Страница 77 из 103
— Ты знаешь, что я хочу спросить? — произнёс я, усаживаясь в кресло, рядом с Грегори.
— Конечно, — спокойно ответил Грегори, не открывая глаз.
— Тогда отвечай, — твёрдо сказал я. — Надо было тебе раньше рассказать всё, что знаешь.
— Если Аполлион станет президентом США, то ядерной войны не будет, — неожиданно произнёс Грегори.
— Почему ты так уверен? — спросил я.
— Я же знаю всё, что думают другие люди, — медленно и тихо продолжил Грегори. — Я слышу все мысли тех, кем управляет эта шайка.
— Какая шайка? — спросил я.
— Можно их назвать Троицей, — улыбнулся Грегори. — Тринити, Штерн и мировое правительство.
— Оно действительно существует? — спросил я, разглядывая Грегори.
— Существует, — кивнув головой, ответил он. — Ему уже несколько тысяч лет. Ты же сам слышал, что Тринити хочет объединить всех людей, чтобы они строили космические технологии и придумывали, как вылечить людей от ВПЧ.
Грегори открыл глаза и медленно повернул ко мне свою голову. Глядя ему в лицо, я сказал:
— Аполлион сказал, что они хотят уничтожить большую часть человечества и оставить только 2 миллиарда. Тебе не кажется, что это звучит как бред?
— Угадал, — улыбнулся Грегори.
— Что угадал? — спросил я.
— Не кажется, — издеваясь, ответил Грегори. — Это в духе природы. Создавать разные существа и экспериментировать с ними самым разным способом. Почему, ты думаешь, вымирают разные виды животных? Если эволюция идёт не тем путём, она уничтожает целый вид. Люди, похоже, попали под раздачу. Если посмотришь внимательно, человечество не может справиться с последними испытаниями, которые приготовила им природа.
— С какими? — спросил я.
— Аполлион тебе всё рассказал, — задумчиво произнёс Грегори. — Я слышал весь ваш разговор и могу подтвердить почти каждое его слово. Люди не умеют бороться со своими зависимостями, поэтому Тринити решила уменьшить их популяцию. И думаю, она простила бы любую зависимость, кроме нефтяной. Насколько я знаю, она копила эти запасы с самого рождения планеты, а люди собираются разбазарить всё это за пару веков. Ядерная война будет, если на посту Президента США останется человек Тринити.
— И как она копила эту нефть? — спросил я.
Грегори встал с дивана и отправился на стул рядом со столом мэра. Он несколько раз выключил и включил настольную лампу и стал отвечать:
— Тут всё просто, но очень долго. Растения, деревья, трава, животные после смерти начинают гнить, превращаются в торф. Торф за много веков обработки бактериями и другими организмами, превращается в нефть. Когда бактерии работают над производством нефти, образуется природный газ. Ты просто не представляешь, какой это долгий процесс.
— А зачем природе нефть? — уточнил я.
— Я не знаю, — пожав плечами, ответил Грегори. — Я бы тоже хотел услышать об этом, но проблема в том, что нас с Тринити не знакомили. Я знаю, что она существует, а она не догадывается.
— А что мешает вам познакомиться и попытаться договориться? — спросил я.
— Ты дурной? — рассмеялся Грегори.
— А что такое?
— Наши ребята, намного слабее Тринити, — начал объяснять Грег, — поэтому мы не можем терять нашего основного преимущества. Нас защищает то, что она ещё про нас не догадывается. Люди уже намекнули ей, что начинают догадываться о её замыслах. Поэтому Тринити и Штерн, уже начали подготовку к войне. И пройдёт она быстро и неожиданно. Может быть, мы сейчас сидим тут, а они уже запускают ракеты.
Я напрягся от услышанного. Встал с кресла и занял своё кресло мэра. Мы сидели с Грегом и смотрели друг на друга. Я сделал задумчивый вид, хотя решительно не знал, что нам теперь делать. Судя по спокойствию моего помощника, у него был план.
— И что предлагают ваши ребята? — спросил я.
— Ты опять переспрашиваешь? — нахмурился Грегори. — Первым шагом, будет наше участие в президентских выборах, мы поможем Аполлиону, а он поможет нам. Нужно пользоваться тем, что он в ссоре с Тринити.
— А ты уверен, что он не общается с ней? — предположил я.
