Страница 6 из 12
Компания получилась большая. Дальше помню отрывками. Пиво закончилось, но в цеху заначек оказалось приличное количество, потом электрики пришли с канистрой спирта. Стали доказывать, что они ни в чем не виноваты и это все происки ЦРУ. Поверили, простили, выпили еще. Потом собрались на корпоратив выезжать, на базу заводскую. На Черном море. А оказались здесь! И главное, дорогу никто не помнит!
— Макс, никакой это не корпоратив. Не бывает таких корпоративов. Я сюда вообще из дома попал. Воду пить будешь?
— Спаситель! Давай сюда!
Макс одним махом вылакал полполтарашки и заметно подобрел. Присев на бревно, он продолжил свой рассказ:
— Оказались мы всей компанией на этой полянке дурацкой. И сразу солнце высоко на небе оказалось, словно утра и не было вовсе. Народ вокруг ходит, рядом начальство дрыхнет… Мы, от греха подальше, сразу в лес ушли — благо спирта в канистре было еще прилично. Ну и посидели хорошо — ты посмотри, природа какая вокруг, а воздух! Как хрусталь, чистый!
— Здесь-то как оказался?
— Мы с конструкторами решили пойти на поляну с девчонками из бухгалтерии знакомиться поближе. Ты видел, какие у главной бухгалтерши сиськи?! Грандиозные!
— Макс, не грузи, здесь ты как оказался?
— Блин, ты слушай и не перебивай. Наши работяги и конструктора — люди с большим жизненным опытом. Им спирт разбавленный что мне «Балтика», вот и пошли они в разведку — узнавать, куда нас привезли и что вообще происходит. И приключений найти на свою задницу, это само собой. А мне что-то плохо стало. Переживания, акклиматизация, непривычно чистый воздух, ну ты сам понимаешь… Короче, отошел я подальше, чтоб не позориться перед коллективом, и прочистил желудок. Сразу пить захотелось. В смысле — воды. Нашел ручеек сухой, пошел вниз. Да по дороге заснул… Ветал, дай еще воды хлебнуть.
— Держи, страдалец.
Виталик протянул товарищу по несчастью полторашку с остатками воды, через несколько мгновений бутылка окончательно опустела.
— Сейчас немного посидим, и надо к народу выходить. Узнавать, что за корпоратив такой дурацкий, — сказал Виталик и принялся осматривать окрестности.
— А может, на самом деле ЦРУ? Электрики вчера целую теорию вывели, по-моему, вполне жизнеспособную…
— Иди ты на хрен со своим ЦРУ.
Идти до поляны было всего ничего. Но лучше от этого не становилось — чем ближе к ней подходили, тем отчетливей чувствовался запах гари, дыма и чего-то жженого. Вот уже стал виден дымок, как раз на месте поляны.
— Ветал, это что за фигня?
Ветал с Максом издали рассматривали место, где они еще совсем недавно нежились на солнышке. На самой поляне и на сто метров вокруг нее по периметру находиться было совершенно невозможно: оплавленные камни, песок и пепел — все, что тут осталось. Площадка была раскалена и источала адский жар. Горело больше по краям, где еще было чему гореть.
— Это бред.
— Может, покричим?
— Кому?
— Может, бензин взорвался? Или напалм какой-то придурок с собой притащил?
— Макс, ты сам веришь в это? И запах, кстати, должен быть специфическим. И еще напалм камни не плавит.
— Может, кто-то с собой бомбу приволок?
— Воронки нет. Растения вокруг от ударной волны не пострадали. А должны были! Не было никакой ударной волны, и бомбы тоже не было. Хрень какая-то здесь происходит!
Ветал с Максом постояли еще, понемногу пытаясь прийти в себя.
— Макс, все это очень стрёмно. Я так понимаю, наших можно уже не искать, упокой господь их души… Давай валить отсюда. Нехорошее предчувствие у меня.
— М-да-а…
По дороге назад Виталик вкратце рассказал свою историю. Главная дискуссия вышла по содержимому рюкзака. Творившегося вокруг безумия и дальнейшей их судьбы старались не касаться. Каждый обдумывал это про себя.
— Как так можно? Воды взял целых две полторашки, а спирта какую-то несчастную литрушку!
— Для тебя и этого выше крыше будет. Лучше бы сам что-нибудь приволок с собой на «корпоратив».
