Страница 17 из 32
В Академию я вернулась другим человеком. Все-таки красивая внешность очень многое меняет в восприятии жизни. Ощущать себя привлекательной чрезвычайно приятно. Сокурсники, ранее почти не обращавшие на меня внимания, чему я на тот момент была несказанно рада, вдруг стали галантными, внимательными и заботливыми. И то сказать, я стала просто неотразимой. Сама на себя заглядывалась в зеркалах, когда проходила мимо - неужели это я?
Не хотелось становиться копией Эрики, поэтому, в отличие от неё, у меня были тёмные волосы, что ещё больше подчёркивало синеву глаз. Брови прямее, губы полнее, нежнее подбородок, и вот уже отличий столько, что никому и в голову не придёт каким-то образом связать нас.
Первым делом я узнала о дальнейшей судьбе Эрики. Так и есть, она погибла, по моим подсчетам, где-то через две недели после того, как сделала ту запись. Корабль попал в случайный поток метеоритов, неожиданно встретившийся на его пути. Разгерметизация корабля, мгновенная смерть. Да, и не придерёшься. Впрочем, кому пришло бы в голову искать в её смерти нечто странное и подозрительное? Никого из близких и родных людей рядом с ней не было.
Эрику хоронили с воинскими почестями, салютом и множеством речей. Я смотрела хронику похорон. Многие люди, которых я не знала, искренне горевали о ней. Чуть погодя я собиралась проведать ее могилу.
Потом я начала искать сведения об Эмми и Элли.
Элли погибла в возрасте трёх лет, и это был, действительно, несчастный случай. Планета, на которой она росла, была хоть и с хорошим климатом, но очень отсталой в техническом отношении. Корабль, на котором везли куда-то детей, получил течь во время шторма, часть детей смогли спасти, но большинство, и Элли в их числе, погибли.
Да, Эрика была предусмотрительной, оставив трёх клонов, а не одного.
С Эмми всё оказалось по-другому. Девочки с таким именем, родившейся на этой планете и этот день, не существовало. Этому могло быть несколько объяснений: она могла погибнуть в инкубаторе по недосмотру или халатности медицинского персонала, ее могли отдать на усыновление или продать люди, которым Эрика заплатила за выращивание своего клона.
Жаль она не оставила имен тех, к кому обращалась. А я начинать архивные поиски в этом медицинском центре, честно говоря, побоялась.
Перспектива в отношении Эмми была не радужной. Даже если бы её усыновили и стерли с подкорки всю память о первых днях жизни, сообщение, которое мы должны были получить в день своего совершеннолетия, они бы стереть не смогли. Вывод один - Эмми, скорее всего, также нет в живых. Получается, осталась только я. Или Эмми всё-таки жива? Но по каким-то, независящим от неё обстоятельствам, не может прилететь? Надежда ещё оставалась.
Я ещё раз побывала в бункере, забрала себе паучка, принадлежащего Элли, но кристаллы теония и паучка, принадлежащего Эмми, тронуть не решилась, также как и деньги, положенные Эрикой на имена сестер. Может, потом…
Не знаю, то ли из-за изменившейся внешности, а отсюда, и уверенности в себе, то ли из-за осознания, чьи гены я в себе ношу, и из-за обязанности быть достойной их, то ли из-за кристалла, для которого я заказала узорчатый футляр и теперь постоянно носила на цепочке в качестве украшения, только очень скоро я стала лучшей ученицей и блестяще окончила Академию.
Имя Эрики встречалось часто, и каждый раз волна радости и гордости окатывала меня. Маршруты, проложенные ею, служили тестами, а это говорило о многом.
На практике я показала замечательные результаты. Про себя я смеялась - может, кристалл теония будит гены Эрики, заставляя их помогать мне? Как бы то ни было, но мне предложили назначение в Главное Управление, и я …согласилась. Ну не чувствовала я в себе сил все начинать с нуля, как когда-то давно поступила Эрика.
Управление находилось в столице одной из планет. Огромный красивый город. Работа, которая нравится, пусть я и не взлечу по карьерной лестнице… да не особенно и хотелось. Комфортная спокойная жизнь привлекала меня намного больше.