— С моими способностями, я уверен во всём, что делаю, — самодовольно ухмыльнулся Грег. Главное успеть опередить их.
Мы ещё час разговаривали с Грегори, где он слово в слово повторял мысли Аполлиона. Потом начались обычные трудовые будни главы города. Я работал с полной самоотдачей, пока после обеда мне не позвонила Даша.
— Милый, ты куда пропал? — спросила она несвойственным ей жёстким тоном.
— Я на работе, — ответил я. — У тебя всё в порядке?
— Я тут, уже, вся извелась одна, — ответила Даша. — Ты у меня машину забрал, я как теперь должна передвигаться?
— Я вечером приеду, — сказал я. — Если хочешь, могу тебе водителя прислать.
— Да, дорогой, пришли, — капризным тоном продолжила она. — Надеюсь, он меня обнимет и приголубит. Я пытаюсь тебе объяснить, что уже на стенку лезу в одиночестве. Приезжай сейчас же.
— Даша, я сейчас не могу, — виновато ответил я. — У меня журналисты через час приедут. Приеду в семь вечера.
— Ах так… — воскликнула Даша и положила трубку.
Я положил трубку и вопросительно посмотрел на сидящего рядом Грегори. Тот сиял от удовольствия и смотрел на меня с блаженной улыбкой. Потом он встал со своего места, подошёл ко мне и на ухо шепнул:
— Пойду, деньги Аполлиону переведу. И не спрашивай, где я их возьму.
Договорив фразу, он вышел из кабинета. Я до конца рабочего дня снялся в коротком интервью, принял ещё несколько человек и подписал гору бумаг. Как хорошо, что в детстве я не выбрал размашистую и длинную подпись. Чем дальше, тем чаще мне придётся ей пользоваться. Если хотите понять, как меняется подпись в зависимости от профессии, обратите внимание на подпись главных бухгалтеров. Она так же экономична, как и они в расходах своей фирмы.
Когда рабочий день закончился, я отправился вниз на лифте. У входа меня ждал помытый Дашин автомобиль и услужливый охранник с ключами. Я уселся поудобнее, завёл мотор и отправился домой. По пути домой, я заехал в большой супермаркет и купил разнообразный набор продуктов для беременных. Тут были все виды солёностей, копчёностей, сладостей и вкусностей.
Очень хотелось оказать внимание своей любимой, которая вынашивает нашего долгожданного ребёнка. Уже в 19:07 я открыл входную дверь и вошёл в дом и удивился. Даша встретила меня на карачках. Она мыла руками пол. Большая тряпка, похожая на мою бывшую рубашку, ловко скользила по полу и собирала немногочисленную грязь в прихожей. Я был очень удивлён.
К нам несколько раз в неделю приходила домработница, которая качественно наводила порядок в нашем доме. Почему Даше взбрело в голову делать уборку, не понятно.
— Что ты делаешь? — спросил я, аккуратно снимая ботинки, пытаясь не преодолевать границ входного коврика.
— Малышу нужна чистота и честный папа, — не глядя на меня, сказала она, продолжая водить тряпкой по полу.
— Что значит честный? — спросил я.
— Ты сказал, что придёшь в семь. А сейчас уже «семь семь». Свои обещания нужно выполнять.
— Извини, — улыбнулся я, понимая, что с беременными лучше не спорить.
Чувствуя неприятное намокание носков на мокром полу, я пронёс два больших пакета с продуктами на кухню и стал их выкладывать. Даша не обращала на меня внимания и продолжала возить тряпкой по полу, громко громыхая пластиковым ведром с водой.
— Помочь? — заботливо крикнул я, пытаясь ставить банки на стол как можно тише.
— Я сама, — недовольно пробурчала Даша из прихожей.
Когда я выложил всё на стол и убрал пакеты в мусорку, Даша вошла на кухню и стала мыть руки, периодически поглядывая хмурым взглядом на многочисленные припасы, которые я принёс домой.
— Ты готовишься к ядерной зиме? — недовольно спросила она.
— Купил тебе вкусняшек, — улыбнулся я. — Хотел сделать приятное.
— Если бы ты хотел сделать приятное, — продолжила Даша, подходя к столу и рассматривая банки, — ты бы пришёл в то время, в которое обещал. Ты любишь свою работу больше, чем меня.