Страница 56 из 69
И ушел.
Нахмурившись, Кейси откинулась на подушки. Она чувствовала запах Терона так ясно, словно воин лежал рядом. Аромат тмина в спальне был не таким явным, но все же витал в воздухе.
Она закрыла глаза и попыталась понять, что происходит. Почему Терон ей лжет?
От вариантов у Кейси пошла кругом голова, но сон сморил ее до того, как она успела хорошенько все обдумать.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ
– Идиоты! – раздраженно завопила Аталанта, в ярости шарахнув кулаками по алтарю в своем храме. Крепкий камень с оглушительным треском раскололся надвое, и обе части рухнули к ногам богини.
Двумя ступеньками ниже только что уничтоженного алтаря архидемон Деймус покорно склонил голову. Трое демонов, стоящих в нескольких метрах позади вожака, последовали его примеру.
«Кретины. Все до единого. Изгадили мне все планы!»
Аталанта резко обогнула руины; кроваво-красный подол платья взметнулся вслед разгневанной богине.
– Вы не убили ее, не уничтожили полукровок! Ты бесполезен, Деймус!
Тот не поднял головы и не попытался увернуться, даже когда Аталанта выдернула меч из его ножен и пронзила грудь архидемона одним сильным ударом.
Деймус медленно поднял голову. Его зеленые глаза закатились так, что стали видны одни белки. Шок на лице архидемона лишь подлил масла в огонь, и Аталанта провернула клинок, стараясь причинить незадачливому подручному как можно больше боли.
Архидемон ахнул и рухнул на колени, истекая кровью. Аталанта уперлась ногой ему в грудь, выдернула клинок и, резко взмахнув мечом, обезглавила демона. Отсеченная голова с тошнотворным стуком покатилась по каменным ступеням. Стиснув зубы, Атланта пинком послала вслед ей и тело.
Трое других демонов в ужасе уставились на богиню.
– Танатос, – рявкнула бессмертная. – Иди сюда.
Демон, стоявший посредине, осторожно поднял взгляд и будто застыл на пару секунд в нерешительности, но затем послушно шагнул туда, где только что находился Деймус.
Аталанте понравилось, что Танатос не задрожал, хотя, должно быть, испугался до жути.
– Присягни мне здесь и сейчас.
Демон опустился на колено и склонил голову.
– Клянусь служить богине до самой смерти.
Как ни странно его клятва успокоила Аталанту, которая расправила плечи и выпрямила спину.
– Кто твоя госпожа?
– Вы, моя царица.
– И какая у тебя цель?
– Уничтожить Арголею со всеми ее жителями.
Аталанта глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Из-за глупости Деймуса она упустила полукровку. Правда это еще не конец. Аталанта знала о проклятии Геры. Хотелось верить, что аргонавт не свяжет свою судьбу с Избранной. Вдобавок оставались и другие способы отомстить.
Она вытащила меч Танатоса из ножен и плашмя приложила его к макушке демона.
– Ты, Танатос, демон смерти, назначаешься главнокомандующим моей армии. – Электрический разряд прошел из ее руки через меч в Танатоса, когда дополнительная сила архидемона влилась в тело нового командира.
– Не разочаруй меня, ибо мое терпение висит на волоске.
Аталанта подняла меч и протянула его архидемону.
– Теперь вставай. Иди, сражайся, убивай. Я хочу крови.
– Да, моя царица.
Танатос поклонился, развернулся и, не глядя, перешагнул через Деймуса.
Оставшись одна, Аталанта глубоко вздохнула, затем посмотрела на почерневшую колонну в правой части храма.
– Подойди, Максимус.
Ответом ей было лишь молчание, но Аталанта слышала его дыхание.
И его страх. Этот страх питал ее, как всегда.
Из тени медленно появилась пара ног, и из-за большой колонны выступил ребенок с круглыми как блюдца глазами и искаженным страхом лицом.
Потрясающее сходство мальчика с отцом всегда поражало Аталанту. Блондин с точеными чертами лица. А какая сила! Очень высокий для десятилетнего, уже сейчас было ясно, что однажды Максимус станет исключительным воином. Ее воином. Именно богиня тренировала его, формировала и воспитывала.
– Ближе.