— Да у меня в рюкзаке целый «балахон»! И флеха на тридцать два гига! Знал бы я, что такая подстава выйдет… А насчет трупов не переживай. Я у одного такого «трупа» сигарету хотел стрельнуть, так чуть в челюсть не схлопотал.
— Тебе с похмелья показалось просто.
— Оно, конечно, хорошо бы. Только вот труп от живого человека я пока еще могу отличить. Симптомы, знаешь ли, различаются.
Парочка бедолаг снова погрузились в свои грустные мысли.
— Слушай, Ветал, а вдруг наши сейчас в окрестных лесах отлеживаются? Полчаса побродить, людей собрать. Может, кто-то видел что-то?
— По окрестным лесам можно бродить долгими днями, неделями, но так никого и не найти. Тут нужна рота солдат, и прочесывать лес по секторам и с картой — чтоб наверняка. Просто так найти здесь можно только неприятности. Моя задница подсказывает точно: уходить отсюда нужно, и как можно скорее!
— Чувак, не дело это — своих бросать. Ведь наверняка есть кто-то в округе!
— Успокойся, никто никого не бросает. Идем по руслу ручья, выходим на речку. Там ищем место видное, ставим какой-нибудь знак и ждем. Если кто-то остался здесь, он по-любому пойдет вниз по ручью. А там натолкнется на нас с тобой. Это намного реальнее, чем здешние леса прочесывать.
— Вот же сволочь! — вдруг закричал Макс.
Ветал не понял, к чему это, пока не увидел на месте закладки рюкзака небольшого лысого и обрюзгшего человека в красной рясе. Занимался человек тем, что пытался открыть рюкзак, но в хитросплетениях его завязок, лямок и ремней почему-то до сих пор не разобрался, и ничего у него не получалось.
— Идиот, ты что делаешь? — возмутился Виталик.
Макс сработал более оперативно, треснув так и не понявшего ничего человека поленом по голове. Подходящих бревен вокруг хватало.
Когда тот потерял сознание, его перевернули на спину и стали рассматривать. Ряса, сандалии из кожи. Натуральная кожа! Жирок распределен неравномерно — на пузе слишком уж выпирает. Волосы цвета неизвестного — потому как брит наголо. Нос крючком. Кожа бледная и совсем незагорелая. Несколько больших шрамов от ожогов на руках, мелких вообще не счесть. Никаких посторонних предметов или карманов, где вещи спрятаны, не видно. Больше всего заинтересовало состояние рясы: местами сгоревшая, где-то разорванная. Словно рядом с «непонятным» что-то взорвалось. Но на теле повреждений не было видно. Странно.
— Это не наш. Не с завода. У нас таких не держат… Разве что в управлении?
— Точно не наш — я в управлении всех знаю. Да и не ходят у нас в таком прикиде.
При этом Виталик немного неодобрительно посмотрел на Макса. Тот машинально поправил резинку на хвосте волос.
— Чего уставился? Нормальный прикид. Ты на наших работяг лучше посмотри — кто в робе рабочей с ботинками, кто в трико и тапках домашних на босу ногу по цеху ходит. И все в масле. Перед делегациями иностранными стыдно!
— Ладно, ладно. Я сам не без греха, хотя и не полагается вроде как… Этот тип — не наш, по-любому. Рожа незнакомая, еще и ряса какая-то странная. Почему он весь такой помятый?
Вопрос повис в воздухе. Ответа на него не было. Как не было ответов и на многие другие вопросы. Но замаячила призрачная надежда хотя бы от незнакомца узнать наконец, что вообще происходит. Мужика в рясе оттащили в сторонку и занялись приготовлением каши — организм то ли от переживаний, то ли от чего еще очень сильно захотел кушать.
Рисовая каша, заправленная тушенкой, — штука вкусная. Особенно на природе. Но человеку не сильно привычному к такой стряпне она может показаться слишком уж простой и неказистой. К тому же не хватало хлеба, кетчупа, хоть какого-то салата, нормальных тарелок, столовых приборов. И стульев со столом! До Ветала с Максом постепенно начало доходить, что кетчуп с майонезом, как и другие радости цивилизации, они увидят еще не скоро. Если вообще когда-нибудь увидят. До этого момента происходящее казалось им чем-то вроде пикника на природе с неувязками, недоразумениями и скорее даже приключениями, чем с реальными опасностями вокруг.