Страница 29 из 103
Я кушал, вспоминая Мартина, и думал, а какая у меня самого зависимость? Какой наркотик употребляю я сам? И вдруг впервые осознал. Уж не знаю, полезно ли проводить самому психоанализ. Иногда действует принцип «меньше знаешь — крепче спишь». Моя зависимость, которую я определил, пока обедал, заключалась в следующем. Я очень люблю анализировать всё, что происходит со мной и окружающими. Там, где другие люди переживают, я анализирую разные мелочи. Я отношусь к жизни как к игре, в которой можно, используя дедуктивный метод, разложить всё по полочкам.
Большинство людей скажет, что это очень скучно, когда ты, благодаря своему мелочному характеру, всё вокруг анализируешь. Они скажут, что ты ведёшь себя неадекватно. Ты слишком зануден. Я очень люблю оказываться в новой обстановке, пробовать разные блюда, страдаю гаджетоманией. Люблю общаться с разнообразными людьми и пытаться находить общий язык со всеми, ставить себя на их место. Но ответ на всё это один. Я наркоман.
Моя жизнь настолько разнообразна, что вызвала во мне зависимость. Мне необходимы перемены, так как они позволяют мне отвлечься от потери моей настоящей любви. Мало кто по-настоящему знает, каково это — потерять всех близких в один день. Каково это — пытаться продолжать жить после этой потери и делать вид, что всё хорошо. Мало кто догадывается, как трудно жить с огромной дырой в душе, которая образовалась после того, как кто-то вырвал оттуда моих близких. Мало кто может знать, каково это, когда ты ежедневно общаешься с теми, по чьей прихоти всё это произошло.
Можно назвать это синдромом заложника, когда ты начинаешь уважать Тринити и Штерна, узнав, что именно они сделали всё это. Только этот синдром может объяснить, почему я не отказался выполнять их задание, чтобы вернуть себе Юлю и сына. Я был бескрайне зол на них, но эта злость превратилась в надежду вновь увидеть мою любовь. Осталось всего половина дня, и я её увижу. Мало кто сможет понять мои мотивы, не оказавшись на моём месте.
Я встал из-за стола другим человеком. Было ощущение, что я побывал на сеансе у психоаналитика. Я посмотрел на пустую тарелку с пюре по-американски как на талантливого психолога, с благодарностью. На душе было легко и свободно. Моё подсознание было благодарно за то, что я наконец-то смог осознать то, что оно давно пыталось мне подсказать. Так бывает, что тебя долго гложет какая-то неосознаваемая мысль и мешает тебе жить. Это может длиться годами, но однажды, всего за десять минут, вся мозаика складывается в один большой пазл.
Меня устраивала моя зависимость, и я не собирался от неё избавляться специально. Всё равно, когда я встречу Юлю, всё будет по-другому. Нужно только дожить до вечера. Чтобы время шло быстрее, я решил себя отвлечь вдумчивым слушанием преподавателей. Остаток дня пролетел быстро, и уже в 17 часов я прибыл в свою комнату. Грега до сих пор не было. Я надел куртку, пересчитал наличность, которую утром мне любезно вручила миссис Колинс, и отправился искать магазин одежды.
Я не мог предстать перед Юлей в трёхдневной мятой и грязной рубашке. К тому же мой небритый вид уже мог напугать любого. Нужно будет купить бритву, мыло и зубную щётку с пастой. И всё это желательно сделать быстро. Зная, что навигации у меня теперь нет, а «язык до Киева доведёт», я пошёл к миссис Колинс.
Она охотно объяснила мне, куда идти, поэтому уже через 40 минут я выглядел достойно для первого «второго свидания» с Юлей, и у меня ещё оставалась приличная сумма. План поиска Юли был продуман до мелочей, поэтому, не медля, я стал действовать. После того, как я привёл себя в порядок, я смело пошёл к комнате Луи. Постучал в дверь. Мне открыл сам Луи.
— Опять ты? — неприветливо спросил Луи, продолжая катать шарик антиперспиранта по своим гладким подмышкам. — Что нужно?
— Не могу найти соседа по комнате, — ответил я. — Он не у вас?
— Ты что, будешь ходить по всем комнатам и искать его? — почти закрывая дверь, спросил он. — Думаю, тебе проще спросить у коменданта.
— Ты прав, спасибо, — сказал я.
