Страница 48 из 51
Через плечо, я заметила красную повязку, на ком-то показавшемся из-за угла в конце зала. Я дернула пистолет и направила мимо Аспена в фигуру. Не медля и секунды, Аспен толкнул меня в убежище и захлопнул дверь, оставив меня одну в темноте.
Глава 31
Я не знаю, как долго сидела там. Я продолжала прислушиваться к происходящему за дверью, хотя знала, что это бесполезно. Когда Maксон и я были заперты в убежище несколько недель назад, мы не могли услышать ни одного звука внешнего мира. Хотя тогда было так много разрушений.
Я всё еще надеялась. Может быть с Аспеном все будет хорошо и может быть дверь откроется в любую секунду. Он не может быть мертвым. Нет. Аспен был борец; он всегда был борцом. Когда голод и нищета угрожали ему, он перенес это. Когда мир отнял у него отца, он удостоверился, что его семья выживет. Когда Отбор забрал меня, когда проект взял его, он не перестал надеяться. По сравнение со всем этим, пуля была крошечной. Нет, пуля не убьет Аспена Леджера.
Я прижималась ухом к двери, молясь услышать слова, дыхание, но ничего не было. Я сосредоточилась, прислушиваясь к чему-то, что было похожим на затрудненное дыхание Максона, когда он умирал на полу.
Я подняла глаза вверх, моля Бога сохранить ему жизнь, Конечно, каждый во дворце будет искать Максона и его родителей. Им первым окажут помощь.
Они не могут позволить ему умереть, они не могут этого допустить.
Оставалась ли надежда?
Он выглядел таким бледным. Даже последнее пожатие моей руки было слабым.
Будь счастлива.
Он любил меня. Он действительно любил меня. И я любила его. Несмотря ни на что, несмотря на то, что разделяло нас - наши касты, наши ошибки, мир вокруг нас - мы должны были быть вместе.
Я должна быть с ним. Особенно сейчас, когда он, возможно, умирал. Я не должна прятаться.
Я встала и начала искать выключатель. Я стала хлопать, пока не нашла его. Я осмотрела пространство. Оно оказалось меньше, чем там комната, в которой я была. Здесь была раковина, но не было туалета, только ведро в углу. Скамейка была прижата к двери, на полке было несколько пакетов с едой и одеяло для спины. И наконец, холодный и ожидающий, на полу лежал пистолет.
Я даже не знала, сработает ли, но я должна была попробовать. Вытащив скамью на середину комнаты, я опрокинула ее на бок широким сиденьем к двери. Я присела под импровизированной баррикадой, проверяя высоту, и поняла, что прикрытие вышло не особо. Но так нужно было сделать.
Когда я встала, то споткнулась о свое платье. Запыхавшись, я начала искать что-то на полке. Тонкий нож был предназначен для того, чтобы открыть и разделить еду, но он также очень хорошо резал ткань. После того, как я разрезала свое платье и его подол до колена, я взяла несколько кусков ткани и сделала из них пояс, а затем засунула туда нож.
Я вытащила одеяло, ожидая что там будут осколки. Посмотрев еще на комнату, я попыталась подумать, что еще я могу взять с собой и использовать. Но нет. Ничего не было.
Нырнув под скамейку, я прицелилась на замок, пытаясь успокоить дыхание, и выстрелила.
Звук отдавал эхом в крошечном пространстве, напугав меня, хотя я и ожидала этого.
После того, как я была уверена, что пуля не срикошетит по комнате, я поднялась, чтобы проверить дверь. Над замком появилась маленькая воронка, в которой было видно, что стены сделаны из металла. Я расстроилась, что ничего не получилось. Но я знала, что если ударить по замку несколько раз, то возможно я смогу выбрать отсюда.
Я спряталась за скамейку и попробовала еще раз. Выстрел пришелся в дверь, но не в то место. Я была расстроенной, попыталась выровняться, понадеявшись, что это поможет. Все что я смогла сделать, так это только вырезать несколько кусков из двери.
Я продолжала пробовать, пока не услышала щелчек, и я поняла, что патроны закончились. Я бросила ружье и побежала к двери. Я ударила о нее всей силой моего тела.
- Открывайся! - я врезалась в нее снова. - Открывайся!
