Страница 26 из 103
Я далеко ушёл от общежития и поэтому решил вернуться обратно, чтобы не заблудиться в незнакомом месте в темноте. Я шёл вдоль аллеи с редкими и слабыми лампами и по силуэтам видел, что на некоторых лавочках сидят студенты небольшими компаниями. Я шёл мимо них и краем глаза пытался найти Юлю. Но её тут не было.
Некоторые лавочки на аллее были предусмотрительно удалены от фонарей, и там я видел обнимающиеся и целующиеся парочки. Я улыбнулся этому и пошёл дальше. Когда я уже почти подходил к дому, то увидел тёмный одинокий силуэт, сидящий на лавочке. Эта девушка курила. Я как раз посмотрел на её тёмную фигуру в момент, когда она затянулась, и смог запомнить часть её лица, освещённого разгоревшимся огоньком от сигареты.
Всё произошло как в замедленной съёмке. Но я шёл дальше, проигрывая в памяти её лицо. Это точно была не Юля. Волосы у этой одиноко сидящей девушки были чёрными, и черты лица отличались. Я выкинул её из головы и пошёл дальше.
Когда я отошёл на три метра, мне в нос ударил до боли знакомый запах, смешанный с сигаретным дымом. Я сначала остановился и обернулся, и лишь потом смог понять, что принюхиваюсь. Чтобы не чувствовать себя глупо, я неожиданно для себя заговорил:
— Извините, не угостите сигареткой?
— Подходи, не стесняйся, — сказал невидимый образ.
Мои глаза ещё привыкали к этой далёкой от фонарей темноте, и я мог различить лишь пачку тонких сигарет, которую мне протянули. Тут было очень темно. Глядя на огонёк от сигареты во рту девушки, я неопытной рукой пытался взять одну сигаретку из почти полной пачки, при этом я заволновался и помял несколько штук.
— А можно зажигалку? — тихо спросил я.
— Может за тебя ещё, и покурить? — ответил издевающийся голос.
Девушка убрала пачку. Я услышал шорох. Внезапно темнота растворилась от сверкнувшей несколько раз, но не зажигающейся зажигалки. Но этих искр было достаточно, чтобы лицо этой девушки отпечаталось на сетчатке моего глаза. Я почувствовал, что что-то тут не то.
— На, зажги сам. Ты только потряси её, там, похоже, газ кончается, — сказал голос, который помаленьку начинал всплывать в памяти.
Я взял зажигалку и, не веря в такое чудо, тряс её полминуты. В это время симпатичная девушка затягивалась своей сигаретой и смотрела на меня. Я видел блики от фонарей, отражающиеся в её глазах. Потом я крутанул зубчатое колёсико зажигалки и тут же убрал лицо, чтобы не опалить брови. Огонь был неправильно отрегулирован и горел как факел. Он освещал лицо девушки во всех подробностях. Я автоматически зажёг свою сигарету и, затянувшись слишком сильно и закашлявшись, вызвал звонкий Дашин смех.
Когда я кашлял, я вспоминал тот тёмный вечер у жерла вулкана. Когда я осторожно затянулся второй раз, она сказала, смеясь:
— Я же предлагала покурить за тебя?
Мои глаза понемногу привыкали к темноте, и я смог рассмотреть Дашу. Она выглядела по-прежнему, только стала на несколько лет моложе. Нужно было проверить, помнит ли она меня, поэтому я спросил:
— А мы не встречались раньше?
— Какая банальная система подката к девушке, — рассмеялась она. — Ты хочешь познакомиться? Так и скажи.
— Ну, да, — сказал я. — Я Володя.
— Володя? — удивилась девушка. — Ты тоже русский?
— Да я пошутил, меня зовут Билл, — вовремя поправился я. — Я не русский. Родился тут, в Туларе. Это 350 километров отсюда.
— А я уж обрадовалась, — разочарованно сказала она. — Меня зовут Даша. Если бы тут было светло, я бы подумала, что издеваешься надо мной из-за моей национальности. Ты зачем русское имя назвал?
— А ты русская? — спросил я, распознав её акцент.
— Да, а что? — строго посмотрев на меня, спросила она.
— Я очень уважаю русских, — сказал я правду, а затем начал врать. — У меня бабушка русская. И благодаря этому я очень много знаю про Россию.
— Подхалим! — рассмеялась Даша.