Я тихонько сидела в одном из отделов, проверяла поступавшие из разных источников жалобы на некачественно проложенные, с грубейшими ошибками маршруты, что повлекли за собой дополнительные материальные потери.
Рассматривать случаи, связанные с гибелью людей, мне не доверяли. Я и не обижалась, понимая, как это непросто. Сталкивались интересы компаний и погибших людей, и не всегда побеждала справедливость. Увы, таковы были реалии жизни.
Глава 2
Я получила небольшое повышение и теперь работала в бюро, разрабатывающем самые разные маршруты для всех, кто их заказывал: экспедициям, экскурсионным группам, военным, торговым представителям и, конечно, промышленным корпорациям.
Унылая, рутинная работа: указать степень сложности, примерное время прохождения, необходимые дополнительные средства или предметы, например, водонепроницаемые вещи или страховочные тросы, специальная обувь с присосками или шипами - вот и всё. Имея все данные о геологическом строении, ландшафте, метеорологических условиях, нетрудно вывести на экран любую точку территории размером с квадратный метр.
Такая работа нравилась. Меня хвалили, задания становились сложнее. Мне выделили отдельный кабинет и всё чаще и чаще привлекали в качестве эксперта по спорным вопросам.
…За мной прислали глубокой ночью. Через двадцать минут я была уже в зале для телепортации, а через тридцать - в компании тридцати человек, многих из которых я знала по фотографиям как лучших штурманов, работающих на военных базах. Было понятно, что случилось нечто неординарное, раз нас всех собрали вместе.
На экране - планета, красная точка означает группу людей, которой необходимо как можно быстрее добраться до площадки, на которую может спуститься звездолёт. Одна беда - такой площадки не было.
Я поняла - произошла авария, добровольно находиться на такой негостеприимной планете, лишенной атмосферы, с силой притяжения 1,3 g, никто не захотел бы.
Да-а-а, это ж надо так угодить, хуже места для аварии не придумать. Я сразу почувствовала, что пытаться выбрать маршрут движения - пустая трата времени, так же, как и искать место для возможного приземления звездолёта. Что ж если гора не идёт…
- Скажите, каковы допустимые материальные потери, на которые вы согласны пойти? - подала я голос.
Меня тут же препроводили в кабинет с голографической проекцией планеты над огромным столом. Видимо, вопрос о потерях должен был обсуждаться конфиденциально.
Увидев нашивки на форме находящихся в комнате мужчин, я поразилась. Похоже, люди, оказавшиеся на планете, были не просто чиновниками.
Разумеется, свои мысли я оставила при себе.
- У вас есть какое-то предложение? - не теряя время на моё представление, обратился один из них.
Я молча кивнула и снова задала вопрос о материальных потерях.
- Любые, - ответ был кратким и очень красноречивым.
- Я считаю, что искать приемлемый маршрут и место посадки - бесполезная трата времени, - я немного помолчала, не решаясь задать следующий вопрос, но ситуация была такова, что было не до военных секретов. - Скажите, есть ли в этом районе космоса звездолёт с боевым лазером на борту?
- Возможно, - ответ был неопределённо-расплывчатым.
- Я предлагаю вот с этой скалы базальтового происхождения срезать верхушку и сбросить её в провал. Образовавшаяся площадка будет вполне пригодна для посадки звездолёта. Только не знаю, возможно ли настолько точно рассчитать линию среза, - добавила я неуверенно.
- Обижаете! - откуда-то из пустоты донесся голос невидимого собеседника. Командир звездолёта был на связи и внимательно слушал нашу беседу.
Голос был на удивление молодым и очень-очень обиженным. Я засмеялась и попросила прощение за высказанное недоверие, меня великодушно простили, и, могу поклясться, со мной стали откровенно заигрывать, игнорируя стоящих вокруг офицеров. Думаю, командиром был сын одного из них.
Командира резко прервали, моё предложение было признано блестящим, началась подготовка к операции. Я набралась наглости и попросила разрешения посмотреть, как лазером будут резать скалу.