Страница 26 из 38
Ох, красота-то какая! Лепота!
Повесили тебя на собственных воротах третьего дня по приказу царя.
Простите, ваше имя-отчество? – Марфа Васильевна я.
Так что передать мой король? – Передай свой король мой пламенный привет.
Три магнитофона, три кинокамеры заграничных, три портсигара отечественных, куртка замшевая… три куртки.
У, любострастный прыщ, живота или смерти проси у боярыни!
Федь, ты что там жмешься около почек, иди сюда, не стесняйся.
Царские шмотки! Одевайся. Царем будешь. – Ни за что!
Человек! Официант! Почки один раз царице.
Что это за пьяные выходки! Я на вас жалобу подам. Коллективную.
Эта роль ругательная, и я прошу ее ко мне не применять.
Положь трубку! – Чего? – Положь трубку! – Чего, чего положь? – Трубку. – Не положу. – Ложи трубку. – А почему это? – Ложи трубку, я тебе говорю. Положи трубку!
Почки заячьи верченые, головы щучьи с чесноком, икра черная, красная… да, заморская икра, баклажанная.
Раз уж взяли, так уж и быть, не обратно же им отдавать.
Рассказать – никто не поверит. – В милиции поверят.
Рявкни на них. – Во-о-он!
С восторгом предаюсь в руки родной милиции, надеюсь на нее и уповаю.
Сейчас милиция разберется, кто из нас холоп!
Смотреть надо за вещами, когда в комнату входишь.
«Здравствуйте, я ваша тетя!»
ТО «Экран», 1975. Сц. и пост.: В. Титов по мотивам пьесы Б. Томаса «Тетка Чарлея», перевод с англ. И. Рубинштейна; в ролях: Баберлей – А. Калягин, Донна Роза – Т. Носова, Брассет – В. Гафт, Джекки Чесней – О. Шкловский, Френсис Чесней – М. Козаков, Чарли Уэйкем – М. Любезнов, Энни – Т. Васильева, Бетти – Г. Орлова, судья Кригс – А. Джигарханян.
А кто не хочет сахару или сливок?
А я такая подруга!
Бразильская народная песня «Любовь и бедность». Слова Роберта Бернса.
Бэтти, на протяжении жизненного пути всякого мужчины встречаются роковые мгновения, когда он беспощадно рвет со своим прошлым и в то же время трепещущей рукой сбрасывает таинственный покров будущего.
Если бы вы только знали, какие гадости он мне говорит! Порядочная женщина не выдержала бы и пяти минут.
Вам ясно? – Нет, скорее туманно.
Всемирно известная миллионерша! Жениться на ней – мечта моего детства.
Вы полюбили бы и оценили меня еще больше, моя крошка, если б познакомились со мной поближе.
Вы такой любезный мужчина. Это что-то!
Давайте закурим по-нашему, по-бразильски!
Дон Педро, ох! Это был такой мужчина, ох! Это что-то!
Донна Роза, я старый солдат и не знаю слов любви, но когда я впервые увидел вас, донна Роза, я почувствовал себя утомленным путником, который на склоне жизненного пути узрел на озаренном солнцем поле нежную, донна Роза, нежную фиалку.
Имя моей феи – донна Роза Дольводро… Дольводро… Дольво-дорец.
Кадр из к/ф «Здравствуйте, я ваша тетя!»
За дона Педро!
Здесь дамы. – И одна из них очень важная особа.
Иди к тете!
Как вам не стыдно пугать слабую женщину!
Как зовут это чудо природы?
Как сюда попал этот сэр?
Констебль, прошу. Прошу-прошу, прошу. Джин, бренди, ром. – Я на службе, сэр. – Значит, виски.
Крепость накануне сдачи. Смелей, полковник.
Кто же, как не я, самая старшая из присутствующих здесь дам!
Мало ли в Бразилии Педров?! И не сосчитаешь!
Мерзавец! Назвать даму сэром!
М-м! Птичка!
Можно войти? – Введите!
Мы пропали, она знает моего бразильского мужа.
Мы, женщины, можем делать с мужчинами все, что хотим. Это что-то!
Надо приступать к решительному штурму. Но сначала по законам тактики проведем артиллерийскую подготовку.
Нет, вы меня еще не разгадали, я не похожа на других женщин. – Как я это чувствую!
Нет, нет, нет, я ему не верю. Он любит не меня, а мои миллионы.