Пока он говорил, я заглядывал в его комнату и видел там лишь чью-то могучую мужскую спину. Значит, Юли тут нет, только его сосед по комнате. Самое главное — мне нужно было узнать, дома ли Луи. Следить за человеком можно только тогда, когда знаешь, где он. Я, кивнув головой миссис Колинс, вышел из здания общежития и прошёл до аллеи, где мы вчера встречались с Дашей. Там я занял лавочку напротив той, где мы вчера курили. Нужно набраться терпения и дождаться, когда выйдет Луи.
Я не сомневаюсь, что после второго учебного дня он захочет встретиться со своей сестрой. Нужно только дождаться, когда он выйдет, и проследить за ним. Краем глаза смотря за выходом из мужского общежития, я рассматривал ту самую лавочку напротив. Всё выглядело совсем не так романтично, как вчера ночью. Я вспомнил слова Даши про камеры и стал искать их.
Через минуту я заметил маленькие камеры с антеннами, которые были закреплены на деревьях. Я бы не смог обнаружить их, так как они были очень маленькими, но над каждой был большой круглый зонтик. Похоже, это солнечные батареи. Одна из камер смотрела на меня. Я неудобно поёжился, понимая, что кто-то может на меня сейчас смотреть. Видеонаблюдение — это гарантия безопасности, но находиться постоянно под чьим-то взглядом неимоверно напрягает.
Нужно быть немного сумасшедшим циником, чтобы получать удовольствие от непрерывного наблюдения за другими людьми. В этом плане не позавидуешь Тринити и Штерну, которые всё про всех знают и наблюдают за всеми. Нужна большая тренировка, чтобы уважать человека, про которого знаешь абсолютно всё. Чаще всего счастье в незнании. Человек не готов знать правду про всё и про всех.
А сидеть и наблюдать за чужой жизнью через камеры — это скучно. Хотя я тоже сейчас сижу и наблюдаю. По аллее ходят парни и девушки. У многих заканчиваются занятия, и они идут компаниями, и как раз около меня разделяются на мужчин и женщин. Женщины сворачивают налево, мужчины направо. Парочки сначала долго прощаются, обнимаются и целуются, и лишь потом расходятся по разным дорожкам к общежитиям.
Я сидел уже тридцать минут, когда увидел, как из общежития вышел Луи с мускулистым парнем. Я напрягся и стал внимательно смотреть в ту сторону. Когда кто-то проходил мимо меня, я наклонял свою голову, чтобы не дай бог не выпустить из вида объект наблюдения. Луи мучительно долго разговаривал со своим соседом по комнате. Как будто не могли наговориться дома. Луи посмотрел сначала на свои часы, потом в мою сторону. Завязал шнурок правого кроссовка и с низкого старта побежал ко мне.
Душа сначала ушла в пятки, но потом я вспомнил, что ничего плохого не делаю. Просто сижу на лавочке вдали от аллеи. Если он пойдёт по аллее и не посмотрит в мою сторону, то он меня даже не заметит из-за кустов. Ещё больше я расслабился, когда понял, что он бежит не к моей лавочке, а к лавочке напротив. Я упустил её из вида, когда смотрел на Луи. Почему, интересно, я не заметил, как её заняла симпатичная блондинка?
Она сидела в расслабленной позе и спокойно смотрела, как к ней подбегает Луи. Я во все глаза уставился на неё. Это была Юля! Это точно была Юля! Ура! Я сидел, боясь пошевелиться, и пристально следил за её движениями. Во мне всё встрепенулось. Вся моя прошлая жизнь с ней промелькнула перед глазами. На мгновение возникла мысль, что теперь мне не о чем больше мечтать. И в это время, Юля посмотрела на меня. Посмотрела прямо в глаза. Посмотрела и сразу улыбнулась.
И хоть она сидела в 30 метрах от меня, этим взглядом она прожигала дыру в моём сердце. Так хотелось, чтобы время замедлилось, и Луи растворился. Юля смотрела на меня, улыбалась и, не меняя выражения лица, посмотрела на подбегавшего к ней спортсмена. Я почувствовал небольшое разочарование. Они общались друг с другом. Юля показывала Луи какие-то картинки в книжке. Шутя била его по плечу. Это длилось бесконечно.
Мои глупые надежды, что она увидит меня и сразу узнает, рухнули. Я сидел и наблюдал за весёлым общением родственников. Я наслаждался движениями Юли, но чувствовал себя лишь сторонним наблюдателем. Нужно не вешать нос. Нужно набраться терпения. Не всегда всё идёт по намеченному плану, тем более в моём случае. Они общались примерно сорок минут. Потом Юля поцеловала Луи в щёчку и он, надев белые наушники и нажав пару кнопок на часах, побежал в сторону города, видимо, на вечернюю пробежку.