Страница 97 из 103
— Вот и получается, — начал говорить Штерн, — что тот, кто владеет телевизором, владеет умами и мнениями людей. Тут ты Грегори молодец. Хорошо придумал. Про остальные наркотики тоже всё понятно. Какие технологии ещё, ты использовал для уменьшения численности людей?
— Жаль, что мы закончили обсуждение наркотиков, — улыбаясь, сказал Грегори. — Это основная технология увеличения смертности. Вторая технология по эффективности, это изменение системы образования. Нужно ухудшить её настолько, чтобы расстояние между разными слоями общества, становилось непреодолимым. Хорошее образование должно быть дорогим и недоступным. А обычное дешёвое образование, нужно сделать фрагментированным. Обычному обслуживающему персоналу незачем умничать. Горе тому обществу, где каждый человек, будет умным и начнёт заниматься самоанализом.
— А что в этом плохого? — нахмурившись, спросил я.
— Такой человек, поймёт, что всё общество разводят как лохов, — быстро затараторил Грегори. — Такие люди не нужны ни одному государству, ведь они не станут пахать на мощь государства и не пойдут в качестве пушечного мяса на войну, играя в игры политиков.
— Вы тоже такого мнения? — спросил я, обращаясь к Тринити.
— У нас есть более прогрессивные технологии, управления обществом, — улыбнулась она. — Ты жил в будущем и знаешь подробности. Мы там обходимся без наркотиков, насилия, промывания мозгов и так далее.
— Но у вас там есть коины и тюрьма, — напомнил я.
— Главное, что работает, — улыбнулся Штерн. — Рабочая модель, важнее, чем тысячи идеальных утопий. Ты же не думаешь, что люди в один миг станут идеальными и смогут жить, думая о благе друг друга?
— Тема сложная, — нахмурился я.
— Хорошо, что ты понимаешь, — улыбнулся Грегори. — Я планировал уменьшить население до двух миллиардов, пока мы все вместе не изобретём способы путешествия по вселенной и лечения бесплодия от ВПЧ.
— ВПЧ мы тоже победили, — гордо улыбаясь, сказала Тринити.
— Офигеть, — восхищённо воскликнул Грегори и выронил вилку. — Расскажете как?
— Ты будешь смеяться, — улыбнулась Тринити, — но это изобретённые нами специальные пикожучки. Они модифицируют функцию аппендицита, и он начинает воспроизводить новых пикожучков и отправлять их в кровь.
— И что они делают в крови? — спросил Грегори.
— У них есть специальный набор фильтров, — быстро объясняла Тринити. — Они детектируют все ненужные организму вещества и, окружая их, начинают выводить из организма. Вирус папиломы человека, можно вывести за один месяц. Эти же пикожучки, помогают обеспечить стопроцентное сопровождение всех функций организма, для успешной детородной функции.
— Могу я ознакомиться со всеми данными? — спросил Грегори.
— Конечно, — улыбнулся Штерн, — если договоримся о сотрудничестве.
— Я соображаю очень быстро. Что от меня требуется? — спросил Грегори.
— Тут всё просто, — медленно начала объяснять Тринити. — Ты оставляешь свои планы по уничтожению людей и начинаешь нам помогать строить общество по образцу будущего, в котором жил Володя. Мы внедряем в жизнь людей технологии пикожучков, установок холодного ядерного синтеза и развиваем космические технологии при помощи генератора Хольцмана.
— Вы думаете, люди готовы к такому рывку? — с сомнением посмотрев на Тринити, спросил Грегори.
— Ты же сам умеешь управлять желанием и сознанием людей, — став серьёзным, объяснил Штерн. — С твоей силой внушения, ты сможешь настроить людей на нужный лад.
— Я не смогу, — нахмурился Грегори. — Это не возможно. Мне для надёжного внушения одному человеку, нужно больше десяти глупеньких людей рядом. Если вы умеете считать, я не смогу держать под контролем всех сразу.
— Сможешь, — улыбнулась Тринити. — В этом мы тебе тоже поможем.
— Ну, вы прямо волшебники, — издеваясь, пошутил Грег. — Столько подарков в один день, в обмен на мою скромную помощь.
— Дети до определённого возраста, не пользуются своим сознанием, — начала объяснять Тринити. — Посчитай, сколько взрослых может вести подсознание маленького ребёнка?
