Страница 3 из 52
«Искусство медицины заключается в том, чтобы развлекать пациента, пока природа занимается лечением болезни»
Я очень люблю и потому часто рассказываю и пересказываю эту историю. Историю, официально подтвержденную Международной медицинской комиссией, состоящей из 25 ученых — врачей различного профиля. Историю спонтанного, т.е. совершенно внезапного и неожиданного исцеления от рака, описанную Р. Уилсоном /38/.
Итак, в весьма уже далеком от нас 1962 году, в военный госпиталь итальянского города Верона поступил некто по имени Витторио Микелли. Причина поступления этого молодого еще человека заключалась в прогрессирующей карциноме — да такой, что вся левая сторона таза выглядела у него словно «съеденной» раком, а левая его нога должна была просто вот-вот отвалиться. Несмотря на все усилия врачей, состояние Микелли непрерывно ухудшалось, и случай этот казался попросту безнадежным.
24 мая 1963 года Витторио выписался из госпиталя и отправился в Лурд (есть во Франции такой святой источник), где совершил омовение в его чудотворной воде. Свои переживания от этого омовения он впоследствии описывал как неожиданно распространившееся по телу ощущение тепла. А дальше начались чудеса. К Микелли вернулся давно исчезнувший аппетит, и он начал с удовольствием есть. Молодой человек почувствовал в себе новую энергию.
Примерно через месяц Витторио вернулся в госпиталь, где ему был сделан повторный рентгеновский снимок. Взглянув не него, врачи не поверили своим глазам. Оказалось, что опухоль значительно уменьшилась. А далее она просто полностью исчезла. Разрушенные тазовые кости начали восстанавливаться. И через некоторое время Витторио Микелли был совершенно здоров...
Не правда ли, весьма впечатляющий случай? Настолько впечатляющий, что хочется тут же бросить все свои дела, собрать или занять денег и немедленно отправиться в Лурд, дабы омывшись святой водичкой, быстро и безболезненно излечиться от всех своих болезней и недугов — наличествующих и намечающихся.
Тем не менее, советую вам не торопиться. Во-первых, потому, что вы можете съездить во Францию напрасно — с 1858 по 1987 годы в Лурде было объявлено шесть тысяч случаев исцеления, но лишь 64 из них были признаны вышеупомянутой весьма дотошной и придирчивой Международной медицинской комиссией, так что ваши шансы действительно исцелиться, не слишком высоки. А во-вторых, если вы захотите, эта книга станет для вас тем, чем стал Лурд для Витторио Микелли — источником самоисцеления.
Может быть, вам покажется странным это мое заявление, но в случае с Микелли и шестьюдесятью тремя его коллегами по внезапному исцелению нет ничего необычного. Так называемые «спонтанные ремиссии и излечения» — неожиданные исчезновения серьезнейших болезней без каких-либо видимых причин «медицинско-биологического» характера — встречаются так часто, что буквально каждый человек может назвать несколько случаев из жизненной практики (если и не своей собственной, то друзей и знакомых). Но вот что действительно любопытно во всех подобных исцелениях, так это то, что в большинстве случаев лекарства, которые принимали эти самые исцеленные, были совершенно разными — от собственной мочи или «голубой» глины до молитвы «Помилуй мя грешного» или мантры «Харе Кришна», и т.д., и т.п. Так что остается предположить единственное: в силу каких-то причин у всех этих больных произошла активизация некоего внутреннего механизма самоисцеления.
А теперь я сделаю еще одно странное заявление: на самом деле количество случаев спонтанных излечений куда больше, чем мы об этом знаем. И более того — почти все случаи действительного выздоровления можно отнести к психосоматическим самоисцелениям. Не верите? Но тогда как можно объяснить тот простой факт, что люди, жившие задолго до нашего высокопросвященного ХХ века, как-то умудрялись излечиваться от весьма серьезных болезней, а не умирали в одночасье. Ведь современная биохимия очень точно и убедительно доказала, что до появления антибиотиков (т.е. до 1930 года) практически ни одно лекарство не могло быть эффективным!
