Страница 65 из 70
Игорь, может быть, уже и женился бы, но не может выбрать. Тут такая фишка. Природа, ущемляя организм в чем то, компенсирует в другом. Сколько красавиц прошло через общество инвалидов, со временем становясь полноценными индивидами, а последнее время Игорька потянуло на экзотику. Это я по контингенту новых членов общества женского пола смотрю. Или это мой пример подействовал?
Игорь, ипостась законченного магната. С соучредителя нищенского общества инвалидов провинциального городка стать ключевой фигурой. Что во взаимоотношениях среди сильных мира сего, что в контроле и перенаправлении денежных потоков. Повезло мне с ним. Это я из-за его спины, как из-за шторы проводил все свои начинания порядка пятнадцати лет. Это на нем висели все неприятности и хлопоты. Теперь общество инвалидов "Клуб Киборгов", узнаваемый бренд и большая сила. Самих "киборгов" достаточно по всей стране. Их отличает чувство семьи. Познав отношение к себе окружающих, они стоят друг за друга стеной. Получив здоровье, наши ценности и напутствие в жизни, они разбрелись по всем нашим предприятиям и не только. Не поддерживать между собой связь у них считается моветоном. Но как таковой организации, подконтрольной органам нет. Считать себя "киборгом" или нет, - каждый решает для себя сам. Они не берутся переворачивать мир, но за своих единомышленников и их начинания, - стоят горой.
У меня родился сын. Ему четыре года. Это прелестный белокурый мальчик из поколения кнопочных детей. У него свой телефон, свой компьютер и уже свое общество общения. Мое право надзирать и запрещать никто не отменял, но делаю я это наскоками, надеясь на правильно сформированную малолетнюю личность. Личность же растет с активным самовыражением А я в погоне за реализацией собственного багажа знаний мотаюсь от объекта к объекту. Вчера УЗИ показало мордашку и пипиську еще одного пацана в животе Насти, хочу быть просто счастливым отцом. Все начатое будет развиваться в собственном ритме, торопить его бессмысленно. Не взирая на противодействие людей, считающих меня элементом не нужным в больших делах, понятие того, что если перетягивать одеяло в любую сторону попросту порушит всю систему у них вроде есть. Премьер собирается со временем меняться местами с будущим премьером, а это гарантия, что ничего из начатого не остановится. Угроза же публичности велика, жизнь может превратиться в каторгу для меня и близких. Нахожусь в поиске преемника, это не озвучиваю, но надежду имею.
Петер Стоун и другие
Бизнес-план как бизнес-план, не лучше и не худшее других. Его особенность в реализации на другой планете и в другой реалии. А так все привычно. В номенклатуре представлен заказ на комплектующие чего-то и пожелания к материалу изготовления. Отдельно выставлена заявка на эрзац аккумуляторы.
Все продумано. Петер собрал в заветном месте цеха для производства с расчетом их последующей разборки и перевозом по назначению. В эту часть проекта я не вникал. Наниматели представляли под проект лично закрепленный под нас модуль. Больше от них помощи получить не удавалось. Все их агрегаты таяли во временном потоке даже нашей реальности. А вот, производимые из травы продукты в их реалии вели себя хорошо. Да, удача. Это и есть основной рояль в кустах в этом повествовании.
В этот раз я лечу с Петером. Даже с бонусом. Резидентом на Планете числюсь я, вот я и начальник. Мне даже лычку стаф-сержанта дали, с учетом моей деятельности и по сроку службы. Якобы у меня дембеля и не было. Петер согласился на роль помощника и стажера. В его опыте таких приключений не наблюдалось. Как-то ненавязчиво спросил его о количестве резидентов на Земле, они ж должны между собой общаться. В его твердом переводе разговора в иную плоскость, эмоционально отловил количество индивидуумов агентурной направленности между семью и десятью особями. В Совецкой России последний агент потерялся в районе 1937 года. Больше сюда агентов не направляли, хватало местных изменников.
