Страница 30 из 162
—Он по-русски писать не умеет, — обронил ворчливо Петя.
Бедный мальчик держал, как ружье, на плече штыковую лопату, отчего его толстый живот выпятился над брюками, как тыква. Василий по своему обыкновению промолчал и ждал, что предложат ему друзья. Ждать пришлось недолго. Только вышли они в сад, украшенный обломками ветвей и кустов, листами бумаги и ржавым железом, как Илия спросил:
—Скажите, други, а входит ли в понятие прилегающей территории наш интернатский подвал? А если входит, то не нуждается ли он в уборке и очистке, как это явно указано в диспозиции нашего крупнейшего теоретика господина Лады.
—И не отсырели ли там некоторые, принадлежащие славному шестому "а" бумаги, добытые ох в нелегкой борьбе, — дополнил его Петя.
—Ты понял нас, друг Вася, — добавил Илия строго.
—Как только углубимся мы в землю, кому-то придется сгинуть незаметно с глаз долой и вытащить из-за фундамента некоторые документы. Неделя уже прошла с достопамятного события, и пора бы приступать к реализации второй части нашего плана.
И тотчас Илия вонзил лопату прямо под корень с вызывающим видом кривившейся яблони и потер одну руку о другую. Дело шло быстро, солнышко пригревало, рыхление совершалось по всем правилам, то есть рыхлились и земля, и корни растения. Постепенно ребята отдалялись от основной массы копающих, пока наконец не оказались скрыты от них невысоким, но вовсю зеленеющим кустарником. Тут они сразу остановились, воткнули лопаты под углом в землю и уселись на ухоженной природой травке.
—Петьку посылать нельзя, — проанализировал обстановку Илия, — его с любой точки интерната видно. Здоровенная мишень, — и он посмотрел на друга даже с некоторым удивлением. — Я, конечно, не такой приметный, но зато неуклюжий. Бегаю плохо и вообще больше на словах мастак, а с физическим воспитанием знаком слабо. Так что дерзай, друг Василий.
—Используй естественный рельеф местности, — порекомендовал Петя авторитетно. — Как увидишь канаву, сразу в нее прыгай. Кусты не обходи, чем ты ближе к кусту, тем безопаснее. А мы тут за тебя три нормы дадим! — С этими словами Петя с размаху всадил свою лопату так далеко и глубоко в землю, что не удержался и полетел на землю вслед за ней.
—Небольшой обвальчик, — прокомментировал Илия это незаурядное событие, — не обращай внимание, Вася. Ждем.
Василий дернул между деревьями наискосок к желтому зданию интерната и быстренько исчез за невысокой насыпью. Проводив его взглядом, Илия обернулся к лежащему на животе Петру, который, казалось, чувствовал себя на земле так уютно, что вовсе не пытался с нее подняться.
—Ты это брось, — сказал Илия грозно. — Прекращай с самого начала отлынивать. Сказано начальством рыть, так ты рой. Иначе нас быстро определят. Мы с тобой у Авки итак на самом плохом счету, а если с субботником облажаемся, хрен поедем на каникулы. Да вставай ты, корова среднеземноморская!
—Лопату ищу, — прохрипел Петя, поворачиваясь на бок и роясь в земле. — Только что здесь была.
—Не дури, — погрозил ему Илия, и вдруг на его глазах Петр исчез с поверхности земли. Вместо него образовалась порядочная дырка метра полтора диаметром, и снизу чуть придушенный голос спросил:
—Батюшки, где же я?
—Не дури, — повторил Илия, но как-то растерянно. Он подошел аккуратно к краю вдруг образовавшегося кратера, заглянул вниз. В дырке было совсем темно и тихо.
—Петя, где ты? — спросил Илия ласково. — Подай голос, деточка.
Из края дыры показалась рука и протянула Илие что-то завернутое в промасленную бумагу. Машинально Илия принял это "что-то" и отложил.
—Петр, вылезай! — прокричал он, уже находясь в состоянии легкой тревоги. И снова из дыры поднялась рука и передала ему на этот раз нечто тяжелое и продолговатое, тоже завернутое, только не в бумагу, а в тряпки.
—Тут этого много! — ликующий голос Пети поднялся из-под земли. — Как ты думаешь, что это такое?
—Сейчас посмотрим, — бодро сказал Илия, присел на корточки и стал распаковывать завернутый в бумагу предмет, в то время как из-под земли продолжали вышвыриваться самой разной формы и упаковки предметы. Однако, развернув предмет, Илия почему-то ему не обрадовался, а отбросил тем жестом, каким избавляются от ядовитых пауков или тараканов.
Тотчас подлетел он к яме и заорал не своим голосом:
—Перестань бросаться, идиот, всех нас взорвешь, вылезай немедленно!
