Страница 23 из 62
Пол откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.
— Ну да, но я думаю, что он обученный убийца.
— Может быть, когда-то он и воевал с обыкновенными. Но Розмари — магическое создание. Как он мог сделать это?
Пол пожал плечами.
— Я не знаю. Но кто-то же это сделал. Веление или нет.
— Верно. — Я взглянула на колонку подозреваемых, читая имена в столбце по крайней мере в сотый раз. Снова посмотрела на Пола. — Так полицейские нашли что-нибудь на него?
— Пока нет. Они обыскали его дом и кабинет, но вернулись ни с чем.
Я вертела ручку в руках, мои мозги кипели.
— Эй, ты случайно не знаешь что-нибудь о заклинании Хранителя?
— Что это?
Ну, стоило попробовать.
— Неважно.
Я написала «Калпеппер» в столбце имя, под буквой Ф, а затем поставила галочку под возможностью. Я положила ручку, чувствуя трепет волнения и возбуждение от того, что я так далеко продвинулась. В конце концов, может быть, у меня дар к детективному делу.
С другой стороны, может, и нет.
9. Наблюдение полицией
Следить за кем-то в реальной жизни было сложнее, чем это показано в телешоу и в фильмах. Вместе с уроками, домашними заданиями и постоянным сонным кормлением по режиму я могла следить за мистером Калпеппером только короткими прорывами. В понедельник я увидела его около некоторых ремонтных работ в кампусе и последовала за ним, надеясь поймать, когда он будет делать что-то подозрительное. Только о том, что он будет делать, я не знала, но надеялась, что инстинктивно пойму это, когда увижу. На следующий день я зашла в его кабинет в подержанном гараже и увидела его, сидящим за столом и пишущим что-то в дневнике с кожаным переплетом, который он нес накануне. В среду я вообще его не нашла. В четверг он снова сидел в своем офисе и что-то писал.
Дневник заинтересовал меня. Зачем его везде носить? Это не могло помочь ему в исправлении протекающего крана. Но если Калпеппер имел тайную любовную связь со студенткой, он тоже мог бы записывать все в дневник. К тому же его звали Фауст.
Узнать это было не трудно. Школьный каталог перечислял имена и фамилии всех преподавателей и сотрудников, и я развлекалась почти двадцать минут, смотря на имена моих учителей. Некоторые из них были довольно забавными, такие как Вильгемина Нортон, Игнатий Фриц и даже Артуро Анкил.
Я знала, что мне нужно увидеть, что он пишет в том дневнике, но я и понятия не имела, как это сделать. К вечеру четверга я пришла к выводу, что мне нужно провести целый день, следя за ним. Мне очень захотелось прогулять уроки в пятницу, но Селена отговорила меня от этого.
— Не стоит рисковать, — сказала она, когда я упомянула это за обедом.
— Ты не знаешь этого. Если онубийца, то это полностью того стоит.
Селена покачала головой.
— Во снах Элая ведь не было никаких признаков Калпеппера, верно?
— Ну, нет. Просто еще больше футбола, подлёдная рыбалка и Катарина. — Я скривилась.
— Тогда определенно не стоит. Я хочу найти тебе парня. И себе тоже, но эти сны твой лучший шанс. И в любом случае менее рискованно.
— Какой риск? В худшем случае — меня поймают при вынужденной посадке на воде и в конечном итоге заключение.
— Я не знаю, Дасти. — Селена содрогнулась. — От Калпеппера у меня мурашки по коже. Люди говорят, что он сумасшедший. Что, если он навредит тебе?
— Как? Он магическое создание. Я магическое создание. Дважды никогда не ответит.
— Расскажи это Розмари.
Ой. Может быть, я должна тратить больше времени, чтобы выяснить, какона была убита и почему.
Я позволяю теме разговора свернуть, увидев, как Ланс поднял бумажку в мою сторону с другой стороны комнаты. Письменными буквами там было написано «Дасти — 1, Ланс — 2».Я вздохнула, ловя предупреждение. Целую неделю он не мстил мне, и я наполовину надеялась, что он так все и оставит. Но, видимо, он разрабатывал другие шалости.
— Лучше следи за своей спиной.
Селена, очевидно, пришла к такому же выводу.
Я взглянула на нее, пораженная ее темным тоном.
— Ты же не думаешь, что он сделал бы все очень плохо?
Она сделала глоток из бокала с водой, раздумывая над вопросом.