А если вспомнить, что в период так называемой героической (heroic) медицины (1780–1850 годы) самыми популярными методами лечения были кровопускания (примерно по 0,5 литра за раз) и очистка кишечника с применением смертельно опасного хлорида ртути, остается только удивляться, но не тому, что больные излечивались, а тому, что они вообще оставались живы!
Так что же спасало всех этих людей, ни с того, ни с сего исцеляющихся? Правильно: тот самый, ныне широко известный плацебо-эффект — когда нечто безвредное дается больному под видом лекарства, в результате чего больной выздоравливает! И исцеление происходило почти исключительно за счет веры пациентов в зачастую совершенно бесполезные (хорошо еще, что не вредные) зелья, которые им давали врачи, веры, которая включала уже упомянутый мною внутренний механизм самоисцеления.
К настоящему времени этот самый эффект (кстати, в буквальном переводе латинское слово «плацебо» означает «я хочу доставить удовольствие»!) изучен весьма широко. И уже известно, что роль плацебо могут играть не только лекарства, но и все, что мобилизует ожидания человека по поводу собственного здоровья. Что плацебо действует не только на физиологические симптомы, но и на самые различные заболевания, включая астму, артрит и даже ожирение. Что плацебо — это не только инертное вещество, типа сахарной таблетки, но еще и любое активное лекарство, с которым связываются возможности исцеления. Что не только легковерные, истеричные или сверхчувствительные люди реагируют на плацебо, а все без исключения. Что плацебо работает вовсе не за счет обмана, потому что позитивный эффект проявлялся даже тогда, когда больные знали, что им дают «пустышку». И что плацебо помогает не только при легких заболеваниях, но и в случае смертельных болезней, таких, например, как рак. А чтобы это последнее и очень важное стало вам до конца понятно, приведу историю мистера Райта, рассказанную доктором Ф. Вестом /27; с. 99-100/.
«У Райта была поздняя стадия рака лимфатических узлов — лимфосаркома. У него на шее, в подмышечных впадинах, в паху и на животе были огромные опухоли размером с апельсин. Он умирал. И все, что могли сделать доктора, это давать ему обезболивающие средства. У них уже не осталось никаких надежд, но надежды остались у Райта. Он был уверен, что очень скоро должны разработать новое лекарство. Когда новое лекарство под названием кребиозен (krebiozen) должно было пройти испытание в той клинике, где умирал Райт, он упросил докторов, чтобы ему разрешили участвовать в опытах. Он добился своего, хотя, строго говоря, его не должны были включить, поскольку к испытаниям допускались только пациенты, по крайней мере, с трехмесячными прогнозами.
Райту было поставлено три инъекции в первую неделю. Прикованный к больничной койке уже в течение нескольких недель, через два дня после первой инъекции он вдруг стал гулять возле палаты и разговаривать с медсестрами. Опухоли уменьшились вдвое. Через десять дней он выписался из больницы, и если двумя неделями раньше он дышал через кислородную маску, то теперь летал на собственном самолете на высоте 12000 футов. Ни один из пациентов, принимавших это лекарство, не достиг столь замечательных результатов. Клинические испытания кребиозена продолжались, но отчеты были слабо утешительными. Лекарство следовало официально признать бесполезным.
Мистер Райт впал в депрессию, когда услышал об этом, и через два месяца пребывания в отличном здравии его опухоли выросли вновь, и он еще раз оказался близко от смерти. Его лечащий врач обнадежил его. Он сказал, что клинические испытания показали отрицательные результаты, потому что первое лекарство портилось при хранении, однако «новое сверхчистое, вдвое усиленное средство должно прийти на следующий день». Это была ложь, но Райт вновь обрел надежду и с необычайным предчувствием стал ждать «новое средство». Специально создав торжественную обстановку, доктор сделал ему первую инъекцию «свежего препарата удвоенной силы», который в действительности был водой.