Петина реакция на опасность всегда поражала окружающих. И еще не успели последние звуки сорваться с губ Илии, как обе руки поднялись из ямы и решительно оперлись на ее край. Послышался звук, будто лопнул мешок с картошкой, и целые потоки земли покатились в яму.
—Засыпает! — закричал Петя звонким до неузнаваемости голосом, и снова две его руки уже в полном отчаянии вылетели из-под земли.
На этот раз Илия не медлил. Схватив лопату, он сунул черенок гребущим воздух рукам и стал тянуть изо всех сил, не уставая при этом проклинать Петиных родителей чуть ли не до десятого колена за то, что они родили такого придурка, как Петя, и не удушили его в колыбели. Уже и сам Петя показался над ямой, держась обеими руками за лопату. На лице его было написано то же задумчивое выражение, как перед походом за документами. Он явно считал будущие дивиденды. Тоненький Илия, как ни старался, не мог вытащить бугая Петю наружу. Тот сначала застрял над обсыпающимся краем ямы, потом медленно стал сползать назад. В этот момент Илия ощутил столь необходимую ему поддержку. Это вернулся Василий, и тотчас объединенными усилиями они выволокли Петю наверх.
—Принес? — спросил Илия, и Василий коротко кивнул.
—За пазухой, — сказал он просто.
—Что там? — подскочил Петя к Илие. — Оружие, верно? Я еще в яме на ощупь определил.
—Болван, ты чуть не подорвал меня, — сказал Илия сердито. — В том свертке, что ты мне передал, по виду наверняка граната.
—А в других? И мальчики осторожно, но с невероятным интересом стали разворачивать свертки, в которых содержались практически все виды оружия ближнего боя. После того как на траве образовался небольшой арсенал из новеньких пистолетов, карабинов и гранат, приятели сели передохнуть и задумались.
—Вот тебя угораздило, — проговорил Василий восхищенно. — Я знаю, что за ценную находку сейчас до тридцати процентов дают.
—Дадут нам, — фыркнул Петя, — да еще добавят. Ты все же, Васька, полный кретин!
—Сообрази, Василий, — перебил его Илия томным голосом. — То, что мы вытащили, это лишь малая часть того, на что Петя наткнулся. Но ведь кто-то все это сюда положил. И стало быть, заплатил деньги за оружие, за секрет, за перевозку и так далее. Как ты думаешь, тому, кто это сюда положил, очень понравится, что какие-то лоботрясы забрали его вещи, и какие вещи, ни на одном базаре не купишь. Илия залюбовался черным блестящим браунингом с золотой насечкой на рукоятке.
—И зачем получать треть, когда можно забрать все! — крикнул алчный Петя и стал собирать оружие в охапку. — Это все мое, — бормотал он, сдвигая в одну кучу стрелковое и взрывоопасное оружие, — захочу, поделюсь, захочу, сам продам.
—Продашь, продашь, — успокоил Петю насмешливый голос. Из-за яблони вышел отец Авакум, взял, не разговаривая, Василия за ухо и выгреб у него из-за пазухи толстый конверт с документами.
—Потеряли вы, юные следопыты, бдительность, — мягко пожурил он ребят. — Вы что думаете, я вас с того первого дня не вычислил? Вот видите, как ваш культпоход кстати.
Потрясенные друзья молчали, не зная, как избежать неминуемых кар.
—Боже мой, да что это у вас?! — послышался рядом с кучей оружия голос священника. — Вы наткнулись на клад боеприпасов? Отвечайте!
Делать было нечего, и друзья, не заговаривая о документах, подробно рассказали, как они наткнулись на склад и сколько единиц оружия еще хранится внизу.
—Если бы не посветлело, — пробормотал батюшка нечто загадочное, потом огляделся по сторонам, оценил опытным взглядом старого вояки опоясывающую половину сада гряду и кусты, скрывающие собеседников от посторонних взглядов.— Я вам предлагаю сделку, — сказал он серьезно, — вы помогаете мне перенести оружие и забываете о нем, а я забываю о том, как вы волокли меня по лестнице, и о похищенных документах. Забыть вы должны обо всем в ваших собственных интересах. Тайна оружейного склада — это тайна, которая ядовита, как гремучая змея, и смертельно опасна. Я бы с удовольствием отпустил вас от греха подальше, поскольку волнуюсь за ваши юные жизни, да и, сказать правду, за свою тоже. Но привлекать еще кого-нибудь к этому делу — значит превратить тайну в секрет полишинеля. Время подошло к обеду, все участники субботника уже в школе. Давайте поработаем ровно час и приведем все в порядок. Ну как, согласны?