Она наклонилась к ножке лавочки и взяла спрятанную за ней разрезанную баночку от колы. Когда она тушила окурок об стенку баночки, искры летели на землю. Она положила окурок в банку и, убирая его на место, сказала:
— Я пошла. Ты, пожалуйста, не бросай окурки в урну и уж тем более на землю. Тут везде таблички «курение запрещено». А эта лавочка осталась единственной, на которую не смотрит камера. Я тебе оставлю эту баночку, выкинешь окурки, а завтра приноси её сюда в одиннадцать вечера. Тут ничего не оставляй! Завтра покурим и договорим.
Она мягкой и прохладной ладонью пожала мне руку. Я чувствовал, как она легонько сжала мою руку, а потом ещё раз. Что у них тут за обычаи? — подумал я. Сначала Конрад, а теперь Даша.
— Спокойной ночи, Даша, — сказал я уходящей в сторону освещённой аллеи девушке. — Спасибо за сигарету.
— Дурак! — крикнула обернувшаяся Даша. — Травись на здоровье и не кричи на весь колледж.
Она ушла в соседнее общежитие. Всё же приятно встретить знакомых, даже тех, которых видел всего одну неделю в своей жизни, пусть даже прошлой. Судя по всему, она здесь учится не первый день. Хорошо, что я обрастаю знакомыми. Не хватает только Тринити рядом для полного комплекта. Надо не забыть: завтра в одиннадцать. У Даши можно будет узнать, как там в реальной жизни поживает Россия.
Курил я не затягиваясь, не желая травить своё здоровье. Я знал, что зависимость от сигарет очень тяжело лечится. Хоть и говорят, что достаточно прочитать 300 страниц определённой книги и даже не вспомнишь про эту гадость. Но пробовать на себе я не захотел. Кстати, можно будет дать ту книгу Даше.
Интересно, а где её сестра Надя? Тоже, наверное, учится в этом колледже. Место сбора старых друзей. Я не удивлюсь, если встречу тут Аполлиона и Таню. Но больше всего обрадуюсь, когда встречу Юлю. После того, как я чудесным образом встретил Дашу, я был уверен, что в той аудитории была именно Юля.
Бывают совпадения, которые просто невозможны. Представить, что мне почудилась Юля, и в этот же день я встретил Дашу вживую, я не мог. Это было невероятно. Значит, Юля была настоящей. Ура! Несмотря на то, что тут очень темно у лавочки, я был уверен на двести процентов, что это была Даша. Хоть она меня и не вспомнила. Значит, на сто пятьдесят процентов я уверен, что встречу скоро Юлю.
Нужно будет перед сном дать своему подсознанию задачу продумать план действий, что я буду делать, когда встречу Юлю. Меня что-то ещё беспокоило, но я не мог понять, что. Я затушил бычок о банку, подражая Даше, и бросил его внутрь. Потом накрыл её ладошкой, чтобы она не пахла, и пошёл в сторону своего общежития.
Когда я проходил мимо миссис Колинс, она строго посмотрела на меня и сказала:
— Уильям, я обычно закрываю дверь в полночь. В следующий раз будешь ночевать на улице, — сказав это, она мило улыбнулась, давая понять, что лишь выполняет свой долг.
Я прошёл по коридору, понимая, что большинство студентов уже спят, так как под дверями было в основном темно. Лишь две двери были приоткрыты — в туалет и душ. Там, где душ, слышался шум воды и чей-то разговор. Я прошёл мимо, почувствовав запах мыла и шампуня, и мне очень захотелось помыться. Человек может прожить без воды больше семи дней, при условии, что ему разрешат принимать душ.
Я пошёл к себе в комнату, где было уже темно. Повернул свой ключ и зашёл, не закрывая дверь, чтобы не включать свет. В своей кровати спал Грегори. Он лежал на спине как покойник в гробу, скрестив руки на груди. Будь у меня сейчас свечка и узкая полоска бумаги, я бы сделал смешную фотографию на память. Когда я прислушался, я услышал журчание воды. Странно. Я же точно помню, что в нашем номере нет душа. Я попытался найти источник шума и понял, что звук исходит от гигантского ноутбука моего соседа.
Нужно пойти помыться и заканчивать этот тяжёлый день. Я подошёл к своей кровати и понял, что Грег опять расправил моё покрывало, на котором я сидел с ногами несколько часов назад. Я взял покрывало и, стараясь не шуметь, вышел из комнаты. Аккуратно прикрыв дверь, я направился в сторону душа. Там уже никого не было, поэтому я спокойно разобрался с тем, как тут всё включается.