Модуль подогнали в два раза больше прежнего. Реактор на порядок мощнее, анабиозная камера, я объявил, что без нее не полечу. Поставили две. Стандартные помещения на двух служащих, все комфортно. Мастерские, боты и управляемые агрегаты для рутины и малой механизации, все по штату. Остальное, это сплошной грузовой отсек.
На повестке дня стояла плотным строем масса вопросов. Для пластмасс необходимо было стекло и металлические опилки. Для первого раза все это взяли с собой, как пластики с такой начинкой себя поведут на различных темпоральных уровнях, не знал никто. Приборы и станки с Земли в данной реальности тоже вынесены за 2000 лет, время их износа тоже не определено. По старому опыту, с пугающей неотвратимостью, срок износа начинался через год, все истиралось и ломалось. Сам модуль и его начинка состояли из сплавов выдерживающих темпоральную коррозию с гарантией лет на пять. Стоил модуль, деньгами не опишешь, а нам надо было декларировать рентабельность. Чувствуется, что пока все здесь запустим, летать сюда не перелетать.
Начали. Все выгружать не собирались. Петер строит цех по производству других цехов, а я восстанавливаю контакты с местными. Хожу по пляжу, мысль одна. В руководство проекта у моих нанимателей пришла партия умеренных. Оголтелые карьеристы, достигшие больших успехов при моем участии в первую экспедицию, вместе с лоббистами иной направленности, ломавшие успехи следующих экспедиций, выведены на чистую воду и отлучены от кормушки. За мой вклад восторжествовавшей справедливости в виде расследования и своевременного рапорта, меня даже наградили их вариантом брежневской медали "За освоение целины". Естественно в виде голограммы.
То, что у руля умеренные, для меня главное в их умеренности, это отсутствие оголтелого снобизма и мании величия. Уже только это позволяет строить планы, рассчитанные на понятия нанимателей. Завод то строить и обслуживать необходимо с участием местных аборигенов. Только в таком случае себестоимость может быть копеечной. Во всех остальных случаях цена вопроса средств не оправдает. Наши же бонусы определялись возможностью удешевления добычи и производства. Из всего этого вывод был в сохранении экологии, отработке всей цепочки и учет интересов всех участников процесса. Это к тому, что плантацию травы на Планете тоже надо кормить. Чем, - непонятно, поскольку аборигены органику тоже утилизируют полностью. Навалить дичи миллионом тушек на поверхность травы не выход. Во-первых это будет выглядеть кощунством со стороны аборигенов, во-вторых, популяцию тоже придется восполнять искусственно. А проплешины травы за время моей вандальной вырубки практически не восстановились. А это гектары, а нам надо еще гектары. Будем думать. Попросил Петера выяснить степень рентабельности моих командировок. Ну вот, зашевелилась телепатия, местный колхоз на связи. Времени между предпоследней командировкой на Планете прошло мало, всего-то четыре года. Этот раз, хоть и без душевной теплоты первого моего посещения этой реальности, встретили по-товарищески. Гонцы засвидетельствовали почтение и оговорили порядок посещения аксакала, мой замполит выбился в люди. Все сегодня что-то про Брежнева пробило.
На совещании решили все сложные вопросы делить на кучу мелких. Уже понятно было, что за один раз всего не решить. Ходячие черепашки, оставленные мной с прежней встречи, исправно продолжают служить блесной, гарпуны в наличии, шокеры и пушки исправны, арбалеты в рабочем состоянии, стрел хватает. Вроде на бартер аборигенам ничего не нужно, но в свете постоянно работающего завода нужны средства обмена. Навскидку всплывает золото и жемчуг, но золото эквивалентом труда аборигены не приемлют, а жемчуг нужен нам, это товар а не средство оплаты. Зависли. Нам предложить нечего.
Вечером в каюте поздним ужином мы молчали. Минорное настроение фонило от Петера до тошноты. Перспективы, понятно, призрачные, но не все так плохо.