Я била в дверь кулаками, безрезультатно. - Нет! Нет, нет, нет! Я должна выйти!
Дверь оставалась на месте, молчаливая и суровая, насмехаясь на моим горем, своей неподвижностью.
Я сползла на пол, плача теперь, осознав, что не могу ничего сделать. Аспен, может быть, уже стал безжизненным телом, протянувшим ноги далеко от меня, и Maксон… конечно, сейчас его не стало
Я свернулась клубочком у двери, положив на нее голову.
- Если ты выживешь, - шептала я, - я позволю называть себя “твоя дорогая”. Я не буду жаловаться, я обещаю.
Мне оставалось только ждать.
Я все гадала, хотя у меня не было никакой возможности узнать наверняка. Каждая минула была невыносимой. Я никогда не чувствовала себя настолько бесполезной, и это беспокойство убивало меня.
Казалось спустя вечность, я услышала щелчок замка. Кто-то пришел за мной. Я не знала, был он другом или нет, так что наставила на дверь пистолет без патронов. Пусть хоть выглядит пугающе. Дверь со скрипом отворилась, и свет из окна проник внутрь. Означает ли это,что был все еще тот же день? Или уже следующий? Я удерживала цель, хотя для этого пришлось прищуриться.
- Не стреляйте, Леди Америка, - умолял охранник. - Вы в безопасности.
- Откуда я знаю? Как я могу узнать, что ты не один из них?
Охранник посмотрел в зал, узнав приближающуюся фигуру. Август вышел на свет и внимательно посмотрел на Гавриила. И хотя его костюм был практически разорван, и все же Северная звезда по прежнему висела гордо на еще кровавом лацкане.
Неудивительно, что Северные повстанцы знали так много.
- Все кончено, Америка. Мы сделали их, - подтвердил Август.
Я вздохнула, выплескивая облегчение, и опустила пистолет.
- Где Maксон? Он жив? Что с Крисс? - я спрашивала Гавриила, прежде чем снова сосредоточиться на Августе. - Офицер, который привел меня сюда. Его зовут Леджер, вы видели его? - слова вылетали слишком быстро, чтобы их разобрать.
Я чувствовала себя нелепо, легкомысленно.
- Я думаю, что она в шоке. Отнесите ее в больничное крыло, быстро, - приказал Гавриил, а охранник легко подхватил меня.
- Максон? - спросила я. Но никто не ответил. Или, может быть, я ушла уже к тому времени. Я не помню.
Когда я проснулась, я лежала на койке. Я чувствовала множенство порезов, но когда взяла руку, чтобы осмотреть ее, все они были чистыми, а крупные были перевязаны. Я была в безопасности.
Я села и огляделась вокруг, и поняла, что это был маленький офис. Я видела стол и дипломы на стене, которые принадлежали доктору Ашлар. Я не могла оставаться здесь. Мне нужны ответы.
Когда я открыла дверь, то понял почему меня спрятали. Больничное крыло было забито. Некоторые лежали на кровати, а некоторых положили на пол. Можно было с легкостью сказать, что самые сложные больные лежали в задней части комнаты. Но не смотря на количество людей, здесь было тихо.
Я осмотрелась вокруг, ища знакомые лица. Может это к лучшему, что их здесь не было? Что это значило?
Вторник лежал кровати и я слышала ка Эммика тихо плакала. Я узнала и других служанок, но лишь смутно. Они кивали головами на меня, как будто я это заслужила.
Я почти потеряла надежду, когда толпа начала редеть. Максона здесь не было. Если бы он был здесь, то его окружала бы толпа людей, пытающихся удовлетворить его потребности. Я была помещена в боковую комнату. Может быть он тоже?
Я увидела охранника, лицо его было в шрамах, что стало их причиной мне оставалось лишь догадываться. - Принц где-то здесь? - тихо спросила я.
Торжественно, он покачал головой.
- Ох.
Пулевое ранение и разбитое сердце, казалось совсем две разные раны. Но я чувствовала, что кровоточила так же как и Максон тогда. Никакое количество давления и ниток не исправит этого; ничто не остановит эту боль.
Я не сорвалась на крик, хотя казалось, что нечто подобное происходит внутри. Я просто позволила слезам скатываться. Они ничего не могли смыть, но по-своему они были обещанием.