— Зависит от твоего определения плохо. Я имею в виду, он не будет делать ничего, чтобы тебе было больно физически. В нем слишком много трусости. Но он не особо обеспокоен насчет эмоционального вреда.
— Думаю, ты бы знала? — спросила я, делая из утверждения вопрос. Селена, может, и моя лучшая подруга, но она одна из самых скрытных людей, которых я знаю. Она бы больше говорила о моих проблемах, чем о своих. Я бы никогда не узнала реальную причину, почему она пренебрегла компанией, хотя я бы предположила, что у нее много общего с Лансом.
— Да, — сказала Селена, и меня удивило это признание. Я надавила на нее, но она отказалась рассказывать подробности.
Тем не менее, я взяла на заметку ее совет и была аккуратна остаток ночи и на следующее утро. Но Ланс не наносил удар до урока псионики. Расстроенная вопросом мистера Анкила, собираюсь ли я практиковать рывок-и-хлопок, я не проверила свой стул, прежде чем сесть. Громкий звук пердежа вырвался из-под моей задницы, а появившийся затем запах был настолько реалистичным, как будто я сделала это на самом деле. Я вскочила, покраснев. Я посмотрела на свое место и с ужасом увидела, как подушка-пердушка, заколдованная чарами невидимости, начала появляться.
От унижения я не могла ничего сказать и почувствовала, как несколько человек засмеялись и еще парочка хихикнули. Я заметила, что Элаю все же было не до смеха. Он встал и подошел ко мне. Он взял подушку-пердушку и выбросил ее в мусорное ведро, не прилагая усилий.
— Ты в порядке? — спросил он, потирая мое плечо. Его рука была невероятно теплой через мою рубашку. Я вздрогнула, потому что ощущение было гораздо более приятным, чем должно быть, учитывая то, как он был огорчен.
Слабо пожав плечами, я сбросила его руку.
— Я в порядке.
Позже, из-за затяжного унижения и перспективы снова увидеть триумфальное выражение лица Ланса, меня потянуло прогулять урок в тренажерном классе и последить за мистером Калпеппером. По крайней мере, так я сказала себе.
Я увидела Калпеппера, прогуливающимся около общего стола, подозрительно оглядывающимся. Он обычно ходил, немного прихрамывая, как если бы у него была старая травма, но сегодня он двигался быстро, глядя через плечо, словно ожидая какого-нибудь нападения на него.
Я продолжала держать между нами дистанцию, идя за ним и прячась за деревьями и зданиями. Через некоторое время он повернул направо и спустился к залу Юпитера, и моя уверенность, что он что-то задумал, увеличилась. Если бы он шел к подержанному гаражу, то повернул бы налево у зала Юпитера. Но дома преподавателей и сотрудников были на этой стороне — так что, возможно, он шел домой.
Калпеппер не шел к преподавательскому корпусу, но повернул налево у озерной статуи по имени Леди. Через пару поворотов мы пришли к одному из боковых входов на Колвэллское кладбище. Я спряталась за здание и высунула голову, чтобы наблюдать за ним. Я задумалась, возможно, что это было психопатическим поведением. Может быть, он вернулся на место преступления, чтобы позлорадствовать. У него не было никакой причины быть здесь. Не было ни одной механической вещи здесь, которую нужно починить. Электричество было запрещено здесь из-за анимации — никто не хотел кучу трупов и скелетов, слоняющихся по саду.
Я последовала за ним, легко прячась за деревья, статуи и мавзолеи. Я понятия не имела, насколько большой была площадь Колвэлла, но Калпеппер шел так долго, что я начала думать об этом месте как о Йеллоустоунском парке. Мы были далеко от главной дороги, но Калпеппер шел уверенно, и мне пришло в голову, что он часто ходил сюда.
Наконец, он замедлился, и я нырнула за надгробие, пригнувшись и внимательно высматривая по сторонам. Я могла видеть Калпеппера на расстоянии, стоящим перед дверью небольшого и древнего на вид мавзолея. Какое бы имя не было выгравировано над дверным проемом, оно уже давно исчезло. Края здания были отколоты и рушились в некоторых местах. Я бы не удивилась, если бы здесь водились привидения, но Селена заверяла меня снова и снова, что призраки редко встречаются. Это было хорошо, потому что реальные призраки должны быть намного страшнее и опаснее, чем в реалити-шоу.