вместе, тогда сможем выжить.
В коридоре темно. Все лампы погашены. Миссис Найтуинг и мисс Мак-Клити зажигают два фонаря. Они бросают длинные тени, и те танцуют на стенах, словно демоны.
— Церковь. Там мы должны быть в безопасности, — говорит миссис Найтуинг, неуверенно посматривая на входную дверь.
Я никогда не видела ее такой испуганной.
— Мы не должны выходить, — возражает Картик. — Им как раз это и нужно. Они могут ждать нас там.
Девочки дрожат, хнычут, жмутся друг к другу.
— Что вообще происходит? — сквозь слезы спрашивает Сесили.
Миссис Найтуинг отвечает таким тоном, словно говорит о том, что мы должны надеть пальто или без капризов есть турнепс:
— Это часть нашей игры в эльфов.
— Но я не хочу больше в это играть! — вскрикивает Элизабет.
— Ну-ка, ну! Вы должны быть храбрыми девушками. Это всего лишь игра, и тот, кто проявит больше храбрости, получит приз.
Миссис Найтуинг — не слишком хорошая лгунья, но иной раз неудачная ложь куда лучше, чем вообще никакого объяснения. Испуганным ученицам хочется верить ей. Я это вижу по тому, как они кивают.
Твари в большом холле начинают ломиться в дверь, и ученицы снова принимаются визжать. В дерево впиваются острые зубы; они быстро работают, выгрызая дыру.
— Мы не может оставаться здесь, рядом с этими существами, — говорю я Картику и директрисе.
— Бежим к церкви, девушки! — говорит мисс Мак-Клити и шагает к выходу.
— Стойте! — кричит Картик, но это бесполезно.
Из большого холла доносится громкий треск, и девочки бросаются следом за мисс Мак-Клити. Они хватают за руки Бригид и Фоулсона. И длинной дрожащей цепочкой спешат за мисс Мак-Клити, словно она — гаммельнский крысолов, и нам с подругами ничего не остается, как идти вместе со всеми.
Я сотни раз проходила через лужайку позади школы Спенс и через лес, но никогда они не казались такими страшными, как теперь, когда путь освещают один-единственный фонарь в руке миссис Найтуинг да наша весьма сомнительная храбрость. Воздух так неподвижен, что нечем дышать. Мне хочется, чтобы здесь оказалась матушка. Мне хочется, чтобы Евгения остановила все это двадцать пять лет назад. Мне хочется, чтобы ничего этого не происходило. Мне хочется, чтобы магия не сваливалась на меня, потому что я не та, кто может управиться с ней.