— Около трёх, — непонимающе ответил Грег.
— Получается, что дети лучше сумасшедших, — улыбнулся Штерн.
— Не понимаю, о чём вы говорите, — сказал Грегори.
Тринити встала со своего места и, мельком глянув на меня, положила руки на плечи Грега и, наклонившись над ним, стала шептать ему на ухо. Грегори кивал головой и внимательно слушал. Мы с Всеволодом Владимировичем переглядывались и чувствовали себя неудобно, когда кто-то при нас говорит по секрету.
Мы уже устали ждать, когда Тринити и Грег наговорятся, когда они закончили. Тринити прошла обратно на своё место, по пути, нежно проведя по моему плечу рукой. Грегори посмотрел в потолок на облака, немного подумал и уверенно сказал:
— Я согласен!
— Отлично! — похвалил Штерн. — Давайте выпьем за самый важный результат переговоров в истории человечества.
Мы все подняли стопочки и, звякнув ими друг об друга, выпили. Все знали, за что мы пьём, кроме меня и моего сына. Лицо Грегори изменилось и сияло от счастья. Я всегда считал его вредным и не мог его сейчас узнать. Мои мысли были о том, как манипуляторы управляют манипуляторами.
— Так, давайте расходиться, — неожиданно скомандовала Тринити. — До новых встреч.
Она подмигнула ничего не понимающему Всеволоду Владимировичу. Тот встрепенулся и, подняв руки, долго готовился, а затем хлопнул в ладоши. В моих глазах, сразу померк свет, и я услышал Дашин голос:
— …шь с Всеволодом?
Я потряс головой и почувствовал, как больно ударил сына щекой в лоб. Даша выхватила ребёнка из моих рук и посмотрела в его спокойное лицо. Она немного подержала его в руках, затем положила в кроватку и указала мне пальцем на кровать. Мы с Дашей легли обратно. Оказывается, мы пробыли внутри подсознания Всеволода меньше секунды. Неужели Тринити, Штерн и Грегори помирились так быстро. Почему они не могли сделать это раньше?
— Спи, давай, — скомандовала Даша и пихнула меня задом.
Я обнял её со спины и, уткнувшись в её вкусно пахнущие волосы, стал вспоминать Московский разговор. Спать не хотелось. Хотелось всё понять и разложить по полочкам. Радовало одно. Грегори помирился с деревьями, и теперь они будут действовать заодно. Нужно только узнать, как.
Дворец
Прошла неделя. Я давно замечал, что ясность сознания, зависит от того, насколько хорошо ты сможешь выспаться. Выспаться было важно, так как на утро мне предстояло общаться с самыми главными людьми планеты. Чтобы не появляться перед публикой после изнурительного перелёта, я приехал в Англию на день раньше. Внеочередное собрание стран большой восьмёрки, инициатором которого была Россия, было назначено на утро.
Мы ехали медленно вдоль Букингемского дворца, главного жилища английской королевы. Близился полдень. На площади у входа, толпа туристов наблюдала, как гвардейская пехота проводила церемонию смены караула. Мужчины в ярко-красной форме и высоченных медвежьих шапках, маршировали, держа белыми перчатками приклады ружей. Оркестр играл торжественный марш. Эта церемония шла тут ежедневно, и все движения гвардейцев были отточены. Громкий голос командира отдавался эхом сквозь огромную придворцовую площадь.
Их необычные шапки были настолько глубоко надвинуты на глаза, что вызывали вопросы о том, как они умудряются в них двигаться. За эту неделю я много думал о словах Грегори о моей исполнительности. Я воспринимал себя таким же гвардейцем, глаза которого закрыты шапкой, и поэтому ему приходится слушать громкие команды, чтобы оставаться в строю. Будь мне сейчас 18 лет, я бы в подобной ситуации взбунтовался и сопротивлялся, но сейчас я сумел просчитать все действия на несколько ходов вперёд и понимал, что это бесполезно.
Я никогда не был в Англии до этого и поэтому смотрел на этих гвардейцев свежим взглядом. Я не представляю, как взрослые мужчины могли согласиться надеть такие смешные головные уборы и ходить одинаковым шагом в сопровождении марширующего оркестра. Причём делают они это с таким гордым лицом, что им явно не до смеха. Хотя по сути, это мужская игра в солдатики, которая зашла слишком далеко.