Флирт с маньяком

— Вчера арестовали вымогателя.

— Здорово! — она искренне обрадовалась.

— Не то слово! Я сама все видела, — с азартом начала я и… выложила слушавшей с открытым ртом собеседнице события прошлого дня.

— Вау, — восхищенно произнесла Вера, когда я, наконец, закончила. — Это круто!

— О чем секретничаете, девушки? — голос подошедшего незаметно Андрея заставил нас вздрогнуть от неожиданности. — Катя, ты сегодня такая экстраординарная.

— Чего, чего? — не поняла я.

— Необыкновенная, наверное, — подсказала подруга, криво усмехаясь.

— Ты зришь в корень, Вера, — важно отметил парень, поправив на шее свой любимый серый с красной полосой галстук, и снова обратился ко мне. — Катерина, я должен заметить, что внешнее перевоплощение женщины связано с ее внутренним эмоциональным состоянием.

— Возможно, — чуть заметно улыбаясь, подтвердила я.

— Вот, например, летом подсознательное возбуждение представительниц прекрасного пола заметно по их одежде, — продолжал философствовать на свою излюбленную тему Андрюша. — Девушки носят прозрачные маленькие топы, сквозь которые видна их грудь потому, что хотят секса. Это и есть проявление их внутреннего «я».

На моем лице отразилось нечто среднее между удивлением и полным несогласием, Верка же едва сдерживала смех, отчего ее лицо заметно покраснело.

— А зимой, — «Мистер галстук» сделал многозначительную паузу, — для выражения все той же подсознательной сексуальной энергии вы прибегаете к макияжу, как ты сегодня.

— Хочешь сказать, что я озабоченная? — мои брови поползли вверх.

— Не так грубо, конечно, — снисходительно улыбнулся собеседник. — Но, вообще-то, да.

— Вот спасибо! — нервно хихикнула я и, схватив, давящуюся смехом подружку под руку, потащила ее к кабинету, где должен был состояться экзамен.

— Не надо обижаться, Катя. Это же очевидно и просто, как мир.

— Боюсь тебя разочаровать, дорогой, — обернувшись, бросила я сухо. — Но мир прост, лишь в твоей несложной голове, а для меня он очень и очень разнообразен.

Начался экзамен, сдавать который у меня не было никакого желания. В конце концов, я все-таки завалилась в аудиторию с абсолютно отрешенным видом. Кривошеин принимал по одному студенту, как стоматолог. И меня почему-то начало знобить, будто я и вправду пришла на прием к зубному врачу.

— Здравствуйте, Катерина, — улыбаясь, сказал преподаватель. — Вы сегодня прекрасно выглядите, надеюсь, что знание Вами моего предмета столь же прекрасно, — слащавость его голоса меня раздражала, а шаривший по моей фигуре взгляд приводил в бешенство.

Усилием воли подавив поток негативных эмоций, я натянула на лицо маску спокойствия и негромко сказала:

— Спасибо, Герман Павлович. Надеюсь, Вы правы.

— Десять минут на подготовку, Катенька, — его масляные глазки сузились. — А потом мы поговорим.

Я взяла билет, покосившись на собеседника. Он был довольно крепкого телосложения, плечистый и… практически лысый. Несколько тонких светлых волосин доцент зачесывал на бок, прикрывая ими свое блестящее круглое темечко. Лицо у Кривошеина было узкое и бледное, довольно крупный рот время от времени кривила сомнительного смысла улыбка, которую он, вероятно, считал, милой. У меня же она вызывала неприятное ощущение и легкое подташнивание. Короче, переваривать своего нынешнего экзаменатора я могла с большим трудом. И, если честно, мое мнение разделяла почти вся наша группа. Любимым учителем Герман Павлович не числился ни у кого.

Я ответила ему на все вопросы, твердо зная, что права, но он все равно завалил меня, искусно запутав терминологией. Мне стало так обидно, что на глаза навернулись слезы, которые я украдкой стерла кончиками пальцев. Как может это мерзкое создание так надо мной издеваться? За что?

— Катерина, — заботливо начал преподаватель. — Я уверен, что Вы знаете тему лучше, поэтому мне не хочется ставить вам плохую оценку. Я пока оставлю графу в ведомости не заполненной, а Вы, подготовившись, придете завтра и пересдадите.

— Но ведь завтра воскресенье, — неуверенным голосом пробормотала я. — Может, послезавтра?