Максимус осторожно подошел к бессмертной, стараясь смотреть только на нее и не обращать внимания на изуродованные останки Деймоса. Когда подопечный оказался достаточно близко, бессмертная схватила его за руку и коснулась меток, начинавшихся на предплечье мальчика и обвивших его пальцы. Аталанта потащила Максимуса вниз по каменным ступеням, остановившись у тела Деймоса, и прижала ребенка спиной к себе, надежно удерживая за плечи.
Почувствовав, как дрожит его тело, бессмертная улыбнулась, наклонилась и прошептала подопечному на ухо:
– Присмотрись, иос, и скажи, что ты видишь.
– Я-я вижу… н-некомпетентность.
Максимус уже и так много знал, но всегда есть, чему поучиться.
– Некомпетентность – а дальше?
– Некомпетентность… – он сглотнул, – materas.
«Матушка». Аталанта улыбнулась шире.
– А какой бы ты назвал свою мать в первую очередь, Максимус?
Он заколебался. Аталанта почувствовала это, сознавая, что внутри сына разворачивается жаркая и жесткая борьба между добром и злом. Она выбьет из него эту дурь, чтобы сын стал предан ей душой и телом.
– М-милосердной.
Улыбка Аталанты пропала; богиня обхватила Максимуса руками и с такой силой притянула сына к себе, что тому стало трудно дышать, но она все продолжала сдавливать его грудь подобно удаву, показывая свою власть, от которой ему никогда и никуда не деться.
– Да, иос, твоя мать милосердна, – прорычала Аталанта на ухо Максимусу. – Невероятно милосердна – и только я могу тебя спасти. Ты знаешь, что это правда. И лучше запомни это навсегда.
Она держала сына, не ослабляя хватки, чтобы до него дошла суть ее слов, держала, пока Максимус не напрягся всем телом, едва сдерживаясь, только бы не взмолиться о глотке воздуха.
Сын понимал, что вырываться бесполезно. Знал, что если воспротивится, то окажется в гораздо худшем положении, чем сейчас.
Когда Аталанта наконец отпустила Максимуса, он судорожно втянул в себя воздух и рухнул на четвереньки, прямо на обезглавленное тело Деймуса. Кровь запачкала кожу и одежду мальчика, он быстро поднялся, пошатнулся и споткнулся о чудовище. Но, повернувшись к своей мучительнице, Максимус постарался отдышаться, и, посмотрев в его серебристые глаза, полубогиня увидела не страх, а решимость.
Решимость и ненависть, взращенные ее рукой.
Аталанту охватила гордость. О, да. Пора ему уже занять свое законное место рядом с ней и узнать всю силу ее способностей. Особенно теперь, когда сын, возможно, станет ключевой фигурой в ее плане.
– Завтра ты присоединишься к Фобусу в тренировочном круге.
Лицо Максимуса осталось бесстрастным, словно ему и не сообщили, что через несколько часов он будет сражаться не на жизнь, а на смерть с демонами, такими же, как обезглавленная тварь у его ног.
Никаких… эмоций. Гордость Аталанты стала еще сильнее. Мальчишка уже и так лишен человечности аргонавтов, которая однажды станет их погибелью. А со временем сын окончательно превратится в подобие своей матери.
– Оставь меня.
Максимус ушел без единого слова. Расправив плечи, высоко подняв голову, с прямой спиной и уверенностью мужчины, принадлежащего касте хранителей. Аталанта проследила за сыном, пока он не скрылся из глаз за окружавшей храм стеной, потом отвернулась и поднялась по лестнице к алтарю. И снова посмотрела на реку Стикс, которая в последнее время стала ее единственной отрадой.
– С ним жутко непросто, Мелеагр, но однажды он станет тем сыном, который должен был у нас родиться, – вздыхая, произнесла Аталанта.
Тишина. Она и не ожидала ответа. Мелеагр никогда не отвечал.
Полубогиня потерла холодные руки. Поежилась.
Вспомнила события этого дня.
Еще ничего не кончено. Она – величайшая героиня, когда-либо ходившая по земле. Ее отец и Мелеагр это понимали. Последний даже расстался с жизнью из-за этого знания. Остальные тоже скоро поймут свою ошибку.