— Нет, — он сделал озадаченный вид. — Я уезжаю через день и вернусь только в феврале. Но Вы можете придти ко мне домой, скажем, в пять. Только не шумите: жена моя себя не очень хорошо чувствует, — добродушно улыбаясь, предложил Кривошеин, вот только улыбка его была насквозь пронизана фальшью. — И зачетку возьмите обязательно.

Я вздохнула, записав адрес. Выбора особого не было — либо остаться с несданной сессией, либо отправиться на территорию собеседника.

— Выучите этот билет, я буду спрашивать Вас по нему, — снисходительно сказал мужчина, когда я грустно поплелась к двери. — До завтра, Катя.

— До свидания, — проговорила я, выходя из кабинета.

— Он тебя завалил! — увидев мою физиономию, безошибочно определила Вера. — Вот подонок.

— Завтра я иду к нему в пять часов пересдавать экзамен, — трагично сообщила я подруге. — Иначе не видать мне стипендии, как своих ушей, а нам с Ленкой на что-то надо существовать.

— Я пойду с тобой, — твердо заявила собеседница. — Для подстраховки.

— Не стоит, — я вяло усмехнулась. — У него жена дома больная, так что он мне ничего не сделает. Главное, чтобы оценку поставил, и, желательно, неплохую. Поготовлюсь сегодня ночью еще, авось, получится сдать на «отлично»?

Я разговаривала с подружкой, стоя неподалеку от экзаменационной аудитории. Увлеченные беседой, мы и не заметили, как оказались не одни. Чья-то рука осторожно легла на мое плечо. От неожиданности я вскрикнула и быстро обернулась. Это был Игорь. Он грустно улыбнулся мне, а потом сказал:

— Здравствуй, Катюша, я не могу дозвониться до тебя уже который день. Куда ты пропала?

— У меня были дела, — отодвигаясь от него, пробормотала я.

— Это тебе, — он протянул мне белую гвоздичку, бутон которой еще не до конца распустился. — Может, прогуляемся?

Вера как-то быстро самоустранилась, оставив нас вдвоем. Ей предстояла встреча с Германом Павловичем, так что она заняла место перед дверью кабинета, рядом с еще не сдававшими экзамен ребятами.

— Я жду человека, — рассеяно глядя по сторонам, чтобы не встречаться с его взглядом, ответила я.

— У тебя есть другой? — в лоб спросил Игорь.

— Да, — соврала я, надеясь, что это поможет нам выяснить отношения и расстаться.

— Понятно, — как-то странно усмехнувшись, проговорил собеседник. — Я тоже хотел тебе сказать, что познакомился с одной девушкой.

— Правда?! — радостно воскликнула я, не веря в свою удачу. Неужели все так легко разрешиться. И мне не надо будет себя чувствовать виноватой за то, что я его отшила.

— Ага. Мы с ней встречаемся уже два дня. Так что желаю тебе счастья, Катенька. Прощай, — он окинул меня задумчивым взглядом и повернулся, чтобы уйти, едва не столкнувшись с подошедшим к нам Валентином. — Это ты?! — брови мужчины взлетели вверх, а глаза заметно округлились.

Спасатель был практически одного роста с ним, он хмуро смотрел на Игоря, не произнося ни слова, потом, наконец, выдавил:

— Да, это я.

Постояв еще какое-то время, напротив друг друга, они разошлись. Мой недавний собеседник сухо кинул, удаляясь:

— Будьте счастливы!

Валя же в ответ холодно пожелал ему удачи. Я, как случайный зритель, наблюдала эту полную напряжения сцену, не совсем понимая причину раздражительности ее участников.

— Катенька, это тебе, — достав из-за спины букет белых крупных роз, произнес Быстров, улыбаясь. — Ты сдала экзамен?

— Боюсь, что нет, — тихо отозвалась я, опуская глаза. — У меня завтра «свидание» с экзаменатором у него дома. Очередная попытка, иначе… капут стипендии.

— Ничего, — ободряюще проговорил парень. — Сдашь, ты же умница. Я могу пойти с тобой, если хочешь.

Я посмотрела на собеседника внимательным взглядом, потом задумчиво проговорила:

— Возможно, это хорошая идея. Зайдешь ко мне в половине четвертого?

— С удовольствием, — радостно улыбаясь